Глава 87.0

Сяо Цин ушла.

Бай Жусюэ осталась в центре магического построения. Поджав стройные ноги и крепко обхватив колени руками, она не отрывала сосредоточенного взгляда от парящего над ней Массива Трех Жизней.

Многие годы прошли с тех пор, как был воздвигнут этот массив, но до сих пор он не подавал ни малейшего признака жизни.

Сяо Мо стоял подле Жусюэ , вглядываясь в её черты. Он и представить не мог, что спустя две тысячи лет её преданность окажется столь непоколебимой. Время действительно способно стереть всё, но для неё оно словно замерло, не властное над её чувствами.

В сознании Сяо Мо всплыли письмена Книги Сотни Жизней:

[«Третья жизнь Книги Сотни Жизней (Вторая жизнь в судьбе Бай Жусюэ ) готова. Желает ли носитель погрузиться в неё?»]

— Да, — без тени сомнения ответил Сяо Мо.

[«Пожалуйста, создайте имя для этого воплощения».]

Немного подумав, Сяо Мо решил оставить прежнее имя:

— Сяо Мо.

[«Личность "Сяо Мо" создана. Носитель приступает к новому жизненному опыту. Пожалуйста, приготовьтесь. Обратный отсчет до начала Третьей жизни: десять, девять, восемь, семь...»]

Под мерный счет Сяо Мо шаг за шагом подошел к Бай Жусюэ .

[«Пять, четыре...»]

Он присел перед ней и протянул руку, ласково коснувшись её волос.

— Жусюэ, я буду ждать тебя через семьсот лет.

[«Один».]

[«Третья жизнь Книги Сотни Жизней начата».]

В тот миг, когда образ Сяо Мо развеялся по ветру, Бай Жусюэ резко вскинула голову.

— Сяо Мо?

— Сяо Мо! — она вскочила на ноги и заметалась по дворцу. — Сяо Мо, ты здесь? Отзовись!

Она бежала, выкрикивая его имя, и её тревожный взор обшаривал каждый уголок, каждый цветок и каждое дерево в чертогах. Её голос звонким эхом разносился по залам.

— Сестра, что случилось? — встревоженная шумом, Сяо Цин вбежала в покои.

— Сяо Цин! — Бай Жусюэ вцепилась в плечи сестры, её глаза затуманила влажная пелена. — Я только что слышала его голос! Он сказал... сказал, что будет ждать меня через семьсот лет!

— Сестра... — Сяо Цин сокрушенно вздохнула.

Прошло две тысячи лет. Любая душа за такой срок давно бы отправилась на перерождение. Как мог чей-то дух задержаться в мире живых на столь долгий срок? К тому же, её сестра теперь — Повелительница демонов, достигшая Стадии Бессмертного. Рядом с её драконьим величием ни один смертный призрак не смог бы даже вздохнуть.

Но едва Сяо Цин собралась утешить сестру, как Массив Трех Жизней, парящий над дворцом, внезапно пришел в движение. Его вращение ускорилось, и он вспыхнул призрачным лазурным светом. Сияние сгустилось в ослепительный столб, пронзивший толщу вод и устремившийся к небесам.

Бай Жусюэ рывком взмыла вверх, покидая морские глубины, и последовала за лучом на поверхность. Лазурный свет разливался по небу, расходясь кольцами духовной энергии, подобно кругам на воде. Вскоре эти огни сплелись в исполинскую печать, которая причудливо менялась, словно живая ртуть.

Когда узор наконец застыл, из его центра вырвался тонкий луч и указал куда-то вдаль. Там, на самом краю горизонта, виднелась маленькая рыбацкая деревушка.

***

(Семьсот лет спустя по летописи Книги Сотни Жизней)

Как только отсчет завершился, Сяо Мо почувствовал, как мир вокруг него перевернулся. Это ощущение было ему уже знакомо. Придя в себя, он обнаружил, что снова стал ребенком.

Осмотревшись, он понял, что находится в ветхой лачуге, мало чем отличавшейся от того дворика, с которого началось его первое путешествие.

[«Предыстория персонажа: ]

[Ваше имя — Сяо Мо. Вы родились в Деревне Отрадного Улова, что в Уезде Потоков Округа Лазурных Облаков Провинции Северного Моря. Ваши родители ушли в море, когда вам было пять лет, и сгинули в пучине во время великого цунами. Вас вырастили жители деревни, делясь последним куском хлеба. Сейчас вам семь с половиной лет. Вы часто выходите в море на промысел или помогаете сушить рыбу, чтобы заработать себе на жизнь».]

Сяо Мо лишь вздохнул. Нынешнее начало почти не отличалось от первого: там — горное селение, здесь — рыбацкое.

[«Задача на эту жизнь: В прошлой жизни вы помогли Бай Жусюэ совершить Великое Шествие и стать Цзяо-драконом. С момента вашей кончины прошло три тысячи лет. Бай Жусюэ достигла Стадии Бессмертного и стала Повелительницей демонов. Помогите ей завершить финальное Преображение в Дракона.]

[Примечание: Поскольку ваша душа была развеяна, само Небо отвергает ваше перерождение. По законам Великого Дао вы получили право на новую жизнь, но восстановление памяти в ней невозможно. Однако Книга Сотни Жизней скрыла вас от взора Провидения. Пожалуйста, следуйте законам Дао и не раскрывайте факт обладания памятью ни единой живой душе. В противном случае ваша тайна будет раскрыта, и Воля Небес обрушит на вас Грозовую Скорбь, испепеляющую душу.]

[Кроме того, ваше разоблачение может привлечь внимание "Того", чье присутствие несет угрозу вашей сущности в реальности. Помните об этом».]

Текст Книги растаял, оставив Сяо Мо в глубоких раздумьях. Скрыть память — это он понимал. Но кто такой этот «Тот»? Если бы речь шла о Воле Небес, Книга так бы и написала. Значит, «Тот» — это некая конкретная сущность, возможно, божество.

— Ладно, разберусь по ходу дела. Главное — осторожность.

Сяо Мо вышел из хижины. В лицо ударил свежий бриз, пропитанный солью Северного моря. Мальчик принялся собирать во дворе сушеную рыбу в корзину. Её нужно было отнести соседям — за это можно выручить несколько медных цяней.

Укладывая рыбу, он лихорадочно соображал, как ему найти Жусюэ . Будучи обычным смертным ребенком, выйти на след могущественной Повелительницы демонов — задача почти невыполнимая.

— Эй, малыш!

Пока Сяо Мо перебирал варианты, со стороны ограды донесся мягкий, до боли знакомый голос. Сердце мальчика пропустило удар. Он медленно обернулся.

У ворот стояла статная женщина в белоснежных одеждах с волосами цвета чистого серебра. В её прическу была вставлена деревянная Шпилька Оленьего Бога, а остальные пряди каскадом спадали на плечи, достигая самой талии. Кожа её была безупречно бледной, как лучший бараний жир под первым снегом, и веяло от неё едва уловимой прохладой.

Она была высокой и грациозной, а простое белое платье лишь подчеркивало её совершенный силуэт. Её ресницы, длинные и загнутые, тоже отливали серебром, оттеняя дивные персиковые очи. В уголках её глаз таилось природное, едва заметное очарование.

Женщина подошла ближе и с теплой улыбкой посмотрела на маленького мальчика.

— Здравствуй, малютка. Меня зовут Бай Жусюэ. А как зовут тебя?