Я хочу знать о каждом шаге в её жизни!

Поместье Министра Обрядов Великой Чжоу.

Ранним утром, едва Янь Жусюэ очнулась от сна и вышла из своих покоев, как навстречу ей поспешила служанка Сяо Чунь, неся таз с водой.

— Госпожа, вы уже встали? А я как раз собиралась будить вас для утреннего туалета(утренние гигиенические и уходовые процедуры), — Сяо Чунь осторожно поставила таз с теплой водой на каменный стол во внутреннем дворике.

— Сегодня намечается что-то важное? — с легкой улыбкой спросила Янь Жусюэ.

Обычно Сяо Чунь не тревожила её сон, тем более в такой ранний час.

— Госпожа, неужели вы забыли? Вчера матушка ваша говорила, что сегодня вы отправитесь в Храм Сотни Светильников просить благословения.

— И вправду, совсем вылетело из головы.

Янь Жусюэ вспомнила. Её мать была женщиной набожной и часто посещала Храм Сотни Светильников для молитв. К тому же, до поместья дошли слухи, что ту обитель посетила знаменитая Святая Дева из Храма Громового Послушания, что в Западных Землях, — она странствовала по миру и как раз остановилась в столице.

Матушка желала не только вознести молитвы за здравие Сына Неба, но и встретиться с этой Девой, чьи познания в заповедях Будды считались непостижимыми. Испокон веков в Мире Десяти Тысяч Законов стезю монашества избирали лишь мужчины, и эта женщина была единственным исключением.

Поговаривали, что она обладала Сердцем Семи Отверстий, способным чувствовать чужую радость и боль, и даже читать сокровенные мысли. Её прочили в преемницы великих просветленных, считая, что она первой за века достигнет Царства Будды-Предка. Однако тысячу лет назад в великом споре о Дао её сердце дрогнуло, и на голове, вопреки обетам, вновь отросли густые пряди волос. С тех пор она скиталась по свету, пытаясь вновь обрести истинную суть. Шептались, что в тот миг, когда к ней придет окончательное прозрение, она явит миру свое Истинное Дао.

Завершив утренние сборы, Янь Жусюэ позавтракала, облачилась в элегантное платье нежных тонов и вышла к воротам. Госпожа Янь уже ждала её там.

— Прости, матушка, что заставила тебя ждать, — Янь Жусюэ почтительно склонилась перед матерью, чья красота с годами лишь приобрела благородную стать.

— К чему эти церемонии между нами, Жусюэ? — госпожа Янь ласково взяла дочь за руку. — Идем, нам пора в путь.

Они сели в экипаж и направились в сторону Храма Сотни Светильников. Обитель эта была возведена на склонах Горы Сияющей Пустоты, что лежала к западу от столицы. Путь был неблизким, поэтому карету сопровождал внушительный отряд охраны.

Когда экипаж преодолел половину пути, в глазах Янь Жусюэ внезапно вспыхнул странный огонек. В следующее мгновение снаружи послышался глухой шум — кони спотыкались, а люди падали. Вся стража и лошади одновременно рухнули наземь, погрузившись в глубокий сон. Внутри кареты госпожа Янь и служанка тоже мгновенно обмякли, склонив головы. Кучера бесцеремонно столкнули с козёл, и его место занял кто-то другой.

Судя по эманациям духовной силы, за стенами кареты находился практик на стадии Зарождения Души, причем сила его была острой, как бритва — несомненно, мечник.

Но это не тревожило Янь Жусюэ. Куда больше её заинтересовала женщина, возникшая в карете прямо из воздуха. Незнакомка скрывала лицо за вуалью, в руках она сжимала обычный с виду меч, а её длинные ноги были небрежно скрещены. Даже сквозь ткань платья Жусюэ чувствовала их силу и стройность — результат долгих лет суровых тренировок. Истинные мастера меча не только постигали Дао, но и закаляли свои тела, достигая крепости, недоступной обычным магам.

— Интересно, что понадобилось людям из Секты Мириада Мечей от скромной девицы? — спокойно спросила Янь Жусюэ, глядя на гостью в форменном одеянии прославленного ордена.

— Ничего особенного. Просто хотела взглянуть, что из себя представляет будущая императрица Чжоу, — медленно произнесла Цзян Цинъи.

