Вход

Разумеется, не вся гора была фальшивой, но часть её, судя по всему, представляла собой полую конструкцию.

Провал грунта доказывал, что всю котловину искусственно приподняли на высоту в половину человеческого роста, а затем засыпали землёй и замаскировали сорняками. Из-за обвала я пока не мог разглядеть конструкцию под ней, но был уверен, что это система из опор и закреплённых плит — любому, кто изучал архитектуру, такое устройство знакомо.

Именно поэтому здесь не было больших деревьев — толщины почвенного слоя попросту не хватало. Этот приподнятый пласт земли был подобен скорлупе.

Если бы за такое взялся инженерный батальон, то при достаточном количестве людей его можно было бы возвести за день. Однако я сомневался в таком варианте — слишком много народу привлекло бы ненужное внимание. Я был уверен, что это сооружение строили постепенно, в обстановке строжайшей секретности. Подобные тайные объекты обычно связаны с военными.

Конструкция была не только скрытной, но и чрезвычайно прочной. По моим прикидкам, пробить в ней брешь можно было разве что из пушки. Если просто топтаться по ней или копать, ничего бы не вышло — копнув совсем немного, наткнёшься на сплошной камень.

Более того, я знал, где находится вход. Он должен был быть у самого большого дерева, которое служило ориентиром. Чтобы вырасти таким высоким, его корни должны были уходить в настоящую землю.

Место, где я развёл огонь, находилось, по-видимому, как раз рядом со входом, и под ним была пустота.

Возвращаться в кромешной тьме было нельзя. Но я думал о том, как загонял дым под камни и развёл такой большой костёр, — не наделал ли я бед? Не был ли этот обвал вызван пожаром на склоне?

Я осторожно бежал через заросли и добрался до края воронки, образовавшейся на месте обвала. Это и был разлом.

Я увидел маскировочный слой толщиной примерно с мою руку. В самом низу был железобетон, посредине — толстый пласт скальной породы, залитый бетоном так, что его невозможно было отличить от настоящей горы. Поверх этой скалы лежало бесчисленное множество обычных камней, а уже на них — земля, щебень и сорняки.

Я крикнул, и в ответ разнеслось гулкое эхо. Холодный пот выступил у меня на спине. Я осознал, что под ногами у меня огромное пустое пространство. Я потрогал край разлома и, опустив руку, нащупал сбоку шершавую бетонную стену.

Я заглянул внутрь. Поначалу я думал, что там тесно, ведь этот настил, как мне казалось, возвышался над настоящим дном котловины всего на пол-человеческих роста. Но, забравшись внутрь наполовину, я понял, что не могу нащупать дна. Я собрал немного сухой травы, поджёг её и бросил вниз. Горящий пучок, словно метеор, полетел в бездну.

Котловина была неширокой, и с инженерной точки зрения перекрыть её было не сложнее, чем сконструировать крышу баскетбольного стадиона.

Внизу была поразительная глубина. Я почувствовал не только ледяной холод и крайне низкую температуру, но и странный сквозняк.

Из-за смещения пластов по бокам разлома образовалось множество трещин. Разрывы были полны корней травы; стоило их раздвинуть, как я убеждался, что под ними действительно пустота.

Если бы кто-то начал здесь копать и наткнулся на скальный пласт, то не смог бы продвинуться дальше и не обнаружил бы бетон под ним.

Эта «земля» была сооружена не на высоте в пол-человеческих роста от дна котловины, а висела в воздухе посреди неё. По моим прикидкам, до настоящего дна было не меньше ста метров — внизу зияла огромная пустота.

Кто-то возвёл под этой «землёй», в пустоте скрытой котловины, высокое бетонное здание. Вершина этого здания находилась прямо у меня под ногами, на пол-человеческих роста ниже того, что я принимал за «землю». Чаны с водой и тот самый Диск с насекомыми — всё это стояло на крыше этого бетонного сооружения.

Потрясение не отпускало меня. Если я не ошибался, эта «земля» могла быть установлена на рельсах. Исчезнувшая тропа находилась на склоне холма под ней. Вся эта «платформа» могла, направляемая рельсами, съезжать вниз, открывая грунтовую дорогу, а затем подниматься, полностью скрывая её.

Это был колоссальный тайный объект. На моей памяти с ним могло сравниться лишь одно сооружение — шахта для запуска межконтинентальных баллистических ракет. Но прошлый опыт подсказывал, что это невозможно.

Сами по себе эти вещи выглядели здесь неуместно, но, будь это просто глушь, любой, кто наткнулся бы на них, подумал бы, что это всего лишь странный камень и несколько старых чанов для воды.

Этой ночью я почти не спал. С одной стороны, меня пугала недавняя встреча, с другой — не давали покоя мысли об этом месте. Я заставлял себя отдохнуть, но спать здесь было небезопасно: если бы я уснул слишком крепко, то мог бы захрапеть. В итоге я решил не ложиться вовсе, а вместо этого мастерил факелы из сухой травы и веток в ожидании рассвета.

Я находился на вершине высокого бетонного здания, возведённого внутри бездны. Я не знал, что это — небоскрёб или гигантская бетонная башня.

Насколько глубока эта котловина? Я глубоко вздохнул и встал. С тех пор как мой диплом бакалавра архитектуры несколько раз спас мне жизнь, я в свободное время перечитал все университетские конспекты. Теперь мне казалось, что я без проблем мог бы снова сдать экзамены в аспирантуру. Взглянув на котловину с профессиональной точки зрения и вспомнив дорогу, по которой я сюда шёл, я начал понимать, что здесь произошло.

При свете дня мои догадки подтвердились: дна по-прежнему не было видно. Я обошёл разлом по кругу, но не нашёл никакой внешней лестницы, ведущей вниз.

Мой взгляд метнулся к Диску с насекомыми и чанам с водой. Может, среди них и был спрятан вход?

Я не решался войти, так как у меня не было ничего для освещения. Придётся ждать утра — только при солнечном свете можно будет что-то разглядеть. У такого здания непременно должен быть вход сверху, иначе его бы спроектировали по-другому. Ведь маскировочный слой не покрывал крышу этого сооружения. (Позже выяснилось, что я ошибался.)

Похоже, вход и вправду должен быть где-то на этой крыше.

Светало. Я действительно очень устал, но, по правде говоря, моё тело стало гораздо выносливее, чем раньше. Особенно за то время, что я провёл в Иньчуане, я отлично высыпался каждую ночь. Решив передохнуть, я нашёл ровное место, чтобы прилечь, и, расставив вокруг несколько ловушек-сигнализаций, привязанных к пальцам, позволил себе немного вздремнуть.

Даже короткий сон почти полностью восстановил мои силы.

Ничто не пыталось причинить мне вред. Неужели я и его прикончил?

Хм.

Но что это за место? Угольная шахта, грузовик «Освобождение», человекоподобное чудовище… У меня было много догадок. Может, этот уголь — просто порода, которую они вынимали во время строительства, а не настоящее месторождение? Поэтому Линь Цичжун в итоге и не нашёл никаких следов шахты. Впрочем, чтобы понять это, нужно будет завтра спуститься внутрь и всё осмотреть.