Это тайный свадебный дар Его Величества

Час Свиньи(21:00 - 23:00).

В заднем саду обители Министра Обрядов Царства Чжоу Янь Жусюэ созерцала сияющую луну, застывшую в ночном небе.

Ее пленительные персиковые очи едва заметно мерцали, отражая россыпь далеких звезд. Трудно было сказать, о чем именно она грезила в этот миг.

Спустя долгое время Янь Жусюэ медленно отвела взор от небесного свода и посмотрела прямо перед собой. Заметив приближающуюся девушку, она мягко прищурилась в улыбке:

— Сяо Цин, что такое? Тебе удалось все разузнать?

— Сестра, все прояснилось, — Сяо Цин кивнула и протянула бамбуковый свиток. — Согласно сведениям, добытым Павильоном Внемлющих Морю, здесь собрано все о жизни Цзян Цинъи: и достоверные факты, и пустые слухи.

— Спасибо за труды, Сяо Цин.

Янь Жусюэ взяла свиток и накрыла его своим божественным чувством. Всего за один краткий миг она поглотила все тридцать тысяч слов, запечатанных в бамбуке.

— Любопытно.

Янь Жусюэ сжала ладонь, и свиток рассыпался в прах. Налетевший порыв ветра подхватил серую пыль и унес ее прочь.

— Кто бы мог подумать, что ее учителя тоже звали Сяо Мо... И уж тем более удивительно, что она искала его целых три тысячи лет.

— Да, — в голосе Сяо Цин послышались сложные нотки. — Владыка Града Небесных Тайн вычислил, что ее наставник находится в Имперской Столице Царства Чжоу. Именно поэтому она прибыла сюда лично, притворившись рядовой ученицей Секты Мириада Мечей. Думаю, когда правитель Царства Чжоу вышел поприветствовать старейшин секты, она узнала в нем перерождение своего учителя. На Пике Духовного Стержня есть двор, где за три тысячи лет не позволено было сдвинуть ни травинки, ни веточки. Говорят, именно там учитель когда-то наставлял ее. Эта женщина одержима... Сестра, Сяо Цин понимает, почему новость о том, что ты станешь императрицей Царства Чжоу, вызвала у нее такую бурную реакцию.

— Три тысячи лет назад, значит... — Янь Жусюэ сложила изящные руки на своих стройных бедрах. — Помню, в то время я искала его воплощение в Мире Оборотней-яо, но так ничего и не нашла. Выходит, я разминулась с ним, и за это время Сяо Мо успел обзавестись ученицей.

Сказав это, Янь Жусюэ вновь улыбнулась:

— Впрочем, это так в духе Сяо Мо. Даже случайный ученик, которого он подобрал, со временем стала первой среди бессмертных меча в подлунном мире. Если рассуждать здраво, то Цзян Цинъи должна называть меня «старшей госпожой».

Глядя на безмятежное лицо сестры, Сяо Цин на мгновение лишилась дара речи. Раньше, столкнись сестра с подобным, она бы не на шутку разволновалась или даже растерялась. Четыре тысячи лет назад, когда сестра была вместе с братом Сяо, она вела себя как маленькая девчонка — казалось, пока он рядом, она никогда не повзрослеет.

Но...

Именно тогда, в день исчезновения брата Сяо четыре тысячи лет назад, сестра по-настоящему изменилась. Она перестала быть той наивной девочкой. В тот самый день не только Северное море, но и все Четыре Моря обрели свою Императрицу, которую ждали долгие десять тысяч лет.

— Предприняла ли Цзян Цинъи какие-то шаги? — спросила Янь Жусюэ.

— Да, — кивнула Сяо Цин. — Царство Чжоу перешло под покровительство Секты Мириада Мечей. По правилам, они обязаны предоставить секте пост Государственного Наставника. Кандидатом на эту должность стала сама Цзян Цинъи. Более того, секта потребовала, чтобы резиденция Наставника располагалась прямо в Гареме.

— Как интересно, — глаза Янь Жусюэ вновь изогнулись в форме полумесяцев. — Значит, она решила приглядывать за мной.

