Сквозящая стена

Примечание переводчика:

Пятый том какой-то странный получился. Часть глав отсутствует, часть, как будто, не в хронологическом порядке. Но это лучший (и единственный) источник, который мне удалось найти. Если вы, вдруг, имеете доступ к качественному оригиналу - напишите, обновлю перевод. Приятного чтения!

===========================

Ли Цу был в полном замешательстве. Он и опомниться не успел, как уже сидел в микроавтобусе, который увозил его из «дома». В зеркале заднего вида он разглядел женщину за рулём — до боли знакомую, ту самую хрупкую женщину, которой приказали спуститься в гробницу на разведку. Рядом с ним сидел мужчина в синем плаще с капюшоном, скрывавшим лицо. Ли Цу решил, что это мужчина, исключительно по исходившей от него мощной ауре мужественности. Оглянувшись, он увидел на заднем сиденье Толстяка. Тот храпел, весь в бинтах, и вид у него был ещё плачевнее, чем у самого Ли Цу. Кто все эти люди? Спросить он не решался: даже если бы ему ответили, не факт, что сказали бы правду.

Толстяк перевернулся на другой бок, и Ли Цу расслышал его бормотание:

— Юнь Цай, помедленнее, я больше не могу есть.

Машина всё ехала и ехала. Пейзаж за окном менялся, но ни дорожных знаков, ни каких-либо примечательных строений не было. Ли Цу подумал, что, увези они его сейчас за границу, он бы и не заметил. Впрочем, такого покладистого пленника, как он, ещё поискать. Кажется, его стокгольмский синдром перешёл в последнюю стадию и излечению уже не подлежал.

К вечеру машина остановилась. Женщина бросила взгляд на Ли Цу и вышла. Они, по-видимому, были где-то в глуши, снаружи стояла тьма, хоть глаз выколи. Ли Цу почувствовал, как открылась задняя дверь. Обернувшись, он увидел, что женщина собирается разбудить Толстяка. Но не успела её рука коснуться его лица, как тот очнулся, сел и спросил:

— Приехали?

Голос у женщины был немного хриплым, как бывает, когда долго молчишь:

— Нет, бензин кончился.

— Барбекю! — выдохнул Толстяк и медленно поднялся. Ли Цу видел, как он стиснул зубы от боли. Забавно, подумал он, это, должно быть, самая толстая живая мумия, которую он когда-либо видел.

— Чёрт побери, кто это меня замотал, как куколку? — Толстяк принялся сдирать с себя бинты. На них, судя по всему, было много крови. Ли Цу слышал, с каким трудом отрывается присохшая ткань. Он не смел смотреть — зрелище наверняка было не для слабонервных. Этот Толстяк не щадил себя. Ли Цу пробрала дрожь. Толстяк ведь только что крикнул «барбекю»? А кого ещё в этой машине можно поджарить, кроме него и той женщины?

— Эй, малец, — сказал Толстяк. — Насмотрелся, как дед раздевается? А теперь давай-ка и ты снимай одежду!

Ли Цу не посмел ослушаться. Женщина жестом велела ему выйти из машины. Они оказались в чистом поле. Человек в синем плаще уже развёл костёр. «Ну всё, — с тоской подумал Ли Цу, — сейчас я лишусь чести. Чтобы мясо было свежее, может, начнём с ног?»

Толстяка как раз подвели и усадили напротив Ли Цу, и слова парня застали его врасплох:

— В смысле? Ты что, нашёл способ вылечить грибок?

Ли Цу выпрямился:

— Разве вы не собираетесь приготовить меня на гриле?

Толстяк переглянулся с женщиной, достал из рюкзака несколько паровых булочек и сказал:

— Расслабься, мы придерживаемся более изящного стиля.

Ли Цу понял, что этот Толстяк — тот ещё фрукт, а с такими людьми проще всего общаться. Набравшись смелости, он спросил:

— Кто вы такие?

— Беглецы, — ответила женщина.

Сердце Ли Цу ушло в пятки.

— Уважаемые, у этого бедняка нет ни гроша за душой…

— Не волнуйся, мы не посягаем на чужую добродетель, — прервал его Толстяк и жестом попросил повернуться к нему спиной. Осмотрев её, он вздохнул. — Понятно. Нам всё-таки придётся отправиться в Гутуцзин!

Услышав это название, Ли Цу тут же оживился:

— Вы тоже собираетесь копать золото?

— Золото? — хмыкнул Толстяк. — Разве что золотистые яичные тарталетки там сейчас найдутся.

— Вы знаете Се Ди? — осторожно спросил Ли Цу.

— Сиди? — переспросил Толстяк. — Это приказ? Так я уже сижу. Сюсю, погляди, может, у меня на подошве написано «сиди»? Да ещё и с узором из сине-белого фарфора династии Юань?

