Опасность на каждом шагу

*The desert is not safe, stay there, keep quiet, we will save you ASAP!*

Звук саксофона и впрямь походил на человеческий голос, но до членораздельной речи ему было очень далеко.

«Разве что с субтитрами», — подумал Ли Цу, сжимая переносицу. А Су Вань, упиваясь собственной игрой, дудел одно и то же уже больше десяти раз.

Странный звук и вправду разносился по пустыне далеко. Английский у Ян Хао был из рук вон плох, так что он не мог определить, понятна ли мелодия Су Ваня. Глядя в бинокль на Лян Вань, он вдруг закричал:

— Есть реакция! Есть реакция! Она смотрит в нашу сторону!

Ли Цу закрыл лицо руками и тяжело вздохнул. Он уже собирался встать и сломать к чертям саксофон Су Ваня, как вдруг Ян Хао вскрикнул и скатился с дюны.

— Что случилось? — Ли Цу бросился наверх. Едва взобравшись на дюну, он увидел, как в озаряемой лунным светом белой пустыне пошла едва заметная рябь.

В тусклом свете луны было смутно видно, как рябь становится всё сильнее, постепенно превращаясь в песчаные волны, которые расходились во все стороны. Среди этих волн время от времени на поверхность показывались чёрные тени, похожие на щупальца.

Су Вань ничего не замечал и продолжал самозабвенно играть. Под звуки саксофона эти лозы двигались в определённом ритме.

Можно было подумать, что это похоже на то, как индийцы заклинают змей, но нет — всё было совсем иначе. Вся пустыня и впрямь вздымалась волнами. Ли Цу внезапно понял, почему грузовики снова оказались погребены под песком. Хоть и было плохо видно, он разглядел, что все лозы движутся по одному и тому же принципу — кружат возле дюн.

Саксофон действительно вошёл в резонанс с дюнами, и в результате лозы ошибочно решили, что на всех дюнах есть живые существа.

Он выхватил у Ян Хао бинокль и посмотрел в сторону Лян Вань. Девушка была на грани срыва. Она отступила на середину дюны, а место, где она только что стояла, вместе с костром уже поглотили песчаные волны.

— Хватит дудеть! — крикнул Ли Цу и, пнув ногой песок, заставил Су Ваня замолчать.

Звук саксофона резко оборвался. Почти в то же мгновение песчаные волны замерли, и вся пустыня затихла, словно Море песка разом сковало льдом.

Ли Цу снова посмотрел в бинокль. Лян Вань, очевидно, не понимала, что произошло. Она в ужасе смотрела на затихшую дюну, растерянно огляделась по сторонам и вдруг, схватив чемодан, бросилась вниз и побежала по Морю песка.

На поверхности затихшего Моря песка она была единственным источником звука. Песок за её спиной тут же пошёл рябью, и змееподобные следы из-под земли устремились за ней в погоню.

— Твою мать! — Ли Цу с размаху ударил себя по лицу, вскочил и заорал на Су Ваня. — Играй! Играй самое громкое, что знаешь!

На Су Ваня возложили важную миссию. Не зная, что стряслось, он тут же кивнул, поднял саксофон и заиграл «Поминальную скорбь». Этот классический номер, который он однажды исполнял на школьном вечере, был траурной мелодией, предназначенной для соны, — пронзительной и скорбной.

Ли Цу выхватил у Ян Хао автомат и выбежал за пределы безопасного круга у хайцзы. Он услышал, как Ян Хао орёт Су Ваню:

— А что-нибудь повеселее сыграть можешь?

Ли Цу успел пробежать всего шагов двадцать-тридцать, когда песок под ногами уже пришёл в движение. В темноте он не видел, бежит ли Лян Вань ему навстречу. Он хотел было дать очередь по песку, но, вспомнив, что твари идут на звук, сдержался и помчался вперёд.

В темноте слышались лишь фальшивые звуки саксофона да гул движущегося песка. Ли Цу пытался определить, где находится Лян Вань, но не мог. В тот самый миг, когда он уже готов был проклясть свою безрассудную глупость, что-то пролетело сзади и взорвалось в семи-восьми метрах от него. Холодные искры разлетелись во все стороны, ослепив его.

Это был холодный огонь. Ли Цу обернулся и увидел, что Ян Хао тоже сбежал вниз и теперь бежит за ним. За поясом у того торчало несколько таких же огней, и он как раз достал ещё один. Помахав Ли Цу, он бросил его.

— Лови!

«Вот это друг! Точно знает, что мне нужно! Жаль только, умом не блещет», — Ли Цу был готов разрыдаться. Он подбежал, поднял холодный огонь и запустил его в небо.

