Глава 259.0

— Бум!

Оглушительный грохот прокатился над морской гладью.

Сяо Мо взмахнул Клинком, Поглощающим Дух, и кроваво-красная сабельная ци рассекла море надвое. Алая энергия застыла незримой преградой, удерживая стены воды. Лишь когда Сяо Мо вернул длинный клинок в ножны и ци рассеялась, волны с тяжелым рокотом сомкнулись вновь.

— Пожалуй, достаточно...

Глядя на успокоившееся море, Сяо Мо глубоко вздохнул.

Прошел месяц с тех пор, как он, используя Кровавую Скверну, выковал себе новые духовные каналы и восстановил костную структуру. За это время его развитие успешно вернулось к пику Царства Нефритовой Чистоты.

Однако этот триумф не обошелся без потерь.

Раньше Искусство Кровавого Демона требовало лишь колоссальной силы воли и периодического очищения организма от излишков Кровавой Скверны. Теперь же, когда Скверна стала частью его духовных каналов и самой основы тела, она начала гораздо быстрее разъедать его плоть. Накопленную злобу и жажду крови стало сложнее сдерживать. Сяо Мо понимал: теперь он может утратить самообладание в любой миг, а срок его жизни неизбежно сократился.

Но его это мало заботило. Даже если он проживет на треть меньше, чем другие практики его уровня, в его распоряжении все равно оставались тысячи лет. Этого времени было более чем достаточно.

Сяо Мо развернулся и полетел к деревне. Он чувствовал, что пришла пора найти место для Небесного Бедствия. В этот раз он был полон уверенности. Сразу после прорыва он планировал вернуться в Секту Мириада Дао. В сердце зрело недоброе предчувствие: там должно было произойти нечто важное, возможно, напрямую связанное с Сюэ Куй.

— Брат Сяо, обед готов! — закричала Нин Вэй, выбегая навстречу, как только он ступил во двор.

— Хорошо, — кивнул Сяо Мо и зачерпнул ковш воды, чтобы ополоснуть руки.

Во дворе маленький Хуньдунь всё так же увлеченно гонялся за курицей. Из кухни доносились аппетитные ароматы. Вскоре Вансинь помогла Госпоже Ван вынести еду и расставить её на каменном столе. Все сели в круг и начали трапезу только после того, как Сяо Мо съел первый кусочек.

На середине обеда Вансинь внезапно замерла и подняла взгляд на Сяо Мо.

— Я знаю, не волнуйся, — Сяо Мо доел последнюю порцию риса и аккуратно положил палочки на чашу. — Я сыт.

— Брат Сяо, что случилось? — обеспокоенно спросила Нин Вэй.

— Ничего особенного, — он ласково потрепал девочку по голове. — Просто парочка незваных гостей. Пойду разберусь.

— Я... я пойду с тобой, — не удержалась Вансинь.

— Не нужно, оставайся здесь.

С этими словами Сяо Мо поднялся, взял Клинок, Поглощающий Дух, и вышел со двора. Вскоре после его ухода Вансинь, всё еще терзаемая тревогой, встала:

— Тетушка Ван, Вэй-эр, я всё же пригляжу за ним...

— Но сестра Вансинь, а вдруг Старший брат Сяо разозлится? — спросила Нин Вэй.

— Не разозлится... — Вансинь нервно сжала пальцы. — Я буду смотреть издалека, он и не заметит.

***

— Брат Чжао, ты уверен, что Сяо Мо в деревне Весеннего Листа?

В небе, по направлению к деревне, летели двое практиков. Мужчина по имени Хао Сян обратился к своему спутнику. Это были те самые люди, что месяц назад обнаружили раненого Сяо Мо. Узнав от охранников каравана примерное место, они неустанно прочесывали окрестности. Поскольку Сяо Мо невозможно было выследить с помощью техник предсказания, им пришлось проверять каждую деревню в радиусе сотни ли.

Наконец, один из жителей подтвердил, что видел похожего человека. Практики были уверены: раны Сяо Мо слишком тяжелы, чтобы заживить их за месяц. Это был их единственный шанс.

Однако не успели они приблизиться к деревне на тридцать ли, как перед ними возник силуэт мужчины, стоявшего к ним спиной. Двое старых практиков Стадии Бессмертного переглянулись, чувствуя исходящую от него угрозу.

Прежде чем они успели открыть рот, мужчина обернулся и без лишних слов нанес удар. Практики, бывшие начеку, успели уклониться. Разорвав дистанцию, они наконец разглядели противника.

— Сяо Мо?!

Глаза стариков округлились от невероятного потрясения. Как это возможно? Он же был при смерти! Но судя по мощи того удара, он выглядел абсолютно здоровым.

Сяо Мо не собирался тратить время на разговоры. Он вновь замахнулся клинком. Кровавая сабельная ци начала расползаться во все стороны, окрашивая небеса в багровые тона. После двадцати разменов ударов Хао Сян и его спутник начали сдавать позиции, в то время как Сяо Мо, казалось, только входил в азарт.

— Брат Чжао, уходим! — крикнул Хао Сян, понимая, что им не сдюжить.

Чжао Чэнь кивнул, он и сам уже подумывал о бегстве. Но Сяо Мо не собирался их отпускать.

Он полностью высвободил свою духовную силу и Скверну. В тот же миг небо затянуло иссиня-черными тучами, а по округе на сотню ли начали расходиться мощнейшие Отзвуки Дао. В следующее мгновение тяжелая аура Воли Небес намертво зафиксировала Чжао Чэня и Хао Сяна.

— Сяо Мо, ты с ума сошел?!

Сердца практиков похолодели. Они поняли: Сяо Мо намеренно включил их в зону своей Грозовой Скорби. Теперь Небесное Бедствие сочтет их его пособниками и подвергнет такому же «испытанию». Но ведь из-за этого и само Бедствие станет в разы сильнее! Неужели он решил покончить с собой, лишь бы забрать их в могилу? Стоило ли оно того?

Пока в головах Чжао Чэня и Хао Сяна метались испуганные мысли, из грозовых туч, сотканных из молний и Скверны, медленно шагнул кроваво-красный призрачный двойник Сяо Мо.

Алый двойник бросил на стариков лишь один мимолетный взгляд и взмахнул призрачным клинком. Они даже не успели вскрикнуть — их души были мгновенно стерты из бытия.

Алое воплощение Грозовой Скорби не убрало меч. Оно спокойно смотрело на настоящего Сяо Мо. Сяо Мо ответил ему таким же холодным взглядом. В следующий миг оба исчезли со своих мест.

— Грох!

Яростная Скверна, всепоглощающая жажда убийства и острейшее намерение сабли смешались в едином хаосе. Громовые раскаты разносились на тысячи ли.

Спустя долгое время гром стих. Тяжелые тучи начали рассеиваться, и первые лучи солнца пробились сквозь облака, освещая фигуру мужчины с клинком в руках.

***

Пик Кармической Крови в Секте Мириада Дао.

Сюэ Куй, сидевшая во дворе за чтением запретного романа, внезапно подняла голову, глядя в определенном направлении. Её глаза блеснули, а уголки губ едва заметно приподнялись:

— А он неплох.