Я думаю, Жусюэ… тебе пора уходить

С тех пор как Бай Жусюэ узнала, что Сяо Мо не собирается брать в жены дочь уездного судьи, она снова превратилась в «беззаботную» девчушку. Каждый её день был полон жизни: она то и дело порхала по дому, напевая незатейливые мотивы даже во время готовки.

По правде говоря, Сяо Мо и не помышлял о женитьбе на дочери судьи. Он хотел вежливо отклонить предложение правителя Суня еще в прошлый раз, но тот прервал его, посоветовав не спешить с ответом и всё хорошенько обдумать. Сяо Мо не стал настаивать, решив, что будет правильнее нанести личный визит через пару дней и отблагодарить судью за проявленную милость.

И вот сегодня Сяо Мо посетил поместье Суня и мягко отказался от чести стать его зятем. Хотя судья и почувствовал легкое сожаление, он отнесся к этому с пониманием — ведь юноша признался, что в его сердце уже живет любимая женщина.

Больше не касаясь темы брака, судья Сунь завел разговор об учености и делах государственных, решив преподать Сяо Мо несколько уроков того, как подобает вести себя чиновнику. В глазах Суня карьера Сяо Мо при дворе была делом решенным. Позже он узнал, что звание Цзеюань досталось юноше во многом благодаря высокой оценке господина Чжана.

Этот господин Чжан пользовался безграничным уважением, был автором многих канонических трудов и, хотя ныне занимал лишь почетную, не обремененную властью должность, его влияние в столице оставалось колоссальным. Говорили, что даже нынешний Великий Канцлер был когда-то его учеником.

— Сяо Мо, когда прибудешь в столицу, первым делом отправь прошение о визите в поместье старца Чжана, — наставлял судья Сунь.

— Господин Чжан? — с сомнением переспросил Сяо Мо.

— Речь о господине Чжан Цяньчжи. Ныне он — Академик Ханьлинь и Верховный наставник в Академии Конфуцианства, — судья погладил бороду. — Твои свитки на экзамене отобрал лично он.

— В таком случае мне и впрямь надлежит засвидетельствовать ему почтение, — кивнул Сяо Мо.

— Но не пытайся набиться в друзья слишком рьяно, иначе лишь вызовешь у господина Чжана неприязнь. Просто навести его, выпей чаю и вырази благодарность за покровительство. Этого будет достаточно, — добавил Сунь.

— Ученик всё понял. Благодарю за наставление, господин судья, — Сяо Мо сложил руки в вежливом поклоне.

— Ха-ха-ха, какое уж тут наставление! Пройдет время, и старику самому придется просить совета у высокопоставленного господина Сяо, — судья Сунь поднял чарку.

Сяо Мо лишь слегка улыбнулся и последовал его примеру.

***

— Ягоды годжи... сушеный лунъянь... грибы... А курицу нужно порубить и обдать кипятком...

В это время дома Бай Жусюэ увлеченно готовила для Сяо Мо куриный бульон.

— И наконец — томить на медленном огне целый час. Готово!

Девушка радостно хлопнула в ладоши и накрыла котел керамической крышкой. Приглядывая за огнем в печи, она то и дело поглядывала на ворота, ожидая возвращения Сяо Мо.

Спустя полчаса Сяо Мо так и не появился, зато у входа в дом возникла незнакомая женщина. Облик гостьи дышал истинным благородством и отрешенностью, в руках она держала фучэнь, а облачена была в даосское одеяние.

— Девушка, не найдется ли у тебя чаши воды для бедной путницы?

— Конечно, сейчас принесу, — не раздумывая, ответила Бай Жусюэ и поспешила за водой.

Пока даос пила, Жусюэ украдкой разглядывала её, поражаясь неземной красоте незнакомки.

— Благодарю тебя, — допив, женщина вернула глиняную чашу и пристально посмотрела на девушку.

Жусюэ моргнула и, склонив голову набок, спросила:

— Бессмертная госпожа хочет сказать мне что-то еще?

— В некотором роде, — наставница покачала головой. — Я — старейшина Школы Небесного Таинства, моё имя Фучэнь. Я вижу, что ты наделена редчайшим даром и самой судьбой предназначена для пути бессмертных. Скажи, не желаешь ли ты отправиться со мной на Горные пастбища, чтобы посвятить себя самосовершенствованию?

