Сон

Дальше все шли молча. Вокруг царила кромешная тьма, и Ли Цу больше не мог разглядеть каменные стены. Спуск вслепую поначалу добавлял жути, но вскоре выяснилось, что так действительно быстрее.

Из-за темноты Ли Цу больше не увидел ничего ценного. Единственным его дополнительным открытием стали вырезанные на многих каменных стенах знаки.

Это были мелко вырезанные арабские цифры. Судя по всему, их наносили на поверхность змеиных гнёзд, но не на всех. Вероятно, так помечали и подсчитывали какие-то особенные гнёзда.

Наконец они достигли дна. Однако это «дно» оказалось совсем не таким, как они себе представляли.

Шахта не заканчивалась — просто дальше спускаться было невозможно, потому что на середине её произошёл обвал. Путь вниз преграждали огромные валуны.

Сквозь щели виднелось, что шахта ниже завалена очень сильно. По идее, вертикальный ствол не мог так обрушиться, ведь боковые стены вряд ли осыпались бы на такой большой площади. Осветив место обвала, они обнаружили в стенах пробуренные отверстия — следы взрывных работ. Обвал был устроен намеренно.

Они хотели запечатать нижнюю часть шахты. Луч фонаря, направленный вниз, показал, что завал не был сплошным — под ним по-прежнему зияла глубокая, непроглядная чернота.

На одной из стен в обрушенной части виднелась строка вырезанных иероглифов: «Ниже находится разрыв в пластах».

Точную глубину установить уже было нельзя, но спуститься дальше — очевидно, невозможно.

Ли Цу на самом деле вздохнул с облегчением. Но не означало ли это, что они зашли в тупик? Зачем они вообще сюда пришли?

Люди в чёрном, похоже, задавались тем же вопросом. Они снова осветили всё вокруг и заметили над завалом горизонтальный проход. Лаз был ещё уже — человек чуть полнее среднего в него бы не протиснулся.

Сначала один из группы отправился на разведку. Убедившись, что путь безопасен, остальные полезли за ним один за другим. Внутри оказалась довольно просторная каменная полость, где можно было сидеть на корточках. На стенах висело множество папок с документами. В другом конце полости виднелся ещё один лаз, ведущий куда-то вбок. Похоже, это был потайной ход.

Ли Цу не успел разглядеть, что это за документы — люди в чёрном собрали их с невероятной скоростью. Минут через пять-шесть он заметил на их лицах редкое проявление эмоций. Хотя он и не мог понять, что это были за чувства, самого факта было достаточно, чтобы его удивить.

Последним, что они сняли, была приклеенная к стене пещеры карта. Бумага стала хрупкой от времени, и, прежде чем свернуть её, они сбрызнули поверхность каким-то спреем, чтобы закрепить. За это время Ли Цу успел мельком её рассмотреть.

Кажется, это была геологическая карта среза пластов. На разной глубине виднелись какие-то символы, и Ли Цу разглядел, что все они были связаны со змеями.

В тот момент, когда со стены сорвали приклеенный к ней лист бумаги, все замерли.

Каменная стена за картой оказалась поверхностью змеиного гнезда. Она была очень тонкой, и, как только бумагу убрали, свет фонарей выхватил из-за неё змеиный глаз, который тут же распахнулся.

Глаз был размером с гусиное яйцо, золотисто-серый, похожий на драгоценный камень.

Все тут же погасили фонари. Один или два человека включили более тусклые источники света. Без яркого освещения стало смутно видно, как змеиный глаз за каменной стеной медленно скрылся из виду.

От предыдущего столкновения с одним из людей в чёрном и от всех увиденных по пути чудес у него подкашивались ноги, и сознание медленно уплывало.

Сознание его помутилось. В полузабытьи он почувствовал, как его чем-то накормили, а затем последовал долгий-долгий период, когда его просто волокли за собой.

Затем тащить перестали. Но он чувствовал, что его положение ничуть не изменилось: он всё так же лежал в узком пространстве. Просто теперь он был неподвижен.

Это был тот самый горизонтальный проход. Он лежал на спине, не видя ни того, кто был впереди, ни того, кто сзади. Пошевелившись, он ощутил, что верёвка под мышками всё ещё натянута. Очевидно, человек впереди тоже замер.

Сердце Ли Цу колотилось как барабан, и силы постепенно его покидали. Хотя ему и не приходилось прилагать особых усилий, человек, не приученный к тому, чтобы им распоряжались как вещью, при такой интенсивности передвижения рефлекторно напрягается. По крайней мере, на крутых поворотах ему приходилось напрягать мышцы, чтобы тем, кто его тащил, было удобнее.

Воздух двигался, чувствовался слабый сквозняк — возможно, поэтому температура здесь не повышалась.

Он прислушался внимательнее и понял, что что-то не так. Это была не тишина сна.

Воцарилась полная, мёртвая тишина. Эти люди не двигались, даже дышали почти неслышно. И в этой тишине он вдруг расслышал нечто иное.

Сверху доносились громкие, шумные голоса. Звенела посуда, стучали бутылки, кто-то включил музыку. В какой-то момент ему даже показалось, что запахло жареным мясом.

Он был хорошо знаком с таким состоянием, с такими звуками и запахами. Неужели это барбекю?

Среди запаха жареного мяса он уловил ещё одну, более странную нотку. Он задумался, пытаясь прояснить сознание, и тут же понял, что это.

Запах мочи.

Он дёрнулся и почувствовал, как по затылку протекла тёплая струйка жидкости. Запах мочи стал просто невыносимым.

Думать об этом было нелепо, но тут сверху донеслись смешки и звуки расстёгиваемых молний и ремней. Ли Цу осенило. Очевидно, кто-то после барбекю решил справить малую нужду. Кто знает, как устроен этот каменный проход, но вся их моча стекала в этот узкий лаз. От первого человека в чёрном до последнего — все, один за другим, внесли свою лепту.

Слава богу, он лежал на спине. Ли Цу чуть не расплакался. Это кто там из впереди идущих господ не выдержал? Неужели вся эта крутая команда мастеров разрушит свой образ из-за нескольких слабых мочевых пузырей?

Тут Ли Цу ощутил какое-то шевеление, послышались странные звуки, и вонь стала ещё сильнее.

До чего же паршиво. Вспомнив слова У Се о судьбе, Ли Цу вдруг почувствовал безумное желание расхохотаться.

— Молодец, — словно подбодрил его У Се в мыслях. — Усни, а они пусть хоть сдохнут от усталости.

Какие же они беззаботные. Неужели предводитель просто скомандовал спать, и все, как один, уснули? Если в жизни и правда так бывает, он бы тоже хотел попробовать.

В таком состоянии он провалился в глубокий сон. Когда он очнулся, то обнаружил, что ровным счётом ничего не изменилось.