На грани жизни и смерти

Ли Цу очнулся от ледяной воды. Она ударила в нос, и он судорожно скрючился, тут же ощутив окружающий зной. Он попытался открыть глаза, но яркий свет заставил его заслониться рукой, и перед сомкнутыми веками всё окрасилось в ослепительно-красный цвет.

Прошло не меньше четверти часа, прежде чем он наконец смог разлепить веки. Вокруг, насколько хватало глаз, расстилались бесконечные дюны белого песка. Он коснулся лица — никакой влаги, только песчинки. Лишь на губах ощущалась лёгкая влажность; видимо, вода испарилась мгновенно.

Он встал и растерянно огляделся. Нахлынула волна горячего воздуха. Этот зной показался ему знакомым, но до Обжигающего ветра было далеко. Обернувшись, Ли Цу не увидел ни души, однако по белым дюнам понял, где находится.

Это был Гутуцзин. Он вернулся. Вернулся в ту самую пустыню, куда его привёл У Се.

Как это произошло? Он напряг память. Вспомнился проводник-нелегал Че Галиба, вспомнились подводные рифы в Реке-призрак. Он потерял сознание в воде, так как же очутился здесь? Часть воспоминаний отсутствовала.

Ли Цу смутно помнил, что в воде он совершенно потерял ориентацию. Он потрогал живот — внутренности определённо пострадали от удара. Печень отзывалась острой болью при нажатии, да и всё тело ломило — в воде его, должно быть, изрядно помотало.

Сделав шаг, он почувствовал, что ноги его не держат. Рядом, наполовину зарытый в песок, лежал его рюкзак. Ли Цу тут же схватил его и мёртвой хваткой пристегнул к поясу. Возможно, именно эта вещь спасла ему жизнь.

Он похлопал по рюкзаку и снова огляделся. Никого. Ни единого следа. Ли Цу покачал головой и отступил в тень дюны, где только что лежал. Он коснулся губ, потом своей одежды — та всё ещё была влажной. Наклонившись, он потрогал песок. Тот был полусухим. И таким был довольно большой участок, особенно в тени.

«Вода ушла», — подумал он. Значит, он и впрямь лежал в воде, которая просто снова впиталась в землю.

Внутренние реки рождаются в пустыне и в пустыне же исчезают.

Судя по тому, насколько высохла одежда, Река-призрак ушла под песок уже некоторое время назад.

Осмотревшись по сторонам ещё раз, Ли Цу под другим углом заметил нечто, торчащее из соседней дюны. Это была часть грузовика. Он подбежал и увидел, что это один из тех самых грузовиков, которые он видел раньше. Обведя взглядом окрестности, он понял, что произошло: песок снова засыпал машины, а он сам находился в том самом хайцзы, что они окружали.

Машины были зарыты неглубоко, песок был рыхлым. Ли Цу взобрался на крышу одного из грузовиков и с силой раскачал её. Окружающий песок начал осыпаться, и из-под обвалившейся дюны показался ряд из трёх машин.

А где остальные?

Он взобрался на вершину дюны. Вокруг до самого горизонта простирались одинаковые барханы. Ничего, кроме белого песка. Он крикнул несколько раз, но никто не отозвался. Открыв рюкзак, он обнаружил, что вода, еда и деньги исчезли, но всё остальное было на месте.

Он достал компас, посмотрел на него. Что делать дальше?

Найти остальные грузовики. Это была его вторая мысль. Но в белой пустыне могли поджидать опасности. Он сделал несколько шагов и снова остановился.

И в этот момент он услышал несколько выстрелов. Ли Цу поднял голову и увидел на гребне соседней дюны человека. В одной руке тот держал складной автомат и стрелял в воздух, а другой махал ему.

Это был Ян Хао.

Сердце Ли Цу радостно забилось. Он тоже замахал в ответ. Он был не один, а значит, всё не так уж плохо. Он спрыгнул с капота грузовика и пошёл навстречу Ян Хао, ступив на влажный песок — бывшее дно хайцзы.

Пройдя примерно треть пути, он почувствовал неладное. Песок становился всё мягче, ноги начали вязнуть. Вскоре он погрузился по колено, и его затягивало всё глубже и глубже.

— Зыбучие пески! — закричал он и увидел, как Ян Хао бросился к нему на помощь, но тоже увяз.

Ли Цу попытался отступить, но не пробежал и десяти шагов, как земля ушла из-под ног, и песок в мгновение ока сомкнулся у него на шее.

Яркое солнце слепило глаза, перед взором всё расплывалось в белой пелене. Кожа на лице мгновенно раскалилась.

— Не двигайся, не двигайся, — пробормотал Ли Цу, вспомнив, что говорят в фильмах. Он замер, но всё равно продолжал погружаться. Они с Ян Хао переглянулись, молча наблюдая, как песок поглощает их обоих.

Всё произошло слишком быстро. Ли Цу даже не успел понять, что случилось, как оказался на пороге смерти. Это было слишком похоже на дешёвую драму. Даже когда песок добрался до его губ, он всё ещё пребывал в каком-то оцепенении, не до конца осознавая своё положение. Рефлекторно он запрокинул голову, чтобы нос как можно дольше оставался на поверхности. Одновременно он попытался раскинуть руки в вязком песке.

