Подземная вылазка

Нашим первым пунктом назначения был Иньчуань. Говорят, тридцать лет на восточном берегу, тридцать — на западном. Что ж, не прошло и тридцати лет, а я снова оказался здесь, на востоке. Глядя на отряд за своей спиной, я чувствовал себя увереннее, чем когда-либо. Мы мчались в Иньчуань под покровом ночи, не зная отдыха. По пути нас не раз останавливали для проверки, но Эр Гоу всякий раз улаживал все проблемы. «Всё-таки связи решают», — подумал я. В Иньчуань мы прибыли уже к полудню и расположились на отдых в деревенском доме, который нашёл Лао Ян. Местных жителей здесь не осталось. Говорили, что пожар был слишком сильным, к тому же из-под земли вылезло множество змей. Многие селяне погибли, а оставшихся местные власти, чтобы замять дело, переселили в город, откупившись деньгами. Никто даже не стал расследовать ни причину обвала, ни причину пожара. Посторонние и вовсе не знали, что здесь что-то горело — впрочем, эти места и так всегда были малолюдными. Перекусив тушёными овощами, мы принялись обсуждать дальнейшие действия. По идее, всё, что было внизу, должно было сгореть дотла. Не знаю, осталась ли какая-то польза от зажаренных до состояния барбекю сверкающих черноволосых змей, но что-то мне подсказывало, что там ещё могло сохраниться нечто ценное. Поэтому я твёрдо решил спуститься и всё проверить. Согласовав план, мы без промедления отправились на гору — времени на раскачку не было, впереди ждало много дел. На этот раз спуститься через каменный диск мы не могли: собаки Эр Гоу не умели ходить по стальным тросам. Нам предстояло проделать новое отверстие где-то в склоне горы и проникнуть внутрь. Поднявшись наверх, я наконец осознал весь масштаб устроенной мной катастрофы. Фальшивого покрова давно и след простыл. Из-за обвала рельеф изменился настолько, что даже тот, кто здесь бывал, не узнал бы этих мест. Я увидел древний храм, в котором мы когда-то были — теперь от него остались одни руины. Похоже, на этот раз нам придётся возвращаться с пустыми руками.

— Босс, под землёй точно что-то есть! — Ли Пань присел на корточки и принялся втягивать носом воздух. Он был с ног до головы покрыт мехом, и если не приглядываться, можно было подумать, что Второй господин Эр прихватил с собой девять псов.

— После того как ты тут всё разнёс, под землёй наверняка стало ещё интереснее! — добавил Паньцзы.

Толстяк посмотрел на меня и сказал:

— Считай, я ничего не говорил.

Эр Гоу тоже присел и помял в пальцах комок земли.

— Может, внизу уже ничего и не осталось. Спускаться или нет — тебе решать, Сяо Сань-е.

Я вздохнул. Он был прав, теперь я здесь бесспорный лидер и колебаться нельзя. Я стиснул зубы и скомандовал:

— Спускаемся!

Толстяк достал лоянскую лопату. Эр Гоу взглянул на него и издал пронзительный свист. Тут же подбежал красный волк и начал рыть землю. Вскоре он выкопал идеально ровную нору — правда, для человека она была слишком узкой, а вот собаке в самый раз. Когда проход был почти готов, волк выпрыгнул наружу. Именно выпрыгнул. После обвала толщина почвенного слоя сильно изменилась, и яма, вырытая волком, была такой глубокой, что я, встав в неё, скрылся бы с головой. Этот зверь умудрился не только вырыть вертикальный лаз, достаточный для спуска собак, но и сделать боковой отнорок, куда он и сваливал выкопанную землю. Закончив, он развернулся, оттолкнулся задними лапами и выскочил на поверхность, оставив нас в полном изумлении. Затем Эр Гоу взял лоянскую лопату, прикрепил к ней винтовую рукоять, с силой вонзил её в землю и тут же резко выдернул. В тот миг, когда лезвие покинуло лаз, земля под ним осыпалась, явив взору идеальный собачий лаз. Но, как я уже сказал, пролезть в него могла только собака!

Дав воздуху внутри немного рассеяться, Толстяк засучил рукава, собираясь расширить проход. Я, Эр Гоу и остальные отошли в сторону, наблюдая за его работой. Толстяк, копая, не переставал ворчать:

— Чёрт побери, господа хорошие, как только доходит до дела, отдуваться приходится вашему покорному Толстяку!

— Кто везёт, на том и едут, — усмехнулся Паньцзы. — Ты же сам хвастался, что в нашем деле ты — местный Эдисон Чэнь. Вот и приходится соответствовать.

