Научиться мыслить

Ниже шли строчки, набранные мелким шрифтом. В них объяснялось, что такое «Напарники». Оказывается, на определённом этапе здешнего обучения тренировки становились парными, затем групповыми — по четверо и так далее, вплоть до совместных занятий целых отрядов.

В этой системе подготовки пути юношей и девушек расходились. Из-за своих данных Ли Цу не было суждено стать главной силой в паре, поэтому организация должна была выделить ему сильного, деятельного напарника.

Однако Ван Сяоюань по неведомой причине хотела стать его напарницей. Она надеялась, что, когда придёт время, Ли Цу выберет именно её. Его экзамен непременно будет включать в себя оценку ситуации и стратегическое мышление, и в этом вопросе они прислушаются к его мнению, чтобы увидеть, есть ли в его подходе к задаче что-то выдающееся.

Конечно, до выбора напарника было ещё далеко, Ли Цу предстояло многому научиться. Но Ван Сяоюань в записке обещала: если он выберет её, она готова сделать для него что угодно — помочь с учёбой, выкрасть экзаменационные билеты, всё, что потребуется.

Ли Цу скрутил записку в тонкую трубочку, разжевал и выплюнул в унитаз. Он снова лёг на кровать, и перед его мысленным взором предстало юное и прекрасное лицо Ван Сяоюань.

Замысел этой девушки был весьма странным, но он был уверен, что на то есть причина. Судя по её сегодняшним речам, дело было в его носе.

«Такая юная девушка не может быть слишком расчётливой, — думал он. — Вряд ли она пытается подольститься ко мне в расчёте на то, что я скоро обрету власть и влияние». Ему казалось, что причина, по которой она так старалась, должна быть очень простой.

«Поживём — увидим», — решил он. Если не возникнет никаких странных обстоятельств, он был бы не прочь оказаться в паре с такой красивой девушкой.

И хотя он понимал, что у неё особая цель, он всё равно испытывал к ней что-то необычное. И это ощущение ему нравилось.

«Готова сделать для меня что угодно». Воображение Ли Цу разыгралось. Он попытался сдержаться, но в голове всё же промелькнула грешная мысль. Он боролся с собой, размышляя, стоит ли и вправду поступать так, как ему хочется.

Всю ночь Ли Цу метался в странных снах. Ему виделась шкатулка с драконьим узором, странный младенец и множество неясных механизмов: одни походили на часовые, другие — на марионеток. И среди всего этого то и дело мелькала Ван Сяоюань. Когда он проснулся, мешки под его глазами отвисли так, что хоть гири вешай.

После завтрака он обнаружил на подоконнике вскрытую пачку сигарет «Чжуннаньхай». Он пересчитал сигареты — не хватало двух. Рядом лежала зажигалка.

Странное, но приятное чувство охватило Ли Цу. Он в первую очередь подумал о сообразительности и предусмотрительности девушки. И всё это — ради него.

Курить он не стал. Вместо этого до прихода мужчины он попытался сделать домашнее задание. Но, залитый утренним солнцем, битых полчаса силился вспомнить тему и, так и не преуспев, оставил эту затею.

Мужчина средних лет вошёл в палату ровно в назначенное время. Он, как и прежде, тащил за собой проектор. К великому облегчению Ли Цу, он не стал проверять домашнее задание, а вместо этого задал вопрос. Ли Цу снова вздохнул с облегчением: видимо, здесь домашнюю работу не нужно было сдавать письменно, достаточно было ответить устно.

Ли Цу нагородил какой-то чепухи. Мужчина слушал его с серьёзным видом, время от времени делая пометки. На его лице не отражалось ни недовольства, ни раздражения. Это успокоило Ли Цу. Он знал, что такие учителя обычно не выходят из себя и не пользуются случаем, чтобы поиздеваться над учеником.

Выслушав ответ Ли Цу, мужчина потёр лицо и произнёс:

— По сути, это полная чушь.

Ли Цу усмехнулся. Он и сам понимал, что несёт околесицу, но такой способ оценки ему нравился — куда человечнее бездушных баллов.

Мужчина показал Ли Цу свой блокнот, где было написано: «Как человек должен мыслить?»

Затем он вздохнул и захлопнул блокнот.

— Если результат таков, мне придётся повторить вчерашний урок. Это будет мучительно и для тебя, и для меня. Похоже, придётся снова направить тебя, начав с самых основ. Сперва ответь мне на один вопрос: ты веришь в то, что я вчера рассказал?

Ли Цу кивнул.

— То, что ты вчера услышал, разве не похоже на миф? — продолжил мужчина.

Ли Цу смущённо моргнул.

— Если ты изучал историю, то знаешь, что во многих китайских сектах и народных верованиях есть похожие предания, — сказал мужчина. — Например, в тысячелетнем Учении Белого Лотоса или в Обществе поклонения Богу времён Восстания тайпинов. У любого новоявленного культа с политическими или экономическими целями обязательно появляется некий божественный юноша или святая дева. И у этих религиозных идолов всегда есть невероятная, подобная мифу, предыстория.

Ли Цу не был знатоком Учения Белого Лотоса, но о Восстании тайпинов и кое-каких других событиях китайской истории слышал — в основном, конечно, из сериалов. Он не знал, можно ли это считать знанием истории, но по привычке кивнул.

— Так вот, вся та история, что я тебе вчера поведал, не кажется ли тебе историей о рождении религиозной марионетки?

— После вчерашнего урока люди, чьё мышление сковано образованием, реагируют несколькими способами. Первая реакция — полное неверие, они считают это просто сказкой. Вторая — полное доверие: раз уж я им это рассказал, значит, так оно и есть. Есть и третья группа — те, кому совершенно безразлична правдивость этой истории, они считают эту информацию несущественной. Ты относишься ко второй группе. Но на самом деле по своей сути все три реакции одинаковы. Это доказывает, что твоё мышление абсолютно закрепощено и ты уже утратил навык правильного подхода к проблеме.

— Мышление — это условный рефлекс, особенно логическое мышление. Полученное тобой образование делало упор на единственность правильного ответа. Но запомни: в реальном мире ответ никогда не бывает единственным. У любой проблемы есть бесчисленное множество верных ответов, или, скажем так, возможностей. Поэтому, размышляя над проблемой, порой нужно думать не о том, каков её ответ, а о самом процессе мышления, о логике, которая ведёт к этим бесчисленным верным ответам. Проще говоря, у всех правильных ответов непременно должна быть единственная правильная логика. — Мужчина велел Ли Цу закрыть глаза. — Можешь не пялиться на меня с таким серьёзным видом. Я знаю, что ты не понял ни слова. Сейчас я приведу тебе пример.