Догадки Ли Цу

Он разглядывал эту полусекундную запись в общей сложности часов пять. Выйдя из дома Су Ваня, он засел в интернет-кафе и неотрывно смотрел на один-единственный кадр.

Он не раз пытался убедить себя, что это не его отец, а лишь обман зрения, игра теней в ночном режиме съёмки, но обмануть себя не получалось. Движения человека, обернувшегося в эту долю секунды, его походка — всё точь-в-точь как у отца.

Ли Цу видел, что с отцом творится что-то неладное: он был чем-то напуган. Отец никогда не показывал ему своего страха, но, судя по выражению лица на видео, он находился в состоянии крайнего напряжения.

Насколько Ли Цу знал своего отца — настоящего пекинского мужика, — песчаная буря или какая-то расселина в скале ни за что не могли стать причиной такого страха.

Похоже, между первым и вторым фрагментами видео произошло нечто из ряда вон выходящее. А значит, и напряжённое состояние людей в расселине не было обычным — скорее, это походило на эмоциональную реакцию после пережитого ужаса.

Выходит, его отец тоже в этом участвовал. А судя по состоянию Шэнь Цюн и других детей, эта группа, похоже, постоянно втягивала в свои дела несовершеннолетних.

«Ох, отец, ну и влип же ты. Неудивительно, что мама с тобой развелась. На тебя совсем нельзя положиться».

Ли Цу проанализировал всю запись, разбив несколько секунд видео на отдельные кадры с помощью специальной программы, и обнаружил одну очень странную деталь.

Объектив камеры определённо не двигался — он сравнил контуры фона в нескольких временных точках, и они полностью совпадали. Однако на временной шкале не хватало девяти минут и двенадцати секунд.

Запись была отредактирована. Кто-то вырезал из неё девять минут и двенадцать секунд, которые Ли Цу не должен был видеть.

Вот и всё.

Если так, то и события, которые произошли с ним самим, уже не казались такими уж странными.

После долгого молчания Ли Цу тяжело выдохнул. Руки у него онемели. Теперь он понял, почему Су Вань спрятал эту запись: в ней фигурировал его отец. Су Вань, должно быть, посмотрел видео, до смерти перепугался и решил, что Ли Цу тоже что-то от него скрывает.

С точки зрения Су Ваня, присутствие в кадре Шэнь Цюн и других детей говорило о том, что для них это было обычным делом. А поскольку Ли Цу, столкнувшись с трупом, не впал в панику, а вёл себя относительно спокойно, Су Вань мог подумать, что он просто притворяется. Что на самом деле Ли Цу не новичок, а прекрасно всё знает и просто попал в неприятную историю.

Су Вань накручивал себя. Если бы Ли Цу и вправду был в курсе всего, он бы не стал втягивать в это друзей.

Судя по видео, Шэнь Цюн участвовала в подобном впервые. Её отец, похоже, был не новичок, но и не слишком опытен. Так что, скорее всего, именно отец Шэнь Цюн взялся за это дело и уговорил его отца присоединиться.

Ли Цу подвёл итог: его отец присоединился к отряду расхитителей гробниц, который отправился в пустыню Баданьцзилинь на поиски места под названием Гутуцзин. Там, под причудливой скалой, должна была находиться огромная, никому не известная древняя Императорская гробница. Позже большинство членов отряда погибло, и живыми вернулись только Хуан Янь и его отец. Однако Хуан Янь вскоре тоже умер, а отец пропал без вести. Перед смертью Хуан Янь вырезал у Ли Цу на спине странный узор.

Его отец — единственный из всей экспедиции, кто вернулся живым и, судя по всему, до сих пор здравствует.

Отец с самого детства был загадочной личностью. Он числился мелким начальником на заводе, но реальной власти не имел, вечно был занят, мотался по делам и почти никогда не говорил с семьёй о своей работе. Наверное, даже мать не знала, чем он на самом деле занимается.

— Я на подхвате, делаю всё подряд. Если никто не берётся, приходится мне, — так отец описывал свою работу.

В такой команде должны быть люди, отвечающие за логистику, отмывание денег, оценку ценностей… Кем же был его отец? Ли Цу понятия не имел, в чём тот был силён. Он решил вернуться и перевернуть весь дом вверх дном — обыскать все места, к которым отец запрещал ему прикасаться.

Отец давно занимался подобными делами или ввязался в это совсем недавно?

Отец не был слишком осторожным человеком. Сложившаяся ситуация могла означать лишь одно: он ввязался в это дело совсем недавно.

Вспоминая все мелочи, связанные с отцом, он понял, что не только отец не знал его, но и он сам совершенно не знал своего отца.

Ли Цу сжался в кресле интернет-кафе и выкурил полпачки дешёвых сигарет. Он подумал, что если продолжит в том же духе, то к сорока годам точно умрёт от рака лёгких.

Ему нужно было попасть в то самое место во Внутренней Монголии. Однако все указывало на то, что затея эта крайне опасна. Из всех участников в живых остался только его отец. Да и сам Ли Цу, очевидно, был под прицелом у множества людей. Пойти туда без оружия означало верную смерть на чужбине.

Как ещё можно добраться до Внутренней Монголии? В самолётах, поездах и автобусах — везде проверки безопасности. И хотя на вокзалах досмотр обычно поверхностный, пронести незамеченным такой большой рюкзак будет непросто.

Выйдя из интернет-кафе, Ли Цу сделал две вещи.

Во-первых, он вернулся домой и перевернул там всё вверх дном. Деньги и карточки отца нашлись под матрасом. Всё остальное — в основном журналы вроде «Сборника историй», рабочие документы да старые телефонные книги — оказалось бесполезным. Ни одной зацепки.

Во-вторых, он вернулся на склад, где взял складной пистолет-пулемёт, патроны, кое-какое снаряжение для вылазок, палатку, прессованное печенье и забрал все оставшиеся у него наличные. На рассвете он тайком пробрался к дому Су Ваня и, как заправский водитель, увёл машину его отца.

Дорогу он знал хорошо: за годы езды без прав он успел стать почти профессионалом. Ли Цу выехал на шоссе и, полагаясь на память и дорожные знаки, направился в сторону Внутренней Монголии.

Но стоило ему миновать съезд с Пятого транспортного кольца Пекина, как он понял, что затея провалится. Путь до Внутренней Монголии был слишком долгим. У него не было ни прав, ни даже совершеннолетия — первая же проверка сведёт все усилия на нет. Машину конфискуют, а за незаконное хранение оружия его ждёт тюрьма. Повесив нос, Ли Цу развернулся и поехал обратно к дому Су Ваня.

Он беспомощно размышлял. Первоначальный порыв угас. В голову даже приходила безумная мысль пойти пешком, но здравый смысл заставил его отказаться и от неё. В итоге он уснул со всем своим снаряжением на диване в интернет-кафе, на следующий день бесцельно прослонялся по парку Дитань, а затем вернулся домой.

Не повезло с друзьями.

Незаметно пролетела неделя, но ничего не изменилось. Ли Цу так и не придумал, как провезти оружие во Внутреннюю Монголию. Он уже начал понимать, что, возможно, придётся оставить пистолет-пулемёт и добираться поездом или автобусом, как все нормальные люди. И в этот самый момент ему позвонил Ян Хао и сообщил, что Су Ваню стало лучше и его сегодня выписали из больницы.