— Ты это, парень, слова-то подбирай, а то двусмысленно выходит. Не во всякую дыру можно соваться, смекаешь?

— Заткнулись оба, мать вашу! — рассмеялся я. — Детей мне тут не развращайте!

— А ты зря смеёшься, — сказал Толстяк. — Наш Пань-гэ, может, и впрямь ещё нецелованный. Ничего, Паньцзы, как закончим с этим делом, свожу тебя развеяться!

— Толстяк, ты бы лучше копал, — вставил Ли Пань. — Если бы не твои габариты, нам бы не пришлось рыть лаз шириной с ведро!

— Завидуете, да? Завидуете божественной фигуре Толстяка! Ваш покорный принц расхитителей гробниц опирается именно на этот божественный жирок!

У меня дёрнулась щека.

— Ты бы не так громко на него «опирался»!

— Для общего развития: это слово произносится с ударением, так и надо говорить. А если ты услышал что-то другое, значит, у самого рыльце в пушку. Ну-ка, выкладывай, о чём я не знаю!

Поскольку красный волк уже проделал основную работу, Толстяку не пришлось спускаться вниз — он стоял на поверхности и потихоньку скреб землю лопатой с длинной рукоятью. Пока мы препирались, он почти закончил. Увидев это, я поспешил сменить тему:

— Эй, вроде всё, хватит! Давайте верёвку!

Эр Гоу свистнул. К нам подбежала борзая, несколько раз обежала вокруг лаза, выбрала точку и прыгнула вниз. Из-под земли донеслось несколько отрывистых лаев. Услышав их, Эр Гоу кивнул и сказал, что можно спускаться. Он взял бамбуковый шест, готовясь к спуску, но Хэй Сяцзы его остановил:

— Не торопись, я первым пойду, разведаю.

Эр Гоу спорить не стал, в конце концов, для него это был первый спуск. Хэй Сяцзы нарастил верёвку и скрылся под землёй. Вскоре он подал сигнал, и Эр Гоу, сжимая шест, нырнул в лаз головой вперёд, словно прыгун в воду. Позже Хэй Сяцзы рассказал мне, что сначала земли коснулся шест, затем Эр Гоу в воздухе совершил сальто, и, когда шест согнулся, описал широкий круг. После этого шест выпрямился, Эр Гоу зажал его левой ногой, снова взмыл вверх и проделал в воздухе ещё бесчисленное множество пируэтов, от которых рябило в глазах. Но самое поразительное, что когда Эр Гоу приземлился, царапина, оставленная шестом на земле, образовала идеальный круг, а сам он стоял точно в его центре! Я мысленно восхитился. Хоть Эр Гоу и говорил, что не овладел ремеслом предков, это явно была прямая школа Эр Юэхуна. Одним движением он очертил себе в гробнице безопасную зону, из которой было удобно как атаковать, так и отступать — идеальное исполнение. Пока я размышлял об этом, Толстяк задал вопрос:

— Прошу прощения, а вы разве не слепой?

Следом собрался спускаться Паньцзы, но тут из-под земли раздался свист, и семь псов один за другим, без малейшего колебания, прыгнули в лаз. Я-цзе и остальные смотрели на это с отвисшими челюстями.

Спускаясь, я с горечью думал о том, какую же кашу я заварил. Картина внизу была не лучше, чем я себе представлял. К счастью, тяжёлая поперечная балка при падении удержала обвал, образовав у основания лаза треугольное пространство — относительно стабильное и безопасное. Но сверху всё равно насыпалось немало земли, и новый обвал мог случиться в любой момент. Мы ступали очень осторожно. Чтобы Лао Ян не надумал внизу чего лишнего, я оставил его наверху вместе с Я-цзе и остальными. Толстяк с пистолетом в руке шёл впереди, осторожно прощупывая путь и давя недобитых змей. За ним следовал Ли Пань. Глядя на него, я понял, что значит «синдром восьмиклассника». На поясе у него висели три японских меча, которые болтались при ходьбе. Он сказал, что подражает Зоро. Я постеснялся спросить, кто такой этот Зоро, но в его навыках не сомневался. Прямо в тот момент, когда он рассказывал нам историю своего наряда, мимо уха Толстяка пронеслась чёрная тень. Паньцзы молниеносно вскинул руку и зажал змею двумя пальцами, причём попал точно в уязвимое место. Змея несколько раз дёрнулась в его руке и испустила дух. Я мысленно зааплодировал. Пока наше внимание было приковано к змее, Толстяк глухо произнёс:

— Тихо. Кажется, у нас гости!

Конец тома. Продолжение читайте в «Море песка — 5».