Глава 159.0

— Пусть Сын Неба назовет меня «наставницей».

Цзян Цинъи спокойно смотрела на Сяо Мо.

— Я старше вашего величества, да и путь меча постигаю дольше. Теперь, когда я обучаю вас искусству клинка, неужели Сын Неба не удостоит меня обращения «наставница»?

Глядя в глаза женщины, чье лицо было скрыто легкой вуалью, Сяо Мо на мгновение лишился дара речи. Однако, поразмыслив, он решил, что в этом нет ничего дурного. Если такое обращение поможет ему сблизиться с Государственным Наставником, то это пойдет лишь на пользу.

— Наставница?.. — голос Сяо Мо эхом разнесся над Помостом Созерцания Дао. В его тоне звучало сомнение, граничащее с робкой проверкой.

Едва эти слова коснулись слуха Цзян Цинъи, ее ресницы мелко задрожали, а сама она застыла на месте, подобно изящному изваянию. Странное, доселе неведомое чувство медленно разливалось в груди женщины.

— Забудьте! Не нужно! — Цзян Цинъи резко отвернулась, покрепче сжав пальцами края рукавов, чтобы скрыть от него смятение в своем взгляде. — Я лишь подшутила над вашим величеством, не принимайте всерьез. Завтра я вновь приду к Помосту Созерцания Дао.

С этими словами она легко взмыла ввысь, перелетела через ограду сада и мгновенно исчезла из виду.

«Странный характер у этой женщины. А ведь мгновение назад казалось, что ей это даже нравится», — Сяо Мо покачал головой и вернулся к упражнениям.

Пусть у Государственного Наставника и были свои причуды, Сяо Мо это мало заботило. Ее нрав казался ему вполне сносным, а эмоции — стабильными. Если она не собирается строить козни в будущем, то этого более чем достаточно.

«Наставница... Он назвал меня наставницей...»

Покинув Помост Созерцания Дао, Цзян Цинъи быстрым шагом шла через императорский дворец. В ее сознании неустанно отдавались эхом те два слова, произнесенные Сяо Мо. Как бы она ни старалась подавить эти мысли, голос юноши настойчиво звучал в ее ушах.

— Ох... — она прижала ладонь к высоко вздымающейся груди и глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. За многие годы оно еще ни разу не билось так часто.

«Что еще за наставница... — Цзян Цинъи опустила голову, и под полупрозрачной вуалью ее щеки вспыхнули так ярко, будто на них вот-вот выступят капли крови. — Звучит так странно...»

***

Протренировавшись еще около часа, Сяо Мо отправился в Обитель Духовного Источника, чтобы совершить омовение. Воды этого источника были поистине чудесны: после каждой тренировки они помогали Сяо Мо снять телесную усталость и очистить разум. Однако с ростом его мастерства он начал замечать, что целебный эффект источника постепенно ослабевает.

Облачившись в одежды при помощи служанок, Сяо Мо не пошел в свои покои, а направился в императорский кабинет. Там он по памяти изложил на бумаге суть Канона Меча Травяного Письма. Разумеется, он записывал лишь сами формулы и движения — делиться секретами и озарениями, полученными в своей первой жизни, он не собирался.

Спустя час работа была закончена. Сяо Мо размял затекшее плечо и взглянул в окно. Время близилось к полудню. Вэй Сюнь, зная привычки государя, вовремя постучал в двери кабинета:

— Ваше величество, время трапезы.

— Подавай.

— Слушаюсь, государь...

Двери распахнулись, и вереница дворцовых дев внесла изысканные яства. Каждого блюда Сяо Мо касался лишь пару раз — этикет не позволял переедать. Впрочем, даже если бы он съел всё, никто бы не посмел возразить. Сяо Мо понимал: если Янь Шаньао захочет его смерти, тот вряд ли станет утруждать себя ядом в еде.

Завершив обед, Сяо Мо вытер губы шелковым платком:

— Вэй Сюнь, какой сейчас месяц?

