Легенда о Гутуцзине

Ли Цу просидел в оцепенении до глубокой ночи. Жара нисколько не спадала, а, казалось, лишь усиливалась. Он о многом успел передумать. Внезапно до него донесся тонкий аромат. Обернувшись, он увидел, что Лян Вань проснулась и босиком подошла к нему сзади.

— Иди спи дальше, — сказал Ли Цу. — Бессонница в такое время — это мучение для всех.

А сам подумал: «Я тут от усталости умираю, но уснуть не смею, а ты, имея возможность спать, ещё и ломаешься».

Неожиданно Лян Вань прижалась к его спине и крепко обняла его обеими руками. Ли Цу на мгновение замер, но она тут же отпустила его.

— Ты…

— Не пойми неправильно, просто хотела убедиться, что днем меня нес именно ты. — Она села рядом с Ли Цу, достала сигарету и закурила. — Может, пойдешь поспишь немного?

Неизвестно почему, но от запаха, исходившего от Лян Вань, ему захотелось спать. Он сдержал зевок и попросил у нее сигарету. Лян Вань нарочно бросила ее чуть поодаль:

— Не умеешь курить, так чего просишь?

Ли Цу вздохнул и повалился на дюну. Оба молчали, повисла неловкая тишина. Спустя долгое время Лян Вань холодно бросила:

— Придумай тему для разговора, не можешь, что ли?

Ли Цу посмотрел на Лян Вань и, поняв, что она говорит серьезно, спросил:

— Зачем ты пришла в эту пустыню?

— Смени тему. У каждого есть место, куда он должен отправиться, и люди, которых он должен встретить. Я же не спрашиваю, зачем сюда пришел ты, так что и тебе не стоит. Я не хочу об этом говорить.

«Твою мать! — выругался про себя Ли Цу. — Едет на моем транспорте, за мой счет, так я еще и должен о ней заботиться и развлекать беседой. Неужели нельзя быть повежливее? Да, я получил свою выгоду, но она и в подметки не годится всем здешним расходам и мучениям!»

— Я уже рассказывал тебе, что со мной случилось, когда я впервые попал в эту пустыню. Не думаю, что ты найдешь здесь то, что ищешь, — произнес он с напускной серьезностью.

Лян Вань проигнорировала его, явно не желая продолжать этот разговор. Возможно, она и сама не до конца понимала, зачем все это делает. Помедлив, Ли Цу сменил тему:

— Давай поговорим о Гутуцзине. Обменяемся информацией. Завтра мы уже будем там, и, похоже, то место настолько жуткое, что без сотрудничества нам не обойтись.

Лян Вань кивнула:

— Я изучила множество источников. Хэйшуйчэн — всего лишь один из значимых городов в районе Гуцзюйянь. В этой пустыне полно подобных ему небольших поселений, расположенных в основном вокруг хайцзы. Все вместе они образуют многонациональную цивилизацию с центром у древнего моря Гуцзюйянь. И у всех народов, живших здесь, есть легенды о Гутуцзине. Удивительно, но все они совпадают и очень похожи на то, что рассказывал Че Галиба. В них говорится, что Гутуцзин — это на самом деле другая пустыня, скрытая внутри этой. Единственное, что связывает ее с нашим миром, — это те три хайцзы. Предания гласят, что все, кто исчезает в этих хайцзы, на самом деле попадают в Гутуцзин. А те, кто вошел в Гутуцзин, не смогут вернуться из пустыни, если только в них не вселится местный демон.

Выслушав её, Ли Цу лишь недоверчиво покачал головой:

— Не может быть. Кто в здравом уме будет воссоздавать всё по чертежам тысяча девятисотлетней давности? Строители же не сумасшедшие.

С этими словами Лян Вань достала два чертежа:

— Смотри, это карта эпохи Хань, скорее всего, план Гутуцзина. В то время кто-то зарисовал его целиком, и это изображение точь-в-точь совпадает с тем, что я видела на каменной стеле. Как видишь, в Гутуцзине действительно был огромный комплекс зданий. Неизвестно, императорская ли это гробница, но масштаб соответствует уровню императорской гробницы. — Она указала на значок в виде камня в центре чертежа. — Ты говорил, что У Се показывал тебе фотографию камня. Должно быть, это он и есть. Он находится в самом сердце Гутуцзина. Когда ты был там в прошлый раз, ты не видел ни этого камня, ни каких-либо руин. Ты уверен, что место, где ты был, — это действительно Гутуцзин?

Ли Цу с горькой усмешкой покачал головой. Если У Се привел его не в Гутуцзин, то зачем ему было врать? Он взглянул на второй чертеж, который оказался современным проектом, сравнил его с картой и спросил:

— А это что такое?

— До династии Суй Хэйшуйчэн назывался иначе. То, что У Се рассказывал тебе о скрытой императорской гробнице в пустыне недалеко от Хэйшуйчэна, скорее всего, неточно с точки зрения географии. Полагаю, что гробница, о которой он говорил, на самом деле находится в скрытой пустыне Гутуцзина. Вероятно, в те времена один из хайцзы Гутуцзина просто появился рядом с Хэйшуйчэном. Бежавшие из крепости отряды национальных меньшинств со всем своим золотом остановились передохнуть у этого хайцзы, и в итоге их всех затянуло в ту таинственную пустыню.

— Если так, то… В прошлый раз я и правда видел в пустыне бетонную плиту. Говорили, что под песком какой-то завод. Может, тот камень, что показывал мне У Се, просто занесло песком во время внезапной бури?

— Возможно.

— Я тогда видел пограничный знак. Интересно, он есть на этом твоем чертеже? Если да, это многое бы прояснило.

Ли Цу принялся внимательно изучать инженерный чертеж. Он трижды его осмотрел, но так и не нашел значка, похожего на пограничный знак. Он вздохнул — похоже, всё прояснится только на месте.

— На глубине десяти тысяч метров под пустыней Баданьцзилинь протекает огромная подземная река. Ее воды питают все хайцзы на поверхности. Когда из-за изменения объема воды притоки этой реки пробиваются наверх, образуются кочующие хайцзы. Я предполагаю, что несколько таких притоков имеют постоянное русло. Они пересекаются под землей в районе Гутуцзина, из-за чего и появляются те три хайцзы, которые беспорядочно перемещаются по пустыне, но при этом всегда ведут в Гутуцзин.

— Но чертежи-то настоящие, вот они. Это значит, что компания, ответственная за проект, может легко входить в Гутуцзин и выходить из него. Должен быть прямой вход в эту скрытую пустыню. — Она тоже легла рядом с Ли Цу. — Это всё, что я знаю. Я тебе всё рассказала.

Ли Цу смотрел на лицо Лян Вань. В лунном свете она была прекрасна, словно фарфоровая кукла. Он залюбовался ею.

Он повернулся, чтобы что-то спросить, но увидел, что Лян Вань приложила палец к губам, призывая его к молчанию, а затем медленно уснула прямо рядом с ним.

Почти в то же мгновение он почувствовал, как похолодели его ноги. Опустив взгляд, он увидел, что уровень воды непонятно когда поднялся, и теперь она доходила ему до щиколоток.

Сев, Ли Цу огляделся и понял, что что-то не так. Уровень воды в хайцзы заметно вырос и продолжал стремительно подниматься. Озеро, словно живое существо, быстро расширялось, поглощая окрестные дюны.