— А? Совершенствование? Нет, я не пойду, — Бай Жусюэ замахала руками. — Мне нужно заботиться об одном человеке. Если я уйду, некому будет готовить ему еду.

Наставница лишь улыбнулась:

— Не спеши с ответом. Подумай хорошенько. С твоими врожденными талантами не вступить на путь Дао было бы непростительной потерей. Я вернусь через два дня.

С этими словами женщина сложила руки в прощальном жесте и легко шагнула прямо в небо. В мгновение ока она растворилась в вышине, не оставив и следа.

Бай Жусюэ стояла у ворот, и глаза её сияли от изумления. Она впервые видела, чтобы люди умели летать.

Когда солнце коснулось горизонта, Сяо Мо вернулся домой.

— Сяо Мо, ты вернулся! Скорее садись, я приготовила тебе куриный бульон.

Завидев его, девушка тут же наполнила чашу и поставила перед ним.

— Как раз вовремя, я проголодался, — Сяо Мо уселся за каменный стол и сделал глоток. Бульон был наваристым, но не жирным, а его вкус — удивительно глубоким. Стоило признать, мастерство Жусюэ росло с каждым днем.

— Вкусно? — Жусюэ устроилась напротив, подперев подбородок ладонями, и не сводила с него сияющих глаз.

— Очень, — кивнул Сяо Мо.

— Раз вкусно, ешь побольше, — она положила ему в миску два куска курицы. — На ужин сегодня только этот суп, так что тебе придется осилить всю курицу целиком.

— А как же ты? — спросил Сяо Мо.

— А я доела то, что осталось с обеда... Не пропадать же добру, — как ни в чем не бывало ответила она.

Сяо Мо на мгновение замолчал.

— Давай, ешь быстрее, пока не остыло, — Жусюэ подлила ему еще.

— Съешь и ты немного, мне одному не справиться, — настаивал Сяо Мо.

Она покачала головой:

— Я не голодна.

— И всё же съешь хоть пару кусочков, иначе выбросим.

— Ну хорошо... только покорми меня сам. А-а-ам... — Жусюэ приоткрыла рот, чуть высунув кончик розового языка.

Сяо Мо ничего не оставалось, кроме как поднести кусочек мяса к её губам. Она счастливо зажмурилась, тщательно пережевывая еду; казалось, из его рук всё было в сто крат вкуснее.

— Кстати, Сяо Мо, пока тебя не было, к нам заходила одна даоска.

— Даоска?

— Угу, — кивнула Жусюэ. — Такая красивая! Сказала, что она старейшина из какой-то Школы Небесного Таинства. Говорила, что у меня есть удел бессмертия и она хочет забрать меня с собой, чтобы учить.

— Вот как? — Сяо Мо искренне удивился.

Он слышал об этой школе. Школа Небесного Таинства считалась величайшей обителью в Царстве Ци. Это была праведная школа с безупречной репутацией. Поговаривали, что они не делают различий между существами: если в сердце горит жажда Дао, они примут даже оборотня. Ходили слухи, что одна из их старейшин и вовсе была божественной птицей Чжуцуэ в человеческом обличье.

Сяо Мо понимал: просьба дать воды была лишь предлогом. Наставница наверняка заметила необычайную природу белой змеи и пожелала сделать её своей ученицей.

— И что ты ей ответила? — он поднял на неё взгляд.

— Конечно, отказала... — Жусюэ махнула рукой. — Если я уйду, кто будет за тобой присматривать?

Сяо Мо опустил голову, помешивая ложкой золотистые капли жира в чаше.

— Сяо Мо, ты чего? Почему перестал есть? Там же еще целая кастрюля, — встревожилась девушка, заметив его перемену в настроении.

— Жусюэ, — Сяо Мо поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза. — Если бы тебе не нужно было заботиться обо мне, ты бы ушла в Школу Небесного Таинства?

— А?.. — Жусюэ замерла, её зрачки дрогнули. — Сяо Мо, ты... что ты имеешь в виду?

— Жусюэ, удел бессмертия выпадает раз в жизни. Я думаю... тебе... пора уходить.