Глава 85.0

— Меня зовут Сяо Мо. Отныне я твой учитель. Ну же, скажи это.

— Учитель, Цинъи обязательно станет великой, самой великой Бессмертной Меча!

— У меня на родине это называют именинным тортом. Давай, загадай желание, и оно обязательно сбудется.

— Цинъи, твой учитель хочет повидать мир. Хочешь отправиться со мной?

— Хоть к самому краю света, учитель, я последую за вами!

— Сяо Мо! Отпусти меня! Даже без этой Кости Меча я всё равно смогу убить их!

— Цинъи... прости своего учителя. Это в последний раз.

Сцены трехтысячелетