Глава 249.0

— Что?

Услышав это бессвязное восклицание Сюэ Куй, Цин Юань застыла в оцепенении. На мгновение ей показалось, что она просто ослышалась из-за сильной усталости.

— Я говорю, Цин Юань! Я нашла своего наставника!

Голос Сюэ Куй дрожал от нескрываемого восторга. Эта женщина, прожившая на свете более трех тысяч лет, сейчас ликовала, словно восьмилетняя девчушка.

— Смотри, скорее смотри на это!

С этими словами она торопливо расстелила на столе увесистые «Хроники Мириада Событий» и положила рядом чистый лист рисовой бумаги. Сюэ Куй принялась скрупулезно переносить на него все те места и координаты, которые она ранее отметила в свитках.

Цин Юань стояла подле нее, снедаемая недоумением. Она совершенно не понимала, к чему клонит подруга.

— Ты помнишь мои прошлые расчеты? — Сюэ Куй подняла голову, и ее глаза сверкнули лихорадочным блеском. — Тогда те несколько Владык в Царстве Вознесения, что вернулись из Запретных Земель Белых Костей, хранили гробовое молчание. Стоило им переступить порог дома, как они объявили о затворничестве, а у некоторых даже пошатнулось Сердце Дао. Еще тогда я заподозрила, что в тех мертвых землях они столкнулись с чем-то запредельным, чем-то, что не поддается человеческому пониманию. Возможно, они уже тогда плели нити какого-то тайного заговора.

— А теперь взгляни на эти точки.

Сюэ Куй указала пальцем на места, которые только что пометила на бумаге.

— Согласно записям в Хрониках за последние два года, именно в этих краях вспыхивали масштабные восстания свирепых зверей. И по странному совпадению, именно там расположены обители тех самых Владык.

— И вот, посмотри на это.

Когда Сюэ Куй соединила разрозненные точки прямыми линиями, глаза Цин Юань медленно расширились от ужаса. В этот миг до нее начал доходить истинный смысл слов наставницы.

Эти секты, несмотря на огромные расстояния между ними и кажущуюся разобщенность, окружали Секту Мириада Дао плотным кольцом. Вместе они образовывали колоссальный по своим масштабам Круг сбора энергии!

И центром этого чудовищного массива была...

Секта Мириада Дао!

— Это же... — Цин Юань потрясенно вскинула взгляд на Сюэ Куй, не в силах вымолвить ни слова.

Лицо Сюэ Куй стало свинцово-тяжелым, а голос — ледяным:

— Если мои расчеты верны, они используют собственные школы как проводники, пытаясь пробудить некую сущность!

Она сделала паузу, и ее взор стал еще глубже.

— Цин Юань, я уже спрашивала тебя однажды: неужели те практики, что сгинули в Запретных Землях Белых Костей, действительно погибли? Если они вознамерились пробудить нечто подобное, то одних лишь небесных сокровищ будет прискорбно мало.

— Значит... ты подозреваешь, что великие мастера, пропавшие в тех землях, на самом деле были... — Цин Юань невольно сжала кулаки, ее голос мелко дрожал.

— Именно, — мрачно отозвалась Сюэ Куй и повернулась в сторону Главного пика Секты Мириада Дао. — Моя наставница всегда была осторожна, а ее самосовершенствование достигло пика Стадии Бессмертного. Даже если бы в Запретных Землях случилась беда, она нашла бы способ спастись. Если только... ее не предали.

***

В недрах Главного пика Секты Мириада Дао.

Владыка Секты Дин Цзинъи медленно шел по скрытой пещере. Зев входа был темен, а извилистый туннель уходил глубоко в самое сердце горы. Звуки его шагов гулко отдавались в пустом пространстве, подчеркивая мертвенную тишину.

Весь Главный пик изнутри был превращен в пустую оболочку.