— Сестра, что нам делать с этой Цзян Цинъи? — уточнила Сяо Цин.

— Цзян Цинъи безумна, но далеко не глупа. К тому же, как ни крути, я — ее старшая госпожа, и на мне лежит ответственность за ее воспитание.

Янь Жусюэ с улыбкой пригубила чай.

— Я все поняла. Можешь больше не беспокоиться о Цзян Цинъи, я сама во всем разберусь.

— Слушаюсь, сестра... — раз уж Янь Жусюэ так сказала, Сяо Цин не посмела возражать.

— Кстати, ты принесла ту картину, о которой я просила? — мягко спросила Янь Жусюэ.

— Принесла, — Сяо Цин положила свиток рядом с сестрой.

Янь Жусюэ осторожно коснулась свернутого полотна, и в лунном свете ее взгляд наполнился бесконечной нежностью. Спустя мгновение она оторвалась от свитка и посмотрела на младшую сестру:

— Что-то еще?

Обычно после доклада Сяо Цин сразу уходила, но сейчас было видно, что она хочет добавить что-то важное.

— Сестра, глава Обители Белого Оленя, Шан Цзюли, прислала письмо в Северное море, — Сяо Цин замялась и достала из-за пазухи конверт. — Желаете ознакомиться?

Янь Жусюэ долго молчала, глядя на письмо. Наконец, она повела пальцем, и конверт сам прыгнул ей в руки. Пробежав глазами по строкам, она покачала головой, и бумага в ее руках мгновенно вспыхнула, обращаясь в пепел.

— Сестра, что написала Шан Цзюли? — с любопытством спросила Сяо Цин.

— Шан Цзюли говорит, что хочет пересмотреть события войны между людьми и оборотнями-яо, произошедшей четыре тысячи лет назад. Она считает, что имя Сяо Мо не должно оставаться в забвении. Ему следует воздвигнуть статую и даровать место в Храме Словесности, — медленно пояснила Янь Жусюэ .

Сяо Цин ошеломленно замерла.

— Сяо Цин, помоги мне написать ответ.

— Слушаю, сестра.

— Напиши всего два слова.

Янь Жусюэ выпрямилась и подняла голову, глядя в бездонную ночную синь.

— «Они недостойны».

Сяо Цин была поражена, но все же кивнула:

— Сестра, я поняла.

— Ах да, еще кое-что, — добавила Янь Жусюэ с улыбкой, когда Сяо Цин уже собиралась уходить. — У меня нет обиды на Старшую сестру Шан. Отправь ей приглашение. Пусть через четыре месяца она приедет в Имперскую Столицу на мое свадебное торжество.

— Но... — Сяо Цин засомневалась. — Сестра, матушка-настоятельница Шан вряд ли приедет...

— Приедет она или нет — ее дело. Но пригласить ее — наш долг. В конце концов, мы старые подруги, — рассмеялась Янь Жусюэ.

— Поняла, — Сяо Цин развернулась и растворилась в ночной тени.

Оставшись одна, Янь Жусюэ собрала принадлежности для рукоделия и неспешно вошла в свои покои. Она развернула картину, написанную тушью, и повесила ее на стену. На полотне была запечатлена женщина, стоящая на вершине горы и взирающая вдаль.

В этот момент в комнату вбежала Сяо Чунь. Заметив новую картину, она восторженно воскликнула:

— Госпожа, какая красота!

— Красиво, правда? — глаза Янь Жусюэ светились счастьем.

— Угу, невероятно, — Сяо Чунь не могла оторвать глаз от женщины на картине, которая казалась настолько живой, будто вот-вот сойдет с холста. — Но, госпожа, почему я раньше никогда не видела этой работы?

— Я скажу тебе, Сяо Чунь, но это большой секрет. Смотри не проболтайся.

— Не волнуйтесь, госпожа! Я буду нема как рыба, — глазки служанки заблестели от предвкушения.

— Эта картина... — Янь Жусюэ легонько коснулась лба служанки. — Это тайный свадебный дар, который передал мне Его Величество.