— Поменьше болтай, у нас не так много времени, — вмешалась Сюсю, видимо, обеспокоенная ранами Толстяка. — Тебя зовут Ли Цу, верно? Мы уже встречались. Мы свои.

— Вы и правда друзья Босса У?

— Твой Босс У мне как шурин. Как думаешь, знаем мы друг друга или нет? — рассмеялся Толстяк.

— Не слушай его бредни. Мы те, кто должен был встретить тебя и вытащить оттуда.

— Кстати, как вы меня вытащили? Перед тем как заснуть, я был в своей кровати…

— Очень просто. Видишь этого красавчика с ледяным лицом рядом с тобой? У него есть волшебная татуировка. Люди семьи Ван, завидев её, падают ниц!

— Что за татуировка?

— Да ничего особенного, просто курица. Старого предка семьи Ван как-то раз клюнула курица, и он так перепугался, что завещал сыну держаться от них подальше. Сказал, мол, береги себя и держись подальше от кур.

Ли Цу покрылся холодным потом. Он вдруг понял: пусть эти люди и кажутся безобидными, они ничуть не уступают Людям в чёрном. Так вот почему Босс У был так спокоен.

— Тогда откуда вы знали дорогу?

— Мы захватили в заложники одного из семьи Ван. Но у этого красавчика с ледяным лицом есть одно особое хобби. Вероятно, где-то по пути он отправил его в последний путь. Думаю, тот уже вернулся к праотцам.

— Вы можете рассказать мне всё от начала до конца? — спросил Ли Цу. — Неужели вы думаете, что я, ничего не зная, вот так просто доверю вам всё, что мне известно?

Толстяк кивнул:

— Парень-то смекалистый. Не переживай, в пути мы не оставим тебя в неведении. Но сначала ты должен рассказать, что знаешь ты.

— С какой стати? Сначала вы!

Толстяк подбросил полено в костёр:

— Парень, а то, знаешь ли, наши вкусы порой бывают… весьма специфическими.

Ли Цу почувствовал, что Толстяк полностью его подавил. Впрочем, главная причина, по которой он решил всё выложить, была в том, что он чувствовал — это хорошие люди. И он рассказал им всё, чему его учили, начиная с царя Му из династии Чжоу. Он говорил так долго, что во рту пересохло. Наверное, Толстяк заметил его усталость, потому что жестом велел ему остановиться.

— Кое-что из того, что ты сказал, важно, а кое-что мы уже знали. К счастью, семья Ван любит рассказывать истории с самого начала. Будь на их месте тот старый чёрт Чэнь Пи А-сы, он выкинул бы начало с концом, и ничего полезного не осталось бы. Ладно, я тоже кое-что расскажу. О том, как мы тебя нашли.

— Кажется, это вас захватили в плен…

— Это тоже было частью нашего плана, — сказала Хо Сюсю.

— И ваш план заключался в том, чтобы разориться в пух и прах? — спросил Ли Цу.

— Ты слишком много говоришь. Может, год или два назад, встретив такого ребёнка, я бы говорила с тобой терпеливо. Но сейчас такие, как ты, меня не радуют.

Ли Цу замолчал. Он подумал, что в семье этой Сюсю точно кто-то умер, иначе выражение её лица не было бы таким мрачным.

— Наша организация, Старые Девять врат, сотни, а то и тысячи лет жила под надзором хэйфэйцзы, то есть семьи Ван. В наши ряды проникло множество их людей. Мы не можем отличить друга от врага, многие из нас погибли в неведении. Наши предшественники прилагали огромные усилия, чтобы вырваться из-под контроля семьи Ван и тех, кто за ними стоит, но потерпели неудачу. А сейчас Старые Девять врат — это горстка людей разного пошиба. Но семья Ван не проявила к нам милосердия. Чтобы избежать этой отвратительной судьбы, у нас не было иного выбора, кроме как пойти ва-банк. Как ты видел, мы долго всё планировали, чтобы наконец обнаружить местоположение семьи Ван. Но лишь за это мы заплатили цену, которую ты даже представить себе не можешь. Например, чтобы спасти тебя, нам пришлось перевернуть весь Пекин вверх дном, разозлить семью Ван и позволить им схватить нас. В то же время, чтобы выжить, нам пришлось дать им наводку на несколько древних гробниц — тех, куда без нас они бы не спустились. Так мы и выжили, хоть и покрыты ранами с головы до ног. Затем, чтобы привлечь их внимание, мы заставили тебя обнаружить странности на твоей спине. Так они решили, что главный беглец — это ты. А мы в это время привели в действие заранее подготовленный план и заставили кое-кого из их людей помочь нам. Мы сбежали, но теперь застряли в этой глуши…

— Что нам делать дальше? — спросил Ли Цу.

— Будем импровизировать! — ответил Толстяк, уплетая булочку. — Я не то что Тяньчжэнь, с его-то заворотом кишок. Я, Толстяк, предпочитаю действовать просто и грубо!