Вскрытие гроба

— Мы не можем на сто процентов гарантировать, что всё именно так, как мы предполагаем, — усмехнулся торговец. — Но аномальное долголетие — это почти что путеводный знак. Если где-то встречаются неестественно долго живущие люди, то с девяностопроцентной вероятностью поблизости есть особая древняя гробница. Существует множество способов обрести долголетие через контакт с гробницей, но расхищение захоронений — самый верный из них. Особенно в засушливых горных районах. Здесь совпадают все признаки. Поэтому мы практически уверены, что не ошиблись. А при разграблении такой гробницы ты непременно что-нибудь да вынесешь, хочешь ты того или нет, ведь в неё не так-то просто забраться. Впрочем, окончательные выводы можно будет сделать, только когда мы вскроем все красные урны-гробы. Если во всех них окажется одно и то же, значит, мы близки к истине. Не могло же здесь быть столько долгожителей-разбойников, которые к тому же награбили почти одинаковые вещи. Ключевой момент вот в чём: в таком месте тот факт, что все люди с одинаковыми погребальными дарами дожили до глубокой старости, — это вопиющая аномалия.

С этими словами торговец извлёк из кучи погребальных даров нефритовое кольцо лучника, рассмотрел его в свете фонаря и бросил Ли Цу.

Человек в чёрном, за спиной которого сидел Ли Цу, поймал кольцо и передал его своему пассажиру.

— Впервые на таком деле? Оставь на память, — сказал торговец.

Ли Цу почувствовал приступ тошноты. Кольцо ярко блестело. Он осторожно взял его и обнаружил, что оно не такое грязное, как он себе представлял. Кольцо было сухим и выглядело так, будто его только что достали с витрины магазина. Ярко-зелёное, очень красивое.

Он двумя пальцами сунул его в карман. Все вокруг рассмеялись.

— Ишь ты какой. Небось и дрочишь, оттопырив мизинчик?

Паренёк тоже засмеялся. Лишь предводитель, глядя на Ли Цу, вздохнул. Торговец спросил паренька:

— Ну что, сегодня он впервые такое видит, считай, девственности лишился?

Паренёк покачал головой:

— Сегодня это так, порнушку посмотрел.

Предводитель хлопнул в ладоши, призывая их заткнуться, и указал на урну-гроб. Торговец, недолго думая, залез внутрь и продолжил разбирать содержимое.

Всего из-под земли извлекли семнадцать красных урн-гробов. Как и предполагалось, во всех гробах оказались схожие погребальные дары, в основном золотые изделия и драгоценности.

Его усадили обратно в машину. Дальнейший процесс был монотонным: одну за другой урны-гробы извлекали, быстро вынимали и сортировали погребальные дары, заворачивали их в газеты и складывали в пенопластовые ящики.

Ли Цу уснул, когда они вскрывали четвёртый гроб, и проспал до самого отъезда. Когда машина завелась, он на миг очнулся и снова провалился в сон. Окончательно он пришёл в себя уже в номере отеля. Никого не было, шторы задёрнуты, судя по всему, только-только светало.

Он протёр глаза и, обернувшись, увидел в углу комнаты и на последней свободной кровати все выкопанные вещи. Их было очень много. И тут он увидел среди них нечто самое невероятное.

То была иссиня-чёрная, очень тёмная урна-гроб.

Но разве они не искали красные урны-гробы? Что тогда здесь делает эта чёрная, источающая зловещий холод штуковина? Поставили её тут в такое время, в таком месте — жуть берёт.

Иссиня-чёрный цвет напоминал старую бронзу, но поверхность была куда более шершавой. На поверхности урны-гроба виднелось множество серых «шрамов», похожих на угревую сыпь. Гроб ещё не вскрыли, он просто тихо стоял в углу комнаты.

Ли Цу уставился на неё, и страх нарастал. Ему было не по себе, казалось, что эта вещь источает ауру несчастья. Он хотел отвести взгляд, но не мог повернуть головы — непреодолимая сила заставляла его смотреть.

Он сидел в инвалидном кресле, укрытый вонючим коричневым одеялом — стандартным для китайских отелей. Ещё в детстве он удивлялся, почему одеяла именно коричневые, но понял это лишь годы спустя, когда увидел, как отец на одно из них блеванул.

Он сбросил с себя одеяло. Даже у ребёнка с несчастливым детством может быть брезгливость на этот счёт.

Ли Цу смутился, вспомнив, как он брезгливо убирал кольцо в карман, и мысленно выругался.

Он вздохнул и развернулся, чтобы выйти из комнаты — хотя бы в коридор. Подкатив к двери, он обнаружил, что она заперта снаружи.

Он изо всех сил дёргал ручку, до испарины на лбу, и в бессильной злобе хотел было пнуть дверь, но нога его совершенно не слушалась.

КАКОГО ЧЁРТА.

Какая забота. Только не стоило оставлять меня с вещами мертвецов, я же не погребальный дар!

Он развернулся и прижался креслом к двери, глядя на чёрную урну-гроб в дальнем конце комнаты. Почему-то ему вдруг показалось, что она втянула в себя всё тепло, что было в номере.

Его давление поднималось всё выше, ему становилось всё хуже, даже дышать стало трудно. Он увидел, что одеяло, которое он сбросил, валяется на полу. Медленно развернув кресло, он подъехал, чтобы поднять его и накрыть им урну-гроб. «И как они умудрились притащить её сюда целиком? — подумал Ли Цу. — Что-то пошло не так, и не хватило времени вскрыть на месте?»

Он осторожно приблизился к чёрной урне. Подъехал так близко, что мог дотронуться до неё рукой, но дальше кресло не двигалось — весь пол был завален погребальными дарами.

Ли Цу глубоко вздохнул. Вблизи эта штука вызывала ещё большее отторжение. От зловещего предчувствия у него зашевелились волосы на затылке. Возможно, это было чистое самовнушение, но побороть его он не мог. С трудом оперевшись на здоровую ногу, он приподнялся с кресла и швырнул одеяло.

Одеяло накрыло чёрную урну. Он с облегчением выдохнул, и в тот же миг изнутри донёсся звук — будто кто-то царапнул когтями по стенке.

Ли Цу вздрогнул и тут же потерял равновесие. Кресло откатилось назад, и он рухнул прямо в кучу погребальных даров, ударившись головой об урну-гроб.

Бах! В его черепе было отверстие, и в момент падения все мышцы тела напряглись, чтобы повернуть голову другой стороной, но удар всё равно оказался больнее обычного. Ему показалось, что через дыру выплеснулся мозг.

Он в панике пополз назад. Урна больше не издавала ни звука и по-прежнему была накрыта одеялом. Но теперь он увидел то, чего не замечал раньше: урна стояла не прямо на полу. Под четырьмя её углами были аккуратно подложены стопки медных монет, приподнимая дно над полом.

Монетки были очень маленькие, и поддерживать равновесие было непросто. От удара Ли Цу одна из ножек сместилась, и урна коснулась пола.