В конце туннеля в ряд стояли десятки сложнейших духовных массивов. В центре каждого из них, скованный цепями из черного метеоритного железа, томился практик. Их конечности были туго стянуты, а в ключевые акупунктурные точки были вбиты «Иглы Погибели Души».

Их духовная энергия была не просто заблокирована — они не могли даже пошевелиться, лишенные возможности лишить себя жизни. Их жизненная сущность и плоды многолетнего совершенствования непрерывным потоком выкачивались из тел, подобно угасающим ручьям.

— Благодарю вас за труды. Эти три тысячи лет были нелегкими, — Дин Цзинъи остановился перед ними и отвесил легкий поклон десяти плененным мастерам.

— Дин Цзинъи! Твое беззаконие не останется безнаказанным, сами небеса покарают тебя! — бывший глава Зала Рокшасов вскинул голову, его взгляд, подобно острому клинку, впился в лицо Владыки.

— Остановись сейчас же, вернись на истинный путь, пока еще не поздно! — мастер Пика Меча сплюнул сгусток крови. В его глазах пылала жажда убийства, хотя голос был немощным и надтреснутым.

Однако Дин Цзинъи оставался глух к их проклятиям и предостережениям. Он спокойно прошелся вдоль рядов и замер перед женщиной. Ее голова была опущена, длинные волосы в беспорядке рассыпались по плечам, а лицо было бледным, как саван. Но даже в таком состоянии ее неземная красота не померкла.

— Жуши, тебе есть что сказать? — негромко спросил Дин Цзинъи.

Женщина по имени Чжоу Жуши медленно подняла голову. Ее лицо было пугающе спокойным, на нем не отразилось ни тени страха или гнева. Лишь в глубине глаз читалось сострадание к Дин Цзинъи и едва уловимая печаль.

— О чем мне говорить? Я лишь разочарована тем, что в этом мире рождаются такие, как вы, — ее голос был тихим, но каждое слово отчетливо резало тишину. — В Эпоху Древности наши предки, люди и оборотни-яо, прошли через немыслимые лишения и заплатили великую цену, чтобы даровать нам этот мир и процветание. А вы... вы готовы разрушить его собственными руками!

— Нет, ты ошибаешься. Мы ничего не разрушаем, — Дин Цзинъи покачал головой, и его взгляд затуманился. — Я лишь ищу истинную суть Великого Дао. Я иду тропой, по которой не ступала нога смертного!

Он резко обернулся к самой глубине пещеры, и в его голосе прорезалось тщательно скрываемое безумие:

— Когда-то мы все верили, что Царство Вознесения — это предел. Думали, что с концом Эпохи Древности истинная Стезя Дао закрылась навсегда... Но небо никогда не закрывает все пути!

Его голос сорвался на крик.

— Я видел это собственными глазами! Сияние мириад божеств, безграничную мощь, что повелевает законами Дао! Вот оно — истинное величие, равное небесам! Настоящее бессмертие!

— И я — Дин Цзинъи! — он широко раскинул руки, словно желая объять незримое присутствие. — Ровно через год я стану подобен богу! Весь мир склонится перед моими стопами! Я обрету вечную жизнь!

Как только последние слова сорвались с его губ, Дин Цзинъи активировал массивы, удерживающие пленников.

Раздирающая кости боль мгновенно захлестнула мастеров. Казалось, тысячи крошечных лезвий заживо срезают их плоть. Их жизненная сила и духовная энергия, вырываясь наружу, превращались в сияющие потоки, которые устремлялись к центру пещеры — к таинственному изваянию.

Статуя изображала женщину в длинном, струящемся платье. Ее волосы мягкими волнами ниспадали на спину, в руках она сжимала боевое копье, а взгляд был устремлен в бесконечность.

Возможно, это было лишь наваждение, но в тот миг, когда Чжоу Жуши посмотрела на статую, на ее губах промелькнула тень едва заметной улыбки.

В этой улыбке не было радости — лишь немое, горькое созвучие, высмеивающее этот жалкий и карикатурный мир людей.