Искусственная гора

Днём, когда я смотрел на лощину со склона, в ней не было ничего примечательного, и уж тем более такого огромного объекта. Я ведь разглядел даже человекоподобное чудовище на той стороне — если бы я не заметил эту штуку, мне впору было бы выколоть себе глаза.

Я взглянул на небо. Эта штуковина, должно быть, свалилась оттуда, иначе она никак не могла здесь оказаться.

Или я всё-таки забежал не туда? Лощина была длинной и узкой — может, я очутился в другой её части?

Но, взглянув на пылающее дерево, я понял, что не ошибся. Оно полыхало так ярко, что его света хватило, чтобы свериться с воспоминаниями.

Внезапно исчезнувшая тропа. Внезапно появившийся каменный диск.

Связаны ли эти два события? Или для этого места подобные аномалии — в порядке вещей?

Я вытащил «Белую Собачью Ногу» и прислушался. Убедившись, что в траве никто не затаился в засаде, я осторожно подполз к краю каменного диска.

Диск был мне по пояс и возвышался над зарослями. В свете луны и отблесках далёкого пламени я мог разглядеть лишь общие очертания. Было ясно одно: на нём нет никаких узоров. Он походил на грубо отшлифованный жёрнов. Размером он был таков, что пятеро человек едва смогли бы его обхватить.

Я дотронулся до него — ледяной, намного холоднее окружающего воздуха. Похоже, в его составе было много металла. Поверхность диска покрывал толстый слой земли и песка, словно его только что выкопали.

Я взобрался наверх.

Верхняя часть диска была покрыта ещё более толстым слоем земли, из которого росли многочисленные сорняки. Будь он закопан, я бы прошёл по такой поверхности и ничего бы не заметил. Но сейчас он походил на огромную круглую клумбу.

Заметив кое-что у края, я принялся выдирать траву с поверхности и тут же обнаружил под ней бесчисленные глубокие отверстия. Их было так много, что даже у меня, человека без трипофобии, при виде десятков тысяч этих дырочек разного калибра, густо усеявших камень, по коже побежали мурашки.

Края отверстий были серовато-белыми, будто их что-то проточило. На внешней стороне виднелись выступы, похожие на твёрдые коконы гусениц или раковины морских уточек. Я не мог оценить их количество, но по ощущениям, дыр было не меньше ста тысяч. Эта плотная россыпь заполняла всё поле зрения. Мне отчаянно захотелось ковырнуть одну из них, но я не знал, за какую ухватиться.

И тут до меня дошло. Это был Диск с насекомыми, который использовали для разведения шиданей — невероятно редкого и баснословно дорогого вида, применяемого для лечения особого глазного недуга.

Я сначала узнал о самих дисках для разведения насекомых и лишь потом — о существах, для которых они предназначались. Один такой диск Ван Мэн приобрёл в Чунцине у одной семьи. Он купил его не как антиквариат, а как диковинный камень, заплатив шестьсот юаней. Хозяева уверяли, что это окаменевшие пчелиные соты. Позже диск попал в руки Второго дяди. Он выкупил его за шесть тысяч и только после этого объяснил мне, что это Диск с насекомыми, который в древности даосские мудрецы использовали для выращивания шиданей.

Эти насекомые обитают в герметичных полостях внутри камней, поэтому их жизненный цикл и рацион остаются полной загадкой. Чаще всего их находили случайно: каменотёсы или резчики, обрабатывая цельную глыбу, вдруг натыкались на пустоту, в которой оказывалось насекомое.

Самое поразительное, что камни, в которых их находили, как правило, были самыми твёрдыми, либо же насекомые обитали в самых прочных частях породы.

Для выращивания шиданей камень вымачивали в особой воде. Рецепт был тайной, известной лишь разводчикам. Сколько времени нужно вымачивать камень, чтобы внутри зародился шидань, — целая наука.

Тот диск, что я приобрёл, был размером с ладонь, с дюжиной отверстий на поверхности. Второй дядя объяснил, что их просверлили при извлечении насекомых. Шидани почти не выживают вне камня, поэтому добытчики обычно медленно высверливают породу крошечным буром. Обнаружив следы шиданя, они не вскрывают полость до конца, а оставляют тончайшую каменную плёнку. Пока она цела, шидань не умрёт, сколько бы лет ни прошло. Затем они просвечивают камень на свет, словно нефрит, разглядывая силуэт насекомого, чтобы оценить его размер и стоимость. И только когда приходит время использовать шиданя, плёнку прокалывают, извлекают его, опьяняют до смерти и съедают живьём.

Съесть его нужно было непременно живьём, но предварительно умертвив опьянением. Дело в том, что шидани невероятно свирепы — если двух особей поместить вместе, одна непременно убьёт другую.

К слову, сам Диск с насекомыми тоже обладает целебными свойствами. Многие, кто не мог позволить себе шиданя — а таких в мире было подавляющее большинство, — покупали эти диски и варили из них отвар. Удивительно, но шидани, всю жизнь проводящие во тьме, используются для лечения особого недуга глаз.

Я лишь слышал о них, да и в травниках встречались упоминания. В Шаньдуне этих насекомых называли «Каменными креветками», но ловили их крайне редко.

Как эта штука здесь очутилась? Очень странно. Она появилась из ниоткуда, но, судя по её виду, она очень древняя. Не могли же её сюда притащить, пока я гонялся за лисой?

Состояние этого диска было точь-в-точь как у того, что я купил, но этот был просто огромен, и отверстий на нём было несравнимо больше. Похоже, в этом камне был не один шидань, и добытчики изрешетили его, как пчелиные соты, чтобы не упустить ни одного.

Оглядевшись по сторонам, я заметил ещё одну странность. Метрах в сорока-пятидесяти от меня земля пошла медленными волнами. Казалось, будто под землёй рухнули какие-то опоры, и вся поверхность начала медленно, но неуклонно проседать. Я видел, как она опускается, колыхаясь, и в провалах стали появляться новые объекты.

Сначала показался огромный чан... нет, не один — их были сотни. Они стояли в земле плотными рядами. Я остолбенел, глядя на это грандиозное зрелище.

— Галлюцинация, — вдруг пронеслось у меня в голове. — Неужели опять?

Чтобы очнуться, я прижёг язык сигаретой. Боль. Всё, что я видел, было чётким, без малейших искажений или размытости. Точно не галлюцинация.

Я сплюнул, а затем вскарабкался на один из чанов. Он был мне почти по шею. Перебираясь по их краям, я добрался до середины этого скопления. Оглядевшись, я понял, что картина вокруг была совершенно сюрреалистичной.

Я заметил, что каждый чан накрыт деревянной крышкой, присыпанной землёй и поросшей сорняками, отчего все они походили на гигантские цветочные горшки. Скинув одну из крышек ногой, я увидел внутри нечто похожее на застывшую чёрную смолу. Я подцепил её кончиком ножа и обнаружил в этой массе человеческие волосы.

— Плохо дело, в этой смоле, похоже, труп, — подумал я.

Я не мог на это смотреть. Подавив подступившую тошноту, я тут же вернул крышку на место, быстро добежал до края чана и спрыгнул вниз.

Обвал прекратился. Место, где я стоял, превратилось в огромный котлован. Всё, что раньше было скрыто под землёй в этой лощине, вышло на поверхность. Оказалось, уровень земли здесь был искусственно поднят более чем на полчеловеческого роста, и, похоже, под ним была пустота.

Теперь я понял, почему исчезла тропа, которую видел Линь Цичжун.

Если я не ошибаюсь, вся эта гора — искусственная.