Глава 113.0

— Экзамен окончен. Сдать работы! — провозгласил старший ученик-распорядитель, когда догорела последняя из трех палочек благовоний.

Свитки потянулись из рук учеников один за другим.

— Уф-ф… — Сяо Мо с облегчением выдохнул и краем рукава утер пот со лба.

По сравнению с остальными он держался достойно. Многие книжники после завершения испытания не находили в себе сил даже подняться. Те же, кто вставал, шли шаткой, неуверенной походкой, а их бледные лица выглядели так, словно над ними по очереди «трудились» все девицы из Веселого дома.

Получив жетон, Сяо Мо отправился на отдых в гостевой двор Академии Конфуцианства. Завтра в час Дракона огласят список тех, кто сумел преодолеть первый этап.

***

Наступила ночь.

Наставники Академии были заняты проверкой работ. Каким бы ни был результат экзамена, каждый свиток требовал тщательного изучения. Впрочем, те, кто не досидел до конца, практически не имели шансов пройти дальше. Но и те, кто сдал работы вовремя, еще не гарантировали себе успех.

Среди тех, кто выдержал время горения трех палочек благовоний, хватало разных людей. У одних почерк поначалу был каллиграфически выверенным, но к концу становился размашистым и небрежным — явно не хватило внутренних сил. Другие успели дописать до конца, но не ответили на все вопросы. Третьи писали чисто и полно, но под конец их мысли путались, теряя логику.

Тех же, кто довел работу до совершенства, оказалось немного — едва ли пятьдесят человек, лишь десятая часть от общего числа претендентов.

— А этот юноша ответил весьма недурно, — произнес наставник-распорядитель по имени Сыма Юнь, с явным одобрением изучая свиток.

— Действительно, — кивнул его коллега Сюй Кэ. — Я тоже просмотрел его работу. Мало того что почерк безупречен, а мысли ясны от первого до последнего слова, так еще и его познания в конфуцианских канонах поражают глубиной. В его суждениях чувствуется некая… зрелая мудрость.

— Этот Сяо Мо — не тот ли самый ученик господина Ци? — подал голос Юй Вэнь.

— Именно он, — подтвердил Сыма Юнь. — Старший брат Ци нашел себе достойного преемника. К тому же, говорят, этот Сяо Мо — избранник самой Владычицы Северного моря. Мало того что красавица, так еще при деньгах и власти. Право, даже зависть берет.

— Я слышал от Ван Цюаня, что парень сейчас увлечен неким «Учением о сердце», — добавил Сюй Кэ.

— Учение о сердце? Что это за наука?

— Нечто, созданное им самим. Когда Ван Цюань вернулся в Академию, мы выпивали, и он вскользь упомянул об этом. Скажу так… это звучит довольно крамольно.

— Однако господин Ци утверждает, что если мальчишка действительно пройдет этот путь до конца, он может стать первым конфуцианским святым за последние две тысячи шестьсот лет.

— Ха-ха-ха! Стать святым? Пусть для начала пройдет завтрашнее испытание, — покачал головой Юй Вэнь, ставя на свитке Сяо Мо отметку «Годен». — Наше дело — оценивать знания, а не гадать о будущем.

***

На следующее утро Сяо Мо едва успел проснуться, как получил письмо. Сообщение гласило, что он успешно прошел отбор. Завтра в час Дракона ему надлежало явиться на вершину Пика Моря Знаний для участия во втором, заключительном этапе.

Особой радости Сяо Мо не испытал. Напротив, провали он первый тур, это стало бы несмываемым позором для господина Ци — в таком случае домой можно было бы и не возвращаться.

На третий день пребывания в Академии, в час Дракона, Сяо Мо взошел на Пик Моря Знаний. Если три дня назад претендентов были сотни, то сейчас их осталось лишь шестьдесят три.

— Второе испытание начинается прямо сейчас, — объявил старый наставник, выходя к собравшимся.

Он указал рукой вдаль:

— Видите вершину напротив? Это Пик Постижения. На его склонах растут деревья. Ваша задача проста: одним взмахом создать Книжный бриз. Если ваш ветер заставит колыхаться более десяти деревьев — испытание пройдено.

Услышав условия, книжники нахмурились.

«Книжный бриз» был техникой, которой ученые овладевали естественным образом, достигнув определенного уровня мастерства. Сила этого ветра напрямую зависела от их ступени совершенствования и глубины понимания Дао Конфуцианства.

Наставник сказал «просто», но на деле Пик Постижения находился в пяти сотнях чжанов от Пика Моря Знаний, да к тому же был защищен изолирующим барьером. Все присутствующие находились лишь на стадии Врат Дракона — их Книжный бриз был крайне слаб. Сдвинуть дерево на таком расстоянии — задача не из легких.

— Начинаем в порядке очереди, — Юй Вэнь завел руки за спину и отступил, освобождая место.

Первый ученик вышел вперед. Глубоко вдохнув, он резко взмахнул рукавом. Незримый поток воздуха устремился к Пику Постижения, но деревья и травы на вершине даже не шелохнулись. Лицо бедняги мгновенно побелело.

— Следующий, — бесстрастно произнес Юй Вэнь.

Второй претендент взмахнул рукавом. На этот раз вершина откликнулась, но лишь три-четыре дерева лениво качнули ветвями.

— Следующий…

— Следующий…

Голос Юй Вэня звучал размеренно. Испытание прошла уже половина группы, но из трех десятков человек успех праздновали лишь трое.

Вскоре на краю утеса остался один Сяо Мо. К этому моменту всего семеро прошли отбор, а лучшим результатом считались пятнадцать колыхнувшихся деревьев.

— Сяо Мо, кажется, ты последний, — старик погладил бороду, глядя на юношу.

Сяо Мо вежливо поклонился и подошел к самому краю пропасти. Глядя на далекую вершину, он поднял руку и легко, почти невесомо, взмахнул рукавом своих бирюзовых одежд.

***

В это же самое время на Пике Цветочного Сияния.

Множество Истинных Благородных мужей сидели на циновках, склонившись над экзаменационными листами. Солнце нещадно палило, а поскольку использовать духовную силу для защиты от зноя запрещалось, им оставалось лишь утирать градом катящийся пот.

— Проклятье! Когда я стану главой Четырех Великих Обителей Знаний, я первым делом перепишу эти правила! — ворчала Шан Цзюли, тяжело дыша и вытирая лоб. — Что еще за «закалка плоти и духа через лишения»? Это же просто издевательство над собой!

— Шан Цзюли! Во время экзамена разговоры запрещены! — строго напомнил Верховный наставник, восседавший впереди.

Многие ученики обернулись на нее.

— Бе-бе-бе! — Шан Цзюли скорчила наставнику рожицу.

Сидевший неподалеку Ло Ян лишь сокрушенно покачал головой. Ему было невыносимо стыдно, и он изо всех сил делал вид, что не знаком с этой несносной девицей.

Но в этот миг повеял ветерок. Он был куда прохладнее обычного летнего бриза и нес в себе едва уловимый аромат туши.

Конфуцианские каноны, лежавшие перед Верховным наставником, начали плавно перелистываться под порывом этого ветра.

— Какой приятный Книжный бриз… — Шан Цзюли зажмурилась от удовольствия. — И пахнет совсем как от младшего брата Сяо.

Верховный наставник тоже поднял голову, вглядываясь в сторону Пика Постижения.

Там, на далекой вершине, каждое дерево, каждая травинка и каждый цветок пустились в пляс, словно охваченные великой радостью.