Бронзовый колокольчик

— Думаю, здесь нам больше нечего искать, — сказала Сюсю. — Как теперь будем возвращаться?

Ли Цу оглянулся. Кто знает, какие ещё злобные твари могут таиться в тёмных глубинах гробницы? Возвращаться тем же путём казалось безопаснее, но там, в коридоре, их поджидал лу... К тому же, из-за недавнего взрыва наверняка пострадала каждая усыпальница. Взять хотя бы эту, третью, — здесь взрывной волной выворотило множество плит. Путь сюда и так был нелёгким.

Толстяк немного подумал и сказал:

— Для верности пойдём обратно той же дорогой. Но сначала, братцы, давайте посмотрим, нет ли тут каких-нибудь погребальных ценностей, что можно прихватить с собой!

Обыскав всё вокруг, отряд двинулся в обратный путь. Ван Мэн с сестрой, должно быть, уже ушли. В гнетущей темноте воцарилось молчание, которое нарушали лишь шаркающие шаги да стук камней, срывающихся из-под ног.

— Осторожнее, впереди коридор, — начал Сяо Чжан Гэ. — Этот Ван Мэн и его сестрица — те ещё фрукты. Доверия к семье Ван, можно сказать, ноль. Так что нам нужно остерегаться не только лу и чанъю, но и их самих. А мы сейчас, считай, полный набор: старые, слабые, больные, калеки. Поэтому...

Он не успел договорить.

— Сяо Чжан Гэ, — не выдержав, перебил его Ли Цу, — ты мне больше нравился, когда был Чжаси...

— Твою мать! Это что, яд мне в башку ударил? Гляньте! — воскликнул Толстяк.

Как раз в тот момент, когда Ли Цу и Сюсю подшучивали, что их команда из комического дуэта превратилась в целую труппу, слова Толстяка заставили всех посмотреть вперёд. Ли Цу выпучил глаза, не веря своим глазам.

В лучах фонарей виднелись два поверженных гиганта, их тела отсвечивали каменным блеском. чанъю, что прежде сидел на каменном блоке, теперь прислонился к кирпичной стене, и его глаза по-прежнему взирали на них сверху вниз...

— Что произошло? Неужели они за это время окаменели? — спросил Ли Цу.

— Нет, — Сяо Чжан Гэ присел на корточки и посветил фонариком на что-то на полу. Это был бронзовый колокольчик. Тот самый, что должен был висеть у чанъю на носу, теперь лежал разбитый. Рядом с ним валялся мёртвый червяк, из которого вытекла зелёная кровь.

Толстяк сплюнул:

— Чёрт побери, опять ловушка! Значит, это из-за бронзового колокольчика мы поверили, что в гробнице водятся мифические твари? А я-то думал на обратном пути прихватить эту обезьяну, можно было бы неплохо подзаработать. Говорящая мартышка — это вам покруче инопланетянина будет! А тут... Толстяк уже штаны снял, а ему такое показывают?!

— А что это за бронзовый колокольчик? — спросил Ли Цу.

— Это тоже творение времён царя Му из династии Чжоу, — пояснила Сюсю. — Такие колокольчики, если их расположить в определённом порядке, вызывают у слушателей различные галлюцинации. Точный принцип нам неизвестен, но, похоже, он связан с этими червями. Видимо, царь Му всё продумал до мелочей.

— Чего только на свете не бывает! — вздохнул Ли Цу.

— Как бы то ни было, давайте убираться отсюда, — сказал Толстяк.

Ван Мэна в гробнице и вправду уже не было. Похоже, здесь и впрямь больше нечего было искать. Рюкзак Толстяка был доверху набит всевозможными бронзовыми изделиями — улов на этот раз оказался немаленьким.

Сяо Чжан Гэ осторожно высунул голову, тут же юркнул обратно и прошипел:

— Чёрт, разве это не туристическая зона? Почему ни души? Средь бела дня мы, расхитители гробниц, вот так в открытую выйдем наружу?

— Сразу видно, что у тебя совесть нечиста, — презрительно фыркнул Толстяк. — Идите за мной. Продадим бронзу и надо будет думать, как нам встретиться с Тяньчжэнем.

Снова оказавшись под открытым небом, Ли Цу глубоко вздохнул:

— Ах, как же хорошо на поверхности!

— Похоже, не так уж и хорошо... — глухо произнёс Сяо Чжан Гэ.

Ли Цу не понял и хотел было спросить, что тот имеет в виду, но не успел и рта раскрыть, как сам всё увидел. Их ждали знакомые...

Глядя на Крестьянина и Юношу, Ли Цу почувствовал, как сердце ухнуло в пятки. Он помнил, с какой решимостью они расправлялись с людьми из семей Хо и У. Он боялся, что Толстяк погибнет, но ещё больше боялся возвращаться с этими людьми в так называемый «Дом». В том доме не было тепла. А эти люди, с которыми он был сейчас, ни разу не упомянули слово «дом», но подарили ему теплоту, которой он никогда прежде не знал.

Толстяк упёр руки в бока. Казалось, он давно ожидал чего-то подобного.

— Что, господа, — усмехнулся он, — так долго шли за нами и наконец-то решились показаться?

Крестьянин, по-видимому, был предводителем этих людей в чёрном.

— Значит, вы с самого начала знали, что мы идём за вами, — сказал он, — в таком случае мы можем поговорить.

Сяо Чжан Гэ криво усмехнулся и, засучив рукава, произнёс:

— Поговорить? И это всё?

Крестьянин горько усмехнулся:

— Можешь не выставлять напоказ свои подделки. Мы знаем, ты из семьи Чжан...

Сяо Чжан Гэ сощурился и развёл руками:

— Ладно. Вас больше, и снаряжение у вас лучше. Мы сдаёмся!

Крестьянин покачал головой:

— На самом деле, вы всё время упускали из виду одну вещь... Не только вы одни хотите сбросить оковы судьбы!

Сюсю вскинула бровь:

— После всего, что случилось, между нами может быть только борьба не на жизнь, а на смерть. Вы столько всего натворили, и думаете, мы просто так отступим?

— Но что мы получим, продолжая эту резню? Наш предводитель мёртв, нашего «Дома» больше нет. Если мы продолжим, то можем навсегда лишиться шанса вырваться из этого порочного круга. Но если мы объединимся, вы увидите, что некоторые вещи совсем не так просты, как вам кажется!

Толстяк задумался.

— Друг, ты про «Амвэй» слышал?

— Что это значит? — спросил Крестьянин.

Ван Мэн, подошедший сзади, что-то шепнул Крестьянину на ухо.

Крестьянин кивнул:

— Ясно. Мы расскажем всё, что вы хотите знать. Взамен, пожалуйста, скажите нам, где У Се.

Глаза Сюсю налились кровью:

— Ни за что! Из-за вас мы...

Толстяк похлопал Сюсю по плечу и сказал:

— Взаимной мести не будет конца.