Скелет

Выслушав всё это, я был немало удивлён. Мой одноклассник — человек серьёзный и не склонный к шуткам. И если он утверждает, что видел всё собственными глазами, значит, это не могло быть ложью.

Анализ возраста и особенностей костей привел к жутким выводам: скелет принадлежал девушке примерно семнадцати лет от роду, что совпадало с возрастом, который был бы сейчас у сестры преподавателя. Та погибла в автокатастрофе, и на этом скелете обнаружились травмы, в точности соответствующие полученным в аварии. Более того, некоторые из них успели зажить.

Официальные власти этот факт не признали, но преподаватель был твёрдо убеждён — это его сестра. Он верил, что по какой-то причине кости его сестры продолжали расти на протяжении тринадцати лет после её смерти.

Если в этой истории и впрямь не было никаких изъянов, то это был чрезвычайно интересный и необычный случай. Однако для меня в этих доводах и сведениях нашлись спорные моменты.

Самое простое и очевидное предположение, самое логичное, заключалось в том, что его сестра тогда не умерла. Она прожила где-то до семнадцати лет, а после её смерти тело поместили в этот гроб.

Хотя сгнивший гроб и множество странных следов указывали на несостоятельность моей версии, я всё же считал её вполне разумным объяснением. И я был уверен, что, дай мне время изучить все материалы дела, я смог бы сделать этот вывод ещё более убедительным.

Конечно, теоретически мой сценарий был возможен. Но для его осуществления потребовался бы невероятно дотошный интриган, обладающий огромной властью и ресурсами. Я не мог представить, какая выгода могла бы оправдать подобные усилия.

Кроме того, можно было найти и множество других объяснений. Человека с моим опытом на такие дешёвые трюки не купишь, и я не собирался слепо верить в эту историю.

Разобраться в этом деле было крайне непросто. Хоть я и занимаюсь древним ремеслом, и упоминание высоких технологий здесь может показаться неуместным, нельзя не признать, что некоторые базовые технологии сегодня достигли совершенства и получили широкое распространение. Взять хотя бы анализ ДНК. Однако извлечение ДНК из старых костей до сих пор остаётся сложнейшей задачей мирового уровня, особенно когда речь идёт об останках, пролежавших в земле так долго.

Тем не менее я всё же поехал с одноклассником в Иньчуань. Во-первых, он редко с таким энтузиазмом вникал в мои дела, а во-вторых, мне и вправду хотелось развеяться, а то место, по его словам, было до неприличия красивым.

Приехав туда, я из вежливости к однокласснику встретился с тем преподавателем. Он в подробностях рассказал нам обо всём, что произошло.

До этого момента история не вызывала у меня особого интереса, но в ходе дальнейшей беседы я постепенно начал замечать некоторые странности, которые заставили меня отнестись к делу серьёзнее.

Я заметил, что преподаватель ведёт себя как-то… странно.

Что же именно в его поведении меня насторожило?

К этому делу он относился с какой-то одержимостью. Обычный человек на его месте, даже такой, как я, привыкший к сверхъестественному, непременно терзался бы вопросом «почему» и пытался бы отыскать хоть малейшую нестыковку или логичное объяснение.

Преподаватель же не выказывал ни малейшего недоумения. Он лишь твердил, что этот скелет — его сестра.

В то же время я чувствовал, что он был слишком уж непоколебим в своей уверенности. Было видно, как его раздражали наши сомнения.

Оказалось, мой одноклассник в своём рассказе упустил три детали. Первая: гроб был заколочен ржавыми железными гвоздями. Преподаватель считал, что такой гроб сложно подделать. Если бы захоронение было недавним, тело его сестры не могло истлеть так быстро, а внутренность гроба не была бы такой сухой. Всё указывало на то, что это старая могила. Даже разница в два-три года не дала бы такого эффекта — для этого требовалось не менее десяти лет.

Вторая: смерть сестры в своё время была совершенно точно установлена. Это могли подтвердить не только он и его мать, но и полиция, и больничные записи — все улики были налицо. По правде говоря, их деревня и окрестные городки — места очень простые, там просто не было почвы для осуществления столь масштабного заговора.

И третья: ожерелье и браслеты его сестры были на скелете. Они сильно истлели и буквально вросли в кости. Взрослый человек не смог бы надеть украшения четырёхлетней девочки. В тот день на его сестре было семь браслетов — на руках и ногах. Посторонний вряд ли смог бы их различить, но преподаватель сам надевал их на сестру и помнил порядок. Он внимательно всё осмотрел — ошибки быть не могло.

Вдобавок ко всему, его чувство вины и мрачное выражение лица убедили меня в том, что эта история, скорее всего, правдива, и сам преподаватель знает некие скрытые подробности.

Он что-то от нас утаивал.

В такой ситуации невозможно быть настолько уверенным, основываясь лишь на паре косвенных признаков. Эта история была слишком невероятной. Очевидно, у него на руках имелись стопроцентные доказательства своей правоты, о которых он по какой-то причине не мог рассказать.

Он не мог не задаваться вопросом «почему». А раз он не выказывал недоумения, не спрашивал нас и даже инстинктивно не упоминал в разговоре «как такое могло случиться?», причина могла быть лишь одна.

Причина была в том, что он считал, будто мы не сможем решить его проблему. Но ведь мой одноклассник, представляя меня, расхваливал меня на все лады, явно рекомендуя как специалиста. И по выражению лица преподавателя было видно, что он поверил его словам — или, по крайней мере, признал мой авторитет.

Это было похоже на безмолвное сообщение: «Я не хочу с вами говорить и не буду спрашивать вашего совета, потому что считаю, что вы не сможете мне помочь. Я не собираюсь или не могу раскрыть вам всю информацию. Поэтому я могу обсуждать с вами лишь поверхностные вещи. Говорить о решении проблемы — пустая трата времени, ведь вы не знаете всех обстоятельств».

Раньше я редко подходил к проблемам с такой стороны, обычно скользя по поверхности или разбираясь с теми задачами, которые мне подсовывали другие. Лишь недавно я начал менять свой взгляд на вещи.

Впрочем, я не стал, как последний дурак, лезть с расспросами. Я уже давно перестал делать бесполезные вещи. После нашего разговора мне разрешили осмотреть останки его сестры.

Я видел в своей жизни немало костей и разбираюсь в них получше других. Самое веское доказательство, убедившее преподавателя в том, что это его сестра, должно было находиться на самом скелете. И раз он смог его найти, то, я уверен, смогу и я.