Дело сделано

Хромая, я погнался следом. Даже с моим настроем и подготовкой я чувствовал, что рана на ноге дошла до самой кости. Стоило мне сейчас взглянуть на нее, и я бы, скорее всего, тут же потерял боевой дух.

Человекоподобная тварь, добежав до нужного места, принялась трясти головой. Она рухнула на землю, и я понял, что упустил шанс нанести решающий удар. Я подобрался к ней на расстояние двух-трех метров и увидел, что она повернула голову. Ее глаза были уже открыты.

В дымке из пепла и золы ее способности были ограничены, но прошедшее время дало ей передышку и позволило глазам прийти в норму.

Я собрался с духом, понимая, что настоящая битва только начинается. Глаза твари были очень маленькими, и на них, к моему сожалению, не было ресниц. Потрясая кинжалом, я начал кружить вокруг нее.

Ее спина кровоточила. Если бы такой удар Дабай Гоутуем пришелся по человеку, исход боя был бы уже предрешен. Увы, мой противник был скроен из другого теста.

— Эй, приятель, с таким, как я, еще не сталкивался? — крикнул я, продолжая двигаться. — Боги и демоны боятся отморозков! Не думай, что если ты уродлив, я не посмею тебя пырнуть. Я видал тварей в сто раз уродливее тебя, в них и человеческого-то ничего не было.

Я поливал ее бранью на всевозможных наречиях: на пекинском, ханчжоуском, чаншаском. Не знай я лишь нинсяского, так и на местном диалекте бы ее приветил. Моя ругань становилась все изощреннее.

Все это было лишь для того, чтобы придать себе смелости. Очень действенный метод: ругань разжигает гнев, а гнев — одна из сильнейших эмоций. В тот момент я считал, что он превосходит все остальные чувства. Конечно, вскоре я узнал, что самая непобедимая эмоция в мире — это скорбь.

Когда видишь, как к тебе с ножом идет человек, во взгляде которого нет ни капли надежды, нужно не просто бежать самому — нужно заставить бежать всех, кто рядом. Человек, лишенный надежды, но продолжающий сражаться — самый страшный противник.

У меня уже пересохло во рту от ругани, а человекоподобный монстр все так же не двигался, лишь следил за мной взглядом. То, что сидело у него на спине, съежилось и спряталось за плечами.

Мой боевой запал начал угасать. Кровь из раны на ноге пропитала ботинок и носок. Внезапно меня охватил страх: а что, если тварь вдруг заговорит? Скажет, например: «Начальник, я тут просто мимо проходил».

Вот тогда бы я влип. Судя по всему, что произошло раньше, она действительно могла просто проходить мимо и заглянуть на огонек. Конечно, по ее глазам я мог судить о ее враждебности, но в конце концов, это были лишь мои ощущения.

Я понимал, что подобные мысли — лишь предлог для отступления, инстинктивное желание спастись. Но у меня не было времени на то, чтобы растерять всю свою решимость. Огонь вокруг тоже скоро должен был погаснуть. Я перехватил нож обратным хватом и снова ринулся в обманную атаку.

И в тот же миг она атаковала.

Когда до нее оставалось около полуметра, она внезапно рухнула на землю и всем телом рванулась вперед. Ее взрывная сила и скорость превзошли все мои ожидания.

Прокляв себя за глупость, я оказался на земле. Тварь повалила меня и, раскрыв свою огромную пасть, метнулась к моей шее. Раньше я бы просто зажмурился и приготовился к смерти, но сейчас я в последнее мгновение резко вскинул голову и со всей силы врезался ей в челюсть.

Ее когти оставили на моей голове несколько глубоких царапин, от боли в глазах потемнело, но мой удар был нацелен на смерть. Я провернул руку, и Дабай Гоутуй вошел ей под ребра по самую рукоять.

Когда я выдернул клинок, тварь взвыла. Я тут же выставил между нами Огненный молот-метеор, отталкивая ее.

Нельзя было давать ей ни единого шанса. Для животного мои два удара были ранениями средней тяжести. Возможно, в конечном итоге оно бы умерло от заражения или потери крови, но до этого у него было бы еще несколько дней, чтобы убить меня. Я снова бросился вперед, метнув молот. Тварь увернулась, и тогда я в прыжке ударил ее ногой в челюсть, пока она лежала на земле.

Она снова взвыла, но тут же вцепилась мне в ногу.

Ногу пронзил холод, я потерял равновесие. Тварь повалила меня на землю и швырнула в костер.

Я вспыхнул, как факел. Перекатившись несколько раз, я сбил пламя. Поднявшись, весь в дыму, я понял, что мои волосы и ресницы обгорели. Но не успел я как следует встать на ноги, как тварь снова набросилась, вцепилась мне в бедро и опять повалила на землю.

— Твою мать, не могу её одолеть! Что за магия безресничных глаз? Если выберусь отсюда живым, клянусь, спалю всю шерсть на Хэй Сяцзы!

Я лягнул ее пару раз, заставив на миг разжать челюсти, и, вскочив, занялся своим обычным делом — спасением собственной шкуры.

Кое-как допрыгав, я добрался до сожженного дерева. Дальше бушевало пламя, пути не было. Человекоподобная тварь с невероятной скоростью настигала меня. Я больше не мог стоять на ногах, поэтому просто сел на землю и выставил нож для защиты.

В тот самый миг, когда она бросилась на меня, земля прямо передо мной провалилась. Тварь со всей дури влетела прямо в яму.

Да, я вырыл здесь ловушку.

Развернувшись, я изо всех сил ударил по дереву позади себя. Огромная горящая ветка, нависавшая над ловушкой, обломилась и рухнула вниз. Из ямы донесся душераздирающий вопль, и в воздухе запахло паленой плотью.

Человекоподобная тварь с воплем ринулась из ловушки. Яма была неглубокой, и она почти выбралась наружу, но я пнул тот самый камень. Весь холмик, который я соорудил, обрушился внутрь, в центр ловушки. Тут ей и крышка.

Что поделать, моя стихия — грязные трюки. Честный бой не для меня.

Я осмотрел свои ноги — зрелище было ужасным. Обрезав пропитанные кровью штанины, я кое-как обработал раны и только потом встал, чтобы взглянуть на ловушку.

Все было завалено камнями. Из-под них торчала лишь одна лапа твари, все еще охваченная огнем. Она больше не двигалась.

— Все-таки мой метод сработал, — мысленно выругался я. В глубине души я все еще сомневался в себе, поэтому, чтобы укрепить свою решимость, и соорудил здесь ловушку. Я не выкапывал ее. Под этим деревом земля и щебень были очень рыхлыми. Я нашел яму, руками перетаскал камни и выгреб землю, нарастив края, чтобы получилась своего рода труба. Затем я заполнил все вокруг соломой и камнями, чтобы сравнять край ловушки с землей, а после подпилил ветку над ней.

Для надежности камни по краям были уложены так, что цеплялись один за другой. Стоило выбить один ключевой камень, как вся конструкция обрушивалась.

Строители вечно выкидывают такие фокусы с механикой.

Я сплюнул и закурил. Вдруг один из камней шевельнулся, и из-под завала вылетело маленькое существо с человеческим лицом. Оно тут же вцепилось мне в спину. Тело его было невероятно длинным, и в одно мгновение оно обвилось вокруг моей шеи.