За последнее время он так погрузился в тренировки и изучение Книги Сотни Жизней, что совершенно потерял счет дням.

— Отвечаю вашему величеству: сегодня четырнадцатый день шестого месяца. Как раз наступил Лицю(7-8 августа), начало осени, — почтительно отозвался евнух.

— Вот как, — кивнул Сяо Мо. — Лето уходит, осень вступает в свои права... Благодатная пора, а я заперт в этих стенах, и мне здесь тошно.

— О?.. — Вэй Сюнь вздрогнул, предугадывая намерения императора.

— В делах дворцовых мне делать нечего, а после долгих трудов на пути Дао не помешает развеяться. Приготовь простую одежду, я хочу выйти в город, — спокойно распорядился Сяо Мо.

Вэй Сюнь замялся, на его лице отразилось крайнее затруднение. Сяо Мо перевел на него тяжелый взгляд, и в его голосе прозвучала холодная властность:

— В чем дело? Верховный канцлер запретил мне выходить? Я даже не могу просто прогуляться по своей столице?

— Прошу, не гневайтесь, Сын Неба! — старый слуга тут же пал на колени. — Старый раб... старый раб сейчас же всё подготовит!

— Живее!

— Слушаюсь! — Вэй Сюнь поспешно удалился.

Сяо Мо прекрасно понимал, что может себе позволить такую вылазку. В Великой Чжоу императоры нередко покидали дворец инкогнито. Пока он остается в пределах Имперской Столицы, проблем быть не должно. Даже если Янь Шаньао узнает об этом, он вряд ли придаст значение — император ведет себя «послушно», так почему бы не позволить ему немного развлечься? Пока Сын Неба не задевает интересы канцлера, тот смотрит на его капризы сквозь пальцы.

Вскоре Вэй Сюнь подготовил неприметный экипаж, и в сопровождении нескольких тайных Почтенных из охраны дворца Сяо Мо покинул императорскую резиденцию.

Оказавшись на улицах столицы, он вышел из кареты, желая пройтись пешком. Вокруг кипела жизнь: сновали прохожие, надрывались зазывалы-торговцы — город был полон шума и суеты.

— Есть ли сейчас в столице место, достойное посещения? — спросил Сяо Мо у следовавшего тенью Вэй Сюня.

— Разумеется, ваше ве... господин, — спохватился евнух. — Говорят, на севере города, у Озера Лазурной Весны, зацвел «Осенний Вестник». Эти цветы распускаются аккурат к началу осени. Не желает ли господин взглянуть?

— Что ж, пойдем посмотрим.

— Слушаюсь, господин, — Вэй Сюнь раболепно поклонился и повел господина за собой.

***

— Госпожа, госпожа!

В Обители Министра Обрядов служанка Сяо Чунь радостно вбежала во внутренний дворик, где Янь Жусюэ, устроившись в кресле, неспешно листала книгу. Эту книгу принесла наставница Шанъи — в ней описывались дворцовые правила, расположение залов и их символика, дополненные красочными иллюстрациями.

— Опять ты шумишь, — с улыбкой произнесла Янь Жусюэ, откладывая книгу. — Что случилось?

— Госпожа, на Озере Лазурной Весны расцвели «Осенние Вестники»! Люди говорят, красота неописуемая! Не хотите ли прогуляться и посмотреть? — Сяо Чунь с надеждой смотрела на хозяйку.

Янь Жусюэ поднялась и легонько щелкнула девушку по лбу:

— Сдается мне, это тебе самой не терпится туда попасть.

— Ну госпожа... — заканючила Сяо Чунь, схватив ее за руку. — Вам ведь скоро входить во дворец. А я слышала, что Гарем глубок и темен, словно море. Вы станете Императрицей и вряд ли сможете часто покидать стены покоев. Неужели вы не хотите в последний раз полюбоваться красотой мира на воле?

Слушая уговоры служанки, Янь Жусюэ мягко улыбнулась:

— Хорошо. Раз ты так настаиваешь, давай сходим.