Интерлюдия. Трансформация

Расти трансформируется. Из формы дракона в человеческую форму. Из человеческой формы в форму дракона. Это великолепно. Интересно, как обстоят дела с законом сохранения массы? В чем разница между весом в форме дракона и весом в человеческой форме? Как вы думаете, можно ли объяснить все одним словом «магия»? А, простите. Я все равно не смогу понять разговоры о природе магической силы. Вы имеете в виду, что мне не стоит об этом беспокоиться. Понял, не буду заморачиваться.

Причина, по которой я вдруг заинтересовался трансформацией? Потому что Хакурен не могла принимать форму дракона во время беременности. После родов Хакурен стала летать высоко в небе. Я подумал с сожалением, не заставлял ли я ее чувствовать себя стесненной. Хотя самой ей, кажется, было всё равно.

Вернемся к теме трансформации драконов. Когда Расти принимает человеческую форму, у нее остаются рога и хвост. Однако, если она постарается, то может скрыть их. Похоже, она также может немного изменять свой облик, становясь более взрослой или превращаясь в ребенка. В этом плане это похоже на трансформации Ру. Я немного задумался.

Позвал Ру, чтобы проверить. Можно ли трансформироваться так, чтобы появились рога или хвост? Можно? Не только рога, но и звериные ушки... Ого! Даже в форму племени ламий, кентавров, минотавров? Потрясающе. А? Нет-нет, твой обычный облик идет тебе больше всего. Разумеется, как во взрослой, так и в детской форме.

Итак, продолжая эксперимент, что насчет пола? Если постараешься, то сможешь, но в этом нет смысла? Что это значит?

— Наверное, потому что я стану очень женственным мужчиной.

Для начала я попросил Ру превратиться в мужчину.

— А, да, можешь возвращаться обратно. Прости. Спасибо.

Облик Ру, превратившейся в мужчину, вызывал лишь чувство дискомфорта. Она определенно была мужчиной, но странно сексуальным или как бы это сказать...

— Дело не в недостатке моих навыков, а в том, что я не могу изменить свою суть, поэтому ничего не получается.

— Суть?

— Когда я только что превращалась в представителей племен ламий, кентавров и минотавров, я тоже была женщиной, и ты ведь понимал, что это я, верно?

— Действительно.

— Внешность можно изменить, но суть изменить нельзя. Ну, если вдаваться в подробности, это будет сложно... проще говоря, изменить пол очень трудно.

— Вот как.

— Вот именно. Расти тоже ведь не может?

— Да, это невозможно. И я даже не собираюсь этого делать, — сказала Расти.

Вот оно как.

Поскольку Ру вернулась в свою комнату для исследований магических инструментов, я продолжил разговор с Расти.

В человеческом облике можно вносить разные мелкие изменения, но в облике дракона это, кажется, невозможно.

— Это возвращает нас к недавнему разговору о сущности. Облик дракона — это и есть сама сущность.

— Хм? Погодите-ка. В таком случае, разве превращение дракона в человека не является трансформацией, отдаляющей его от собственной сущности?

— Этот человеческий облик тоже является одной из наших сущностей, так что всё в порядке. Если вы спросите «почему», мне будет трудно ответить. Пожалуйста, просто воспринимайте это как данность.

— Так и буду считать.

— Кстати, Расти, можно тебя на минутку?

— Что такое?

— Кто та красавица вон там?

— ...Это бабушка. Раймейрен-сама.

— А? Почему? Э-э?

— Ну... Дело было не так давно. Кажется, её задело, когда старшая сестра Хакурен представила бабушку Хичиро как «бабушку».

— Поэтому она приняла облик своей молодости?

— Думаю, да.

Если бы я не спросил, то подошёл бы и поздоровался с ней, как при первой встрече.

— Кстати, Расти, можно ещё один вопрос?

— В чём дело?

— А кто тот странный человек вон там?

— ...Это дедушка. Дорс-сама. И это не мужчина средних лет, переодетый в женщину.

— Зачем он так вырядился?

— Наверное, потому что бабушка запретила ему видеться с Хичиро.

— И ради этого использовать трансформацию, которая отличается от его сущности?

— Он очень старается.

— Нет, он просто зря тратит силы. Ах, бабушка его раскусила.

Он вернулся в облик дракона и попытался сбежать... но был сбит.

— Там прогремел невероятный взрыв от её атаки...

— Думаю, если бы мой муж переоделся в женщину, я бы тоже так отреагировала.

— Д-да, пожалуй.

«Я никогда не буду переодеваться в женщину», — искренне поклялся я про себя.