Глава 124.0

В тот миг, когда Бай Жусюэ бросилась на Дин Чэня, Меч, Поражающий Драконов, с оглушительным свистом обрушился на неё.

Бай Жусюэ не стала принимать удар в лоб, ловко увернувшись в сторону. Однако Меч, Поражающий Драконов, описал в воздухе крутую дугу и вновь устремился к ней, жаждая крови.

— Гр-р-ра-а-а! — раздался яростный рев.

Из глубин вод вырвался скелет Истинной Драконицы и принял сокрушительный удар клинка на себя! Бай Жусюэ, не теряя ни секунды, выдохнула Драконье дыхание, в мгновение ока испепелив нескольких практиков Царства Нефритовой Чистоты.

Остальные Цзяо-драконы, видя, как отчаянно сражается их Владычица, рвались в бой. Но они понимали: их вмешательство лишь свяжет ей руки, заставив отвлекаться на их защиту.

— Уходим! — твердо скомандовала Сяо Цин, обращаясь к сородичам.

Драконы в последний раз взглянули на свою правительницу и стремительно скрылись в пучине.

— Поганые твари, и не надейтесь сбежать! — выкрикнули главы других сект, пытаясь перехватить беглецов, но Бай Жусюэ до предела разогнала защитную формацию Драконьего чертога.

Этот массив действовал с самого начала битвы, и именно благодаря его поддержке Сяо Цин и остальные могли противостоять стольким практикам Трех Высших Царств. В противном случае с них бы за час содрали шкуру и вырвали жилы.

Теперь же, когда Бай Жусюэ задействовала всю мощь формации, Драконий чертог содрогнулся под запредельной нагрузкой. По стенам побежали трещины, но магические потоки воды все же преградили путь преследователям, укрыв отступающих обитателей Северного моря надежным щитом.

Многие практики бросились в погоню, одержимые жаждой истребить род драконов до последнего. В это же время Драконья столица содрогалась от мощных ударов, и здания рушились одно за другим. К счастью, едва началась битва, горожане в панике покинули эти опасные места.

Высоко в небесах скелет Истинной Драконицы всё ещё сдерживал Меч, Поражающий Драконов. Но Меч был Артефактом Стадии Бессмертного, созданным специально для того, чтобы подавлять драконий род. Костяк Истинной Драконицы уже лишился нескольких звеньев, а некоторые кости превратились в пыль под ударами Бессмертного артефакта.

Бай Жусюэ понимала, что долго так не продержится. Противников было слишком много — среди них было двенадцать практиков Стадии Бессмертного. Ей нужно было дождаться момента для побега, чтобы затаиться и отомстить в будущем.

Но Дин Чэнь и его союзники не собирались её отпускать. Двенадцать Бессмертных окружили её, выстроив боевой строй. Дин Чэнь встал в центр формации, запечатывая пространство вокруг драконицы.

— Р-р-ра-а-а!

Скелет Истинной Драконицы с грозным ревом обвился вокруг своей хозяйки, вместе с ней взирая на людских практиков.

— Смерть ей! — скомандовал Дин Чэнь.

Практики один за другим извлекли свои Жизненные Артефакты, обрушивая их мощь на Бай Жусюэ. Мечу, Поражающему Драконов, даже не требовались приказы — почувствовав мощное Драконье величие, он сам ринулся в атаку.

Отражая натиск, Бай Жусюэ сумела сразить двоих глав сект Стадии Бессмертного. Но в этот самый миг Меч, Поражающий Драконов, пронзил её тело насквозь.

— Гр-р-ра-а! — взревела она от боли, и её огромное тело камнем рухнуло в сторону Северного моря.

Бай Жусюэ чувствовала приближение смерти. Последним усилием она направила скелет Истинной Драконицы в запретные глубины Бездны Северного моря. Этот артефакт ни за что не должен достаться этим людским стервятникам!

Когда её тело коснулось воды, поднялись колоссальные волны. В тот миг, когда море успокоилось, Бай Жусюэ совершила Превращение в человека. Она тяжело дышала, прижимая руку к ране в боку, откуда непрерывным потоком лилась кровь.