Шум поднялся несравненно больший, чем в прошлый раз. Как сказал какой-то философ, Су Вань всегда умел сделать из плохой ситуации ещё более худшую. Тем временем Ян Хао запустил над его головой ещё один холодный огонь, на этот раз выше. У Ли Цу уже не было сил язвить. Он крикнул Ян Хао: — Возвращайся! — а сам, со скоростью футболиста, врывающегося во вражескую штрафную, рванул вперёд. На бегу он подцепил ногой второй холодный огонь, брошенный Ян Хао, перебросил его через себя и что есть силы пнул его в небо.

Гол забить — вот это сложно! А пнуть по мячу, твою мать, — да раз плюнуть!

Взлетев высоко, холодный огонь осветил всё вокруг. Даже если Лян Вань бежала не в эту сторону, она должна была заметить свет. Оглядевшись, Ли Цу увидел её совсем рядом. С искажённым от ужаса лицом она смотрела на него. Поколебавшись мгновение, она, словно узрев спасительную соломинку, бросилась к нему. А за ней неслась гигантская волна вздыбленного песка.

Холодный огонь достиг высшей точки. Лян Вань уже подбежала к Ли Цу. Он схватил её за руку и одной рукой открыл огонь по песчаной волне за её спиной. Все движения были отточенными и плавными. Если бы Ли Цу мог видеть себя со стороны, он бы понял, что самый крутой момент в его жизни уже прошёл. Увы, времени на раздумья не было.

Пули бесполезно уходили в песок. Отдача была такой сильной, что Ли Цу не удержал равновесие, и они вместе с Лян Вань повалились на землю. В следующий миг их накрыла песчаная волна, подбросив обоих в воздух.

Ли Цу был гораздо проворнее Лян Вань. Он потащил её за собой, и, используя инерцию волны, они откатились в сторону, вскочили и снова побежали.

Они пронеслись мимо упавшего холодного огня. В тот момент, когда они перепрыгивали через него, Ли Цу выстрелил в него. Раздался оглушительный взрыв, сопровождаемый яркой вспышкой.

Песчаная волна, ошеломлённая взрывом, замерла. Взорвавшийся холодный огонь тут же поглотили твари из песка.

Эти семь-восемь секунд отсрочки всё решили. Ли Цу и Лян Вань взбежали на дюну и, перевалившись через занесённую песком крышу автомобиля, покатились вниз, прямо к краю хайцзы.

Наверху Су Вань и Ян Хао радостно закричали. Су Вань в честь победы издал ликующую трель, за что Ян Хао тут же сбил его с ног приёмом из тайского бокса:

— Чему радуешься, идиот?!

Оказавшись у подножия дюны, Ли Цу и Лян Вань инстинктивно сели. Лян Вань хотела было бежать дальше, но Ли Цу схватил её и покачал головой:

— Теперь в безопасности.

Под кольцом дюн, окружавших хайцзы, простиралась довольно ровная песчаная площадка. Лишь в пятистах-шестистах метрах от неё начинались крупные песчаные холмы. Из-за саксофона Су Ваня все лозы теперь сосредоточились у подножия тех дюн, и Ли Цу счёл это место относительно безопасным.

В свете холодного огня, зажжённого Ян Хао на вершине дюны, их лица мерцали. Лян Вань, ещё не оправившись от потрясения, медленно приходила в себя, заворожённо глядя на Ли Цу.

«Хочешь плакать — плачь, — подумал Ли Цу. — Я и сам не против. Начнёшь ты, и мне будет не так неловко». Но, к его удивлению, Лян Вань вдруг взяла его лицо в ладони и яростно поцеловала. Её маленький язычок мгновенно проник в его рот, а сама она всем телом прижалась к нему.

Ли Цу не сопротивлялся. По его мнению, уже хорошо, что он не обнял её в ответ.

Поцелуй длился не меньше трёх минут. Наконец Лян Вань отстранилась, отсела на три-четыре метра, уткнулась головой в колени и заплакала.

Ли Цу растерянно застыл. Ян Хао и Су Вань спустились к ним. Ян Хао был в ярости.

— Какого хрена! — заорал он. — Вообще-то, главный герой здесь я! Груша, ты пользуешься моментом! Так с братьями не поступают! — С этими словами он подошёл к Лян Вань. — Сестрёнка, не плачь, я ещё своей очереди жду.

— Отвали! — взревела Лян Вань, заставив Ян Хао отшатнуться на несколько шагов. Она встала и пошла в сторону хайцзы. — Не трогайте меня!

Трое парней смотрели, как Лян Вань вошла в хайцзы. Сделав четыре-пять шагов, она вдруг с плеском ухнула под воду. Они переглянулись. Лян Вань разразилась громким плачем. Ян Хао хихикнул и сказал остальным двоим:

— Не лезьте, на этот раз моя очередь.