Самозванец

С тремя сломанными пальцами о побеге или борьбе не могло быть и речи. Любая отчаянная выходка привела бы лишь к тому, что его снова вырубят, и это ровным счётом ничего бы не изменило. В такой ситуации метку на его пояснице обнаружили бы почти неминуемо.

Тем временем фермер уже подошёл, чтобы задрать ему одежду. Ли Цу на миг дёрнулся, но его вдруг осенило. Резким движением он смахнул рыбацкий фонарь прямо в озеро.

Фонарь был тяжёлым и тут же пошёл ко дну. Хотя свет ещё горел, а глубина была небольшой, дно покрывал толстый слой ила, и вода мгновенно помутнела, скрыв его из вида. На поверхности осталось лишь странное, тусклое световое пятно.

— Хочешь посмотреть — я сам покажу. Только не трогай меня, — бросил Ли Цу, видя, что план сработал.

Фермер включил свой фонарик. Ли Цу тут же задрал одежду. Мужчина посветил ему на поясницу, но там и вправду ничего не было.

— А на что ты тогда смотрел? — спросил фермер. — Чего ты так прятался, будто скрываешь что-то?

Он обшарил Ли Цу и вытащил из его кармана тетрадь.

Большая её часть была изрисована каракулями. Фермер долистал до последних записей.

Ли Цу и так писал как курица лапой, а уж переписывать что-то с поясницы, извернувшись в неудобной позе, было и вовсе пыткой. Записи получились совершенно неразборчивыми.

— Что это за каракули? — спросил фермер.

— Тригонометрические функции, — ответил Ли Цу. — Вспоминал школьную программу. Математику. Проверял, что ещё осталось в голове.

— А чего прятался?

— Да я не всё вспомнить мог. К тому же, в моём-то положении корпеть над задачками… как-то стыдно, что ли.

Фермер недоверчиво посмотрел на Ли Цу, затем снова на тетрадь.

— Правда? Ты не думай, что я неуч, не пытайся меня обмануть.

Ли Цу поглядел на фермера, на его растерянный взгляд, так похожий на его собственный во время экзаменов, и мысленно усмехнулся. «Значит, в этой шайке не все гении. Этот тип, судя по всему, такой же неуч, как и я».

— Заберите тетрадь, покажите кому-нибудь, кто разбирается, — предложил Ли Цу. — У вас ведь наверняка есть знающие люди.

Фермер вернул ему тетрадь.

— Не нужно. Продолжай рыбачить.

В тот миг, когда фермер повернулся, чтобы уйти, Ли Цу наконец-то смог выдохнуть с облегчением. Но он тут же заставил себя замереть, не позволяя телу расслабиться. Он знал: стоит ему хоть на йоту ослабить напряжение в плечах, и язык тела выдаст его с головой. Он боялся, что фермер лишь делает вид, что уходит, и ждёт этого момента.

Тот шёл не оборачиваясь. Ли Цу медленно, постепенно расслаблялся. Лишь сейчас он почувствовал, как дрожат его губы и подкашиваются колени.

И в этот самый момент фермер остановился и обернулся.

— Ты чего на меня уставился? — фермер снова подошёл к нему. — Всё-таки что-то здесь не так. Ты точно ничего не прячешь?

Ли Цу собрал все силы, чтобы помотать головой. Фермер наклонился ближе.

— Но вид у тебя очень нервный. С чего бы так переживать? Я видел, как ты посреди толпы в штаны наложил, и то выглядел спокойнее.

Ли Цу прикусил нижнюю губу. Он понимал, что унять дрожь уже не получится, и решил подыграть. Главный секрет лжи в такой ситуации — выставить эмоции напоказ.

— Я немного напуган. Фонарь ведь утонул, — сказал он, указывая на воду. — Теперь не порыбачить. А его мне одолжил ваш главный. С такими руками я сам за ним не полезу. Он мне три пальца сломал, и я не знаю, как ему об этом сказать.

— Я слышал, тогда ты взял верх, — проговорил фермер.

— Тогда было тогда, а сейчас — сейчас, — ответил Ли Цу. — Так что лучше помоги мне. Иначе я скажу ему, что это ты его уронил.

Фермер изменился в лице, цыкнул и прыгнул в озёрный ил. Через мгновение он уже выловил фонарь и, отряхнув, бросил его Ли Цу.

Фонарь всё ещё горел.

— Возвращайся пораньше, — бросил фермер. — Я буду наблюдать оттуда. Как закончишь, позови.

Ли Цу кивнул и, сделав вид, будто с облегчением осматривает фонарь, больше не смотрел в сторону фермера. Он просто поправил поплавок и забросил удочку.

Фермер, весь в грязи, вернулся на своё место. Там, во тьме, его ждали предводитель и торговец, оба с головы до ног в чёрном.

Фермер отряхнул с себя капли воды и показал предводителю неутешительный жест.

— Этот парень осквернён.

— Неважно. Здесь его осквернение не представляет для нас большой угрозы. К тому же тот, кто его осквернил, скорее всего, уже мёртв, — ответил предводитель. — Нельзя допустить, чтобы он узнал, что нам всё известно. Нужно разработать план и отдавать ему приказы от нашего имени, заставляя действовать так, как нам нужно.

— Выдать их за приказы У Се? — спросил фермер.

— Да, — кивнул предводитель. — Но мы не знаем, какие системы он выстроил. Пока не разберёмся, действовать опрометчиво нельзя. Для удобства давайте назначим «представителя» У Се, который будет с ним на прямой связи.

— Кто подойдёт на эту роль?

— Чего на самом деле Ван Сяоюань от него нужно? Почему она так рвётся к нему? Выяснили?

— Хочет узнать, где её брат. Это связано с тем случаем в Мотуо четыре года назад, — доложил фермер. — Ей можно доверять, она своя.

— Поговори с ней начистоту. Пусть войдёт к нему в доверие. Скажи, что как только он поверит, что её послал У Се, мы разрешим ей заняться поисками брата, — распорядился предводитель.

— Этот парень, — фермер кивнул в сторону Ли Цу, — похоже, пытается определить здешние координаты. Что будем делать?

— Он не сможет их передать. Это место куда больше, чем он думает. Впрочем, у У Се ещё много пешек в игре. Пожалуй, это наш шанс, — предводитель развернулся и, сделав несколько шагов, добавил: — Присматривай за ним. Этот парень не из тех, кого легко контролировать. Его спокойствие меня тревожит ещё больше.

Фермер кивнул. Предводитель и торговец быстро удалились. Прокрутив в голове слова предводителя, фермер холодно усмехнулся. Похоже, У Се во многом выдохся. Видимо, он не способен поддерживать одинаково высокий уровень на всех этапах столь масштабного плана.

Пусть первая атака У Се и застала их врасплох, но теперь, когда картина прояснилась, их ответные ходы начали приносить плоды.

Он отряхнул с себя грязь, смахнул какого-то жучка и снова посмотрел на Ли Цу. Приглядевшись, он вдруг ощутил неладное.

Он прищурился, вглядываясь внимательнее, и внезапно понял, что Ли Цу в инвалидном кресле уже нет.

— Сукин сын! — он вскочил на ноги и принялся озираться по сторонам, но Ли Цу и след простыл. Фермер тут же бросился к инвалидному креслу, на ходу доставая телефон. По спине его струился холодный пот.