— Теперь вы увидели. Не пора ли вам уйти? — парировала Жусюэ .

Цзян Цинъи подняла взгляд. В то же мгновение пространство в карете пронзила невидимая аура меча, устремившаяся к Янь Жусюэ. Но не успела она коснуться подола её платья, как бесследно рассеялась.

В зрачках Янь Жусюэ на миг отразились золотистые вертикальные линии.

Цзян Цинъи слегка склонила голову набок, её взгляд стал холодным:

— Подумать только... Владычица Четырех Морей, единственная Истинная Драконица в этом мире, добровольно соглашается выйти замуж за правителя крошечного царства?

Янь Жусюэ прищурилась, её губы тронула мягкая, но опасная улыбка:

— Вас это не касается. И то, что Владычица Секты Мириада Мечей лично является, чтобы донимать обычную девушку, звучит... недостойно.

Теперь, когда обе женщины сбросили маски, их взгляды столкнулись, словно скрещенные клинки.

— Каковы бы ни были твои цели, покинь пределы Чжоу. И тогда моя секта не станет копать глубже, — холодно бросила Цзян Цинъи.

— Громкие слова, госпожа Цзян, — голос Жусюэ оставался нежным — Не боитесь ли вы, что за такие речи Секта Мириада Мечей будет стерта с лица земли мощью моих морей?

Стоило ей договорить, как меч в руках Цзян Цинъи на треть вышел из ножен. В карете не было ветра, но подолы их платьев затрепетали, прежде чем снова опасть. Снаружи Цюе, сжимавшая поводья, почувствовала, как по спине пробежал холодок, а ладони мгновенно стали влажными от пота.

— Цюе, уходим, — спустя долгое время произнесла Цзян Цинъи.

— Скатертью дорога, — отозвалась Янь Жусюэ легким поклоном.

— Мы еще встретимся.

— Не сомневаюсь.

Цзян Цинъи и Цюе исчезли так же внезапно, как и появились. На козлах кареты теперь сидела Сяо Цин, уверенно перехватившая поводья.

— Сестра, почему Владычица Секты Мечей искала тебя? И зачем она прикинулась рядовой ученицей? — спросила Сяо Цин.

— Кто знает... — Янь Жусюэ задумчиво покачала головой. — Сяо Цин, я слышала, что эта женщина когда-то посещала Град Небесных Тайн и просила его Владыку о каком-то предсказании. Верно?

— Кажется, так, — кивнула девушка.

Янь Жусюэ отодвинула занавеску кареты, глядя в ту сторону, где исчезла гостья:

— Передай приказ в Павильон Внемлющих Морю. Пусть разузнают всё. Я хочу знать о каждом шаге в её жизни, от самого рождения!

— Слушаюсь, сестра.

***

Подворье Приказа Хунлу.

Цзян Цинъи сидела в беседке внутреннего двора. Пруд перед ней уже привели в порядок: воду очистили, а рыбу заменили на более благородную.

— Подчиненный приветствует Владычицу Секты!

Хуан Вэй, которого Цюе спешно вызволила из веселого дома, поспешно рухнул на колени перед Цзян Цинъи.

— Сегодня я видела ту самую Янь Жусюэ , — её глаза были остры, словно лезвия.

Хуан Вэй засуетился, пытаясь угадать настроение госпожи:

— Владычица считает, что она не подходит на роль императрицы Чжоу? Я немедленно передам это Янь Шаньао!

— Бесполезно, — сухо отрезала Цзян Цинъи. — Клан Янь даже не подозревает, что за "талантливая дева" живет под их крышей.

— Э-э?.. — Хуан Вэй окончательно запутался.

— Сделаешь для меня кое-что, — Цзян Цинъи не собиралась ничего объяснять.

— Хоть одно дело, хоть тысячу! Я расшибусь в лепешку! — заверещал тот.

— Обычно, когда царство становится вассалом секты, оно оставляет место Государственного Наставника для представителя этого ордена, так?

— Истинно так, Владычица!

— Я лично займу этот пост.

— А?!

Цзян Цинъи посмотрела вдаль, её веки слегка дрогнули.

— И еще... Резиденция Государственного Наставника должна располагаться прямо в императорском гареме Чжоу!