Глава 209.0

Царство Чжоу. Обитель Министра Обрядов.

Женщина неспешно подрезала цветы. Для Янь Жусюэ привычный уклад жизни состоял из чтения книг, вышивания и заботы о саде. Несмотря на то, что до дня её свадьбы оставалось всего двадцать два дня, она ни капли не волновалась.

Для неё, прожившей тысячи лет, это краткое ожидание было лишь мгновением. В этой жизни она намерена выверять каждый свой шаг, не позволяя ни единой случайности нарушить её планы.

— Госпожа, госпожа! — звонкий голос Чуньянь раздался прежде, чем сама служанка вбежала во внутренний дворик.

— О чем ты щебечешь так радостно? — Янь Жусюэ обернулась, одарив девушку мягкой улыбкой.

— Госпожа! — глаза Чуньянь сияли. — Только что прибыли люди из Императорского дворца. Сын Неба велел передать, что через семь дней вам надлежит явиться во дворец для соблюдения предсвадебных обрядов. Госпожа велела мне немедленно сообщить вам, чтобы вы успели подготовиться как следует.

— Хорошо, — кивнула Янь Жусюэ . — Ступай и передай матушке, что я услышала её слова.

— Слушаюсь, госпожа! — Чуньянь, подобно быстрому зайчонку, поспешила прочь.

Вскоре после её ухода, когда Янь Жусюэ вновь принялась поливать Лазурные Цветы, легкий ветерок коснулся её волос, нежно перебирая иссиня-черные пряди.

— Малышка Цин, ты вернулась быстрее, чем я ожидала, — Янь Жусюэ обернулась и с улыбкой посмотрела на свою названую сестру. — Ну как? Удалось всё разузнать?

— Сестра, я всё выяснила.

— И какова же она, Императрица Царства Цинь? — Янь Жусюэ налила чашку чая и протянула её сестре.

Малышка Цин сделала глоток и медленно заговорила:

— Прибыв в императорский дворец Цинь, я ни на шаг не отходила от Цинь Сыяо. На первый взгляд она кажется совершенно обычной. Её уровень развития — лишь Закалка Ци, она еще не достигла Возведения Фундамента. Однако у неё поразительно мощная жизненная энергия, а владение копьем доведено до совершенства. В Мире смертных её бы назвали Великим Мастером боевых искусств, что весьма незаурядно. Что же касается Тела Древнего Познания, о котором ты упоминала, я не заметила его признаков. Разве что она почувствовала моё присутствие и намеренно скрыла свою суть... Но ты ведь знаешь, сестра: если только кто-то не достиг твоих высот, меня обнаружить невозможно.

— Хм, — Янь Жусюэ присела на каменную скамью, её платье изящно подчеркнуло изгибы фигуры. — А каковы помыслы Цинь относительно нашего Царства Чжоу?

— Поскольку Секта Мириада Мечей покровительствует Чжоу, Царство Цинь пока намерено ограничиться поглощением Царства Янь. После этого они планируют восстановить силы и временно прекратить экспансию, — честно ответила Малышка Цин. — И за всё это время Цинь Сыяо ни разу не обмолвилась о «старшем брате Сяо».

— Понимаю, — уголки губ Янь Жусюэ слегка приподнялись. — Пусть пока всё остается как есть. Тебе больше не нужно тратить на это силы. Сейчас нам важнее Дикие земли. Направь туда больше людей, мы должны как можно скорее отыскать Гробницу Богов. Мне нужно, чтобы ты лично присмотрела за этим делом.

— Не волнуйся, сестра, — серьезно ответила Малышка Цин, услышав о Гробнице Богов.

Однако мгновение спустя она нахмурилась, и в её взгляде отразилось сомнение, словно она не решалась задать какой-то вопрос.

— Сестра... — наконец Малышка Цин подняла голову. — Могу я спросить тебя об одном деле?

— Спрашивай о чем угодно, — улыбнулась Янь Жусюэ . — Разве между нами есть секреты?

Голос Малышки Цин стал тише:

— Сестра, когда старший брат Сяо сумел переродиться... правда ли, что некое божество собрало воедино его душу? Неужели легендарные боги и впрямь существуют? Зачем кому-то из них спасать его? Какова их истинная цель?

— Малышка Цин, знаешь ли ты, как возникло всё сущее, когда в первозданном Хуньдуне только-только зародился свет? — Янь Жусюэ не ответила прямо, а задала встречный вопрос.

— Разумеется, я знаю это предание, — ответила та. — Говорят, мир начался с Хуньдуня. Из хаоса родилось всё живое, и вместе с ним явились боги. Каждый из них владел определенным законом мироздания. Легенды гласят, что они — само воплощение Великого Дао. Боги восседают на облаках, взирая на мир свысока. А все живые существа для них — лишь рабы, чьими жизнями и смертями они вольны распоряжаться по своей прихоти.

— Всё именно так, — Янь Жусюэ вновь наполнила чашу сестры. — Но видишь ли, Малышка Цин... В тех же легендах сказано, что боги и помыслить не могли, что презираемый ими человеческий род так быстро освоит огонь, создаст орудия труда и даже обретет письменность. Люди начали объединяться в империи, и скорость их развития превзошла самые смелые ожидания небожителей. И вот однажды среди людей появился мужчина.

— Его имя стерлось из памяти веков, но именно он создал путь самосовершенствования. После этого всё больше людей вставало на путь практики, даже животные начали впитывать эссенцию солнца и луны, обретая разум. Тогда-то один из богов и предложил искоренить людей и оборотней-яо, ибо их развитие начало угрожать божественному величию. Однако другие боги сочли их низшими существами. Они верили, что как бы те ни старались, их силам есть предел.

— И боги продолжали, как и прежде, играть законами мира, забавляясь судьбами смертных, разжигая войны между кланами и властвуя над жизнями рабов. Пока в один прекрасный день люди и яо не объединились в восстании, жаждя свободы. Услышав о ропоте «муравьев», большинство богов лишь пренебрежительно усмехнулись. Один из них лично спустился, чтобы применить Усмирение. Но тот самый человек, создавший путь практики, с мечом в руках собственноручно отсек богу голову. Лишь тогда они осознали: муравьи, которых они так презирали, способны загрызть их насмерть.

— В итоге боги решили полностью стереть человечество и род яо с лица земли. Так вспыхнула Великая Война Богов.

Янь Жусюэ подняла взор к небесам.

— В той битве он вел за собой людей и яо через бесконечную тьму. В конце концов, он низверг богов с их высочайших престолов. Но жизнь одного из них он всё же сохранил. Я не знаю причин, но легенды гласят, что властью того бога было — Колесо Перерождений.

— Тот практик, что вел за собой народы... неужели это был?.. — сердце Малышки Цин екнуло, в её голове начали складываться догадки.

— Неизвестно, — Янь Жусюэ покачала головой. — Эпоха Древности слишком далека, всё, что у нас есть — лишь отголоски преданий. Кто может знать наверняка, что произошло на самом деле? Но если легенда правдива, и он действительно перебил богов, оставив в живых лишь одного... То этот бог, властвующий над перерождениями, должен до глубины души ненавидеть Сяо Мо, не так ли?

Янь Жусюэ посмотрела прямо в небо, в саму высь лазурного купола.

— Возможно, он спас его лишь для того, чтобы убить своими руками.

— Сестра... — Малышка Цин с тревогой схватила её за рукав.

— Не бойся, — Янь Жусюэ отвела взгляд от неба и ласково улыбнулась. — Если Бог захочет убить его, я убью Бога.