Голмуд

Су Вань был несказанно рад, что перед началом полноценного путешествия они обновили снаряжение. Пять складных автоматов с достаточным запасом магазинов, верёвки, поисковые фонари, GPS, галеты и взрывчатка С-4, которая произвела на Су Ваня неизгладимое впечатление. Он понял, что они прекрасно знали, что находится на складе, — очевидно, всё это они сами туда и отправили. Но главным обновлением стало то, что они наконец-то избавились от своего старенького микроавтобуса. Су Вань только что осознал, что настоящим Дораэмоном был Ци Юй, только вместо волшебного кармана у него были деньги! Он купил Land Rover, который для дальних поездок подходил куда лучше. Машину приобрели в Хэбэе, видимо, они всё ещё опасались кого-то в Пекине. Теперь Эр Гоу в одиночку вёл набитый под завязку микроавтобус, а Су Вань с остальными устроился в «Ленд Ровере». Ли Цзю и Ян Хао сидели в багажнике, пока Ци Юю не понадобилось кое-что выяснить у Ли Цзю.

— Ну, рассказывай, что вы там натворили в Баданьцзилине.

Ли Цзю оказался не таким уж и крепким орешком, как можно было подумать. Особенно после того, как Ли Пань продемонстрировал ему, как он мастерски кромсает галеты: одним движением ножа он превратил обёртку в тонкие полоски. Ци Юй пояснил, что казалось, будто это один удар, но на самом деле это была серия молниеносных взмахов. Самое поразительное, что на самой галете не осталось ни единой царапины.

— Это дела давно минувших дней, — начал Ли Цзю. — Ты знаешь, что я из семьи Хо. А наша семья в противостоянии двух великих фракций склонялась к поддержке Чжан Цилиня. Но сверху уже спустили крайний срок, поэтому нам пришлось запросить грант на исследования. Официально — для создания эликсира бессмертия. На деле же мы, пользуясь поставками от военных, тайно создавали Ваньну-вана и Девятиглавого змеиного кипариса, чтобы помочь Чжан Цилиню и остальным сберечь тайну. Так продолжалось, пока не истекло время. Нам приказали прекратить все исследования, а затем в наших укреплениях появились Блестящие черноволосые змеи. Ты знаешь, кто я, поэтому меня Черноволосые змеи не тронули. Я сбежал и вернулся в семью Хо. В нынешнем поколении семьи никто не знает, кто я на самом деле. Правда, я слышал, что тот самый человек, после того как на весь мир объявили о его кончине, на самом деле какое-то время поддерживал жизнедеятельность с помощью специального оборудования, имитируя смерть. Но его жизненные показатели угасали слишком быстро, и все их усилия оказались тщетны.

— И всё, что вы создали, было отправлено в Тибет и Шаньдун по указанию Чжан Цилиня?

— Верно. Планировались и другие шаги, но память Чжан Цилиня стала нашей главной помехой.

— Понятно. Но одного я не понимаю: почему на Табличке твоё имя?!

Ли Цзю вздохнул:

— Я и сам не знаю. Говорят, когда Чжан Дафое просил Старуху Хо отдать меня, я был ещё младенцем.

Тут в разговор встрял Ли Пань:

— Дядя Ци, позвольте спросить. Я до сих пор не пойму, как вам удалось сбежать из Санатория?

Ци Юй тоже вздохнул:

— Семью Ци не зря называют Железными Счетоводами. Не имей мы пары трюков в рукаве, чтобы уцелеть, давно бы уже сгинули. А теперь мой тебе вопрос: зачем ты сделал столько масок с моим лицом для разных людей?

В салоне «Ленд Ровера» раздался третий вздох. Это был Ли Пань.

— Ты должен знать положение моей семьи Ли. Верхние трое врат уже отмылись, но прошлое никуда не денешь. Можно сказать, что у нашей семьи есть связи с каждой из группировок. А если нет, то кто-нибудь обязательно использует прошлое нашей семьи, чтобы куда-то пробиться. Особенно семья У. Мой отец жизнью обязан Господину Псу. Поэтому я никогда не спрашиваю, откуда отец берёт заказы, — просто выполняю. Этому ремеслу я научился у него, мой дед таким не владел, не знаю, как отец до этого додумался. Так что, хоть некоторые маски и не моей работы, я могу с большой долей вероятности распознать нашу семейную технику. Но даже если я вижу, что маска фальшивая, я не могу разглядеть, кто под ней скрывается. Поэтому у меня и возник вопрос: кто же на самом деле У Се?

Ци Юй холодно усмехнулся:

— Поиски ответа на этот вопрос уже не в нашей власти.