Полностью развести их было невозможно, но ему удалось растопырить локти, словно курица в нелепом танце, увеличив площадь опоры. Наконец, когда его лицо почти сравнялось с поверхностью, погружение прекратилось.

Лицо было обращено прямо к солнцу. Дышать было невероятно трудно: с одной стороны давила чудовищная масса песка, с другой — он сам боялся малейшим движением нарушить хрупкое равновесие. Опустись он ещё на три сантиметра, и тонкий слой песка его прикончит.

Сколько он сможет продержаться? В туманящемся сознании он наконец задался этим трезвым вопросом. Сколько он протянет в таком положении?

Солнце обожжёт только лицо, до вечера он от этого умереть не должен. Но даже если кожа не слезет, когда он выберется, то наверняка станет похож на Ли Куя из пекинской оперы.

Другой вариант спасения — это если у Ян Хао внезапно проявятся сверхспособности, и он вырвется из песчаной ловушки, чтобы спасти его. Но вероятность подобной мутации у человека с интеллектом Ян Хао была ничтожно мала.

Пока Ли Цу размышлял, ослепительный солнечный свет внезапно что-то заслонило. Он открыл глаза и увидел стоящего прямо перед ним Су Ваня.

— Ого, — произнёс тот. — А вот и отличное место, чтобы отлить.

Ли Цу не мог говорить — стоило ему открыть рот, как в него тут же набился бы песок. Су Ваня, похоже, забавляла эта картина. Он сунул руку в песок, схватил Ли Цу за воротник и потянул вверх. Ли Цу и сам отчаянно забарахтался, и через несколько мгновений его выдернули на поверхность.

Вслед за ним вытащили и Ян Хао. А вот Лян Вань нигде не было видно. Су Вань протянул Ли Цу сигарету.

— Мы что, сквозь время провалились? — спросил он. — Как мы так внезапно здесь очутились?

— Сколько мы были в отключке? — спросил Ли Цу, затягиваясь.

Су Вань помахал своими часами:

— С того момента, как нас сбросили в воду, прошло семь часов.

Ли Цу выхватил у него руку, чтобы посмотреть на часы. Всё было так, как он и сказал.

Сигареты Су Ваня были аккуратно завёрнуты в пищевую плёнку, поэтому не промокли. Ли Цу вдруг проникся к нему каким-то новым чувством. Раньше он казался ему жутко манерным, или, как говорят в Пекине, невыносимым занудой. Но теперь эта сигарета показалась Ли Цу чем-то невероятно крутым.

— Всего семь часов? — удивился Ли Цу. Если учесть дорогу, то примерно так и выходило. — Но если прошло семь часов, то уже должна была наступить ночь. Почему солнце всё ещё так высоко?

Ли Цу посмотрел на свою тень. Она была длинной — солнце уже клонилось к западу, но до сумерек было ещё далеко.

Странно, что же это за солнце такое? Неужели время в этой пустыне течёт иначе, чем снаружи?

— Ты уверен, что твои часы не сломались? Или что их никто не переводил?

— Эти часы стоят шесть тысяч восемьсот восемьдесят восемь юаней. Фирма «Сонто», это GPS-часы, они могут сверять время по спутнику. Конечно, здесь сигнала нет, иначе я бы и координаты наши знал. К тому же, на них стоит пароль, и за такое время его бы не взломали. Тем более что вчера вечером я его обновил, — сказал Су Вань. — У меня есть ещё одно доказательство того, что мы были без сознания максимум семь часов.

Он достал из рюкзака контейнер. Это был термос, а внутри лежали остатки сашими.

Рыба была свежей. Ли Цу с облегчением выдохнул. Увидев термос, он понял, что имел в виду Су Вань. Если бы прошло больше семи часов, то, чтобы солнце снова так светило, им пришлось бы пережить ночь. Термос так долго не сохранил бы холод.

— Осталось три куска, каждому по одному, — сказал Су Вань, протягивая рыбу Ли Цу и Ян Хао. Стоя посреди пустыни, они втроём запрокинули головы и проглотили холодную сырую рыбу.

Выяснилось, что Су Вань очнулся вместе с Ян Хао, просто тот убежал вперёд так быстро, что, когда Ли Цу его увидел, Су Вань всё ещё карабкался по дюнам позади. Их истории были похожи. Ян Хао держался до последнего, но в итоге тоже отключился от удара. Он сказал, что, возможно, сломал ребро — трогать его было нельзя, от боли можно было снова потерять сознание.

Ли Цу заметил на Су Ване странную обувь — подошвы походили на две теннисные ракетки.

— Откуда у тебя снаряжение для пустыни?

— Вот, купил вам по вееру. А то боялись жары, — сказал Су Вань. — И ты тоже хорош. Уже бывал здесь, а осторожности меньше, чем у меня, новичка.

— Ладно, хватит об этом спорить, — махнул рукой Су Вань. — Может, мы просто проснулись так рано, что и не заметили. Давайте-ка лучше осмотримся, поищем какие-нибудь зацепки. И твою девчонку надо найти, не дай бог с ней что случилось. Мне кажется, она хорошая, тебе подходит.