В пятидесяти чжанах от неё стоял Дин Чэнь. Он высоко занес Меч, Поражающий Драконов, словно палач, готовящийся к казни. Однако прежде чем клинок опустился, перед Бай Жусюэ возник мужчина в бирюзовых одеждах.

Дин Чэнь нахмурился, вглядываясь в незнакомца.

— Ты и есть Сяо Мо? — холодно спросил он.

— Он самый, — спокойно ответил Сяо Мо.

Глаза Дин Чэня сузились:

— Ты весьма одаренный книжник. Я слышал о твоем «Учении о сердце» — это не пустой путь, у него большое будущее. Я не хочу обрывать жизнь столь выдающегося таланта нашего Мира Десяти Тысяч Законов. Отойди, и я сделаю вид, что тебя здесь не было.

— Не могу, — покачал головой Сяо Мо.

— Говорю в последний раз: прочь с дороги! Ты всего лишь на Стадии Зарождения Души, тебе меня не остановить, — процедил Дин Чэнь.

Но Сяо Мо стоял непоколебимо, словно вековая сосна. Даже когда Бай Жусюэ дергала его за край одежды, умоляя уходить, он не сдвинулся ни на цунь.

— Что ж... жаль. Раз так, я упокою вас обоих, — вздохнул Дин Чэнь. Его меч вспыхнул яростным пламенем, словно древняя драконья кровь, оставшаяся на лезвии, начала гореть.

— Крии-и! — внезапно над морем разнесся клич Чжуцуэ, слышный за тысячи ли.

Правую руку Дин Чэня, сжимавшую меч, внезапно сковали красные руны, не давая нанести удар. С небес, объятая небесным пламенем, спустилась Чжуцуэ. В то мгновение, когда священная птица явилась миру, аура божественного зверя Царства Вознесения едва не раздавила практиков ниже Стадии Бессмертного.

Даже сами Бессмертные покрылись холодным потом, не смея даже помыслить о сопротивлении. Чжуцуэ приняла человеческий облик, опустившись перед Сяо Мо. Даос Фучень в простом облачении быстро перебрала пальцами, и за миг узнала всё, что произошло в Северном море.

Она холодно взглянула на Дин Чэня:

— На этот раз ваш Мир Десяти Тысяч Законов зашел слишком далеко.

— Не ожидал встретить здесь достопочтенного даоса Фучень, — в отличие от остальных, Дин Чэнь не выказал страха. — Вы исчезли на четыре тысячи лет, и, надо же, вышли из затвора в Царстве Вознесения. Неужели вы решили заступиться за Северное море?

— Именно так, — Фучень прямо посмотрела ему в глаза.

Едва сорвались эти слова, она вскинула левую руку и щелкнула пальцами. В тот же миг сотни тончайших, как волос, алых нитей пламени вырвались из её рук. Почти все практики над Северным морем почувствовали внезапный холод в груди.

Они невольно опустили взгляды и увидели, как тонкие, но смертоносные огненные нити бесшумно пронзили их сердца. Огонь вспыхнул, и все, кто не достиг Стадии Бессмертного, развеялись прахом, лишившись и плоти, и души.

Двенадцать глав сект, включая Дин Чэня, повалились на колени, харкая кровью. Фучень направилась к ним, и пламя в её правой руке приняло форму меча.

— Северное море хранило нейтралитет. Но вы, воспользовавшись затвором Главы Академии Конфуцианства, самовольно решили истребить драконов. Мир людей и мир яо охвачен враждой лишь потому, что среди тех и других слишком много подобных вам.

Фучень замахнулась огненным клинком, и испепеляющая волна энергии устремилась к Дин Чэню. Но внезапно пронесся легкий Книжный бриз, развеявший эту смертоносную атаку.

С небес спустился старый книжник в бирюзовых одеждах. Сделав шаг, он использовал Сжатие пространства и мгновенно оказался подле Дин Чэня.

Тот с удивлением уставился на прибывшего старика. Глава Академии Конфуцианства, Кун Шэн, не обратил на Дин Чэня внимания. Он лишь вежливо и чинно поклонился женщине-даосу:

— Моё почтение даосу Фучень.