— Но в этот раз мы должны найти ответ, найти финал этой истории.

Живот Лу Цзиньчэнь становился всё больше день ото дня, и никто не смел её обижать. Особенно Ли Пань — он окружал её такой заботой и вниманием, что та просто таяла. Неизвестно, была ли Лу Цзиньчэнь искренне тронута или просто хотела позлить Ян Хао, но с каждым днём она становилась всё нежнее с Ли Панем, отчего Ян Хао сгорал от ревности. Но Ян Хао был всего лишь грузом и права голоса не имел. Сейчас они сидели в маленькой закусочной в Голмуде. Ли Пань поставил перед Лу Цзиньчэнь миску лапши с говядиной. Остальные купили лепёшек и молча ели. Ян Хао не досталось даже лепёшки — ему пришлось давиться галетами. Впрочем, Эр Гоу ел то же самое, так что он не смел жаловаться.

Прибыв в Голмуд, они сразу направились в Санаторий. В одной из заброшенных комнат Су Вань увидел иссохшего Хэй Сяцзы. Тот лежал на кровати, на которой были одеяло и матрас, купленные Ли Панем перед отъездом. Рядом с ним стояли еда — галеты — и достаточный запас воды. Так Хэй Сяцзы и держался. Но силы его были на исходе. Услышав их голоса, он улыбнулся своей фирменной улыбкой и тут же потерял сознание.

Ли Пань криво усмехнулся:

— Отлично, а то всё равно пришлось бы его вырубать!

Ци Юй достал курицу. В тот же миг Хэй Сяцзы, бывший без сознания, резко сел. Су Вань понял — это был мелкий бес. Ци Юй опустил курицу на пол, и та тут же бросилась наутёк. Хэй Сяцзы снова рухнул на кровать.

— Ушёл! — сказал Ли Пань.

Су Вань кинулся за курицей. К её лапе была привязана верёвка, так что она не столько бежала, сколько её тащило по полу. Су Вань сбежал на первый этаж, выскочил из Санатория и увидел, как Ян Хао быстро сматывает леску. Эр Гоу и Лу Цзиньчэнь стояли рядом, наблюдая. Курица протиснулась сквозь прутья ограды, и Ян Хао схватил её. Он как раз недоумевал, зачем ему это поручили, как вдруг курица пронзительно взвизгнула и испустила дух. В тот же миг его словно придавило что-то тяжёлое, и всё вокруг померкло.

— Что… что со мной? — в ужасе спросил Ян Хао.

— Что такое? — отозвался Ци Юй. — Мать с сыном воссоединились, вот что!

— Но это же слишком несправедливо по отношению к нему, — сказал Су Вань через решётку.

— Ничего не поделаешь, — ответил Ци Юй. — Я не знаю, как упокоить души усопших, а у этого призрачного отпрыска такая злоба, что вряд ли его упокоишь. Не переживай, я всё рассчитал. Этому парню было отмерено прожить восемьдесят лет. После одержимости призраком он сможет дожить до пятидесяти и познать волю небес — тоже неплохо. Что ж, юноша, нечего было в твои годы корчить из себя Чэнь Шимэя. Это возмездие достаточно велико. Уходи и не попадайся на глаза Ли Паню. Ты ведь знаешь, как он с тобой поступит.

— Чтоб вы все сдохли! — с ненавистью прошипел Ян Хао.

Ци Юй вздохнул:

— Парень, ты ведь и сам наполовину туфуцзы. Старик даст тебе один дельный совет: в нашем деле мало кто умирает своей смертью!

Эр Гоу достал телескопическую дубинку и сбил старый заржавевший замок. Лу Цзиньчэнь, конечно, не могла пролезть через решётку, как остальные. Все поднялись наверх и, увидев мирно спящего Хэй Сяцзы, с облегчением выдохнули. Ли Пань уже поставил ему капельницу с глюкозой — Хэй Сяцзы должен был скоро прийти в себя.

— Он сможет снова видеть? — спросил Су Вань.

Ли Пань покачал головой:

— Глаза атрофировались, так что вряд ли. Но хуже уже не будет. Он ведь давно привык, не так ли?

— Ну что ж, господа, — произнёс Ци Юй, — теперь самое время пройтись по местам былой славы!

— Это для тебя места былой славы, — поправил его Ли Пань. — А для нас это, в лучшем случае, продолжение незаконченного путешествия.

Лу Цзиньчэнь осталась присматривать за Хэй Сяцзы, а остальные вышли из комнаты. Ци Юй указал вниз.

— Именно там, — сказал он, — Вэньцзинь заставила меня снять ту жуткую видеозапись. Как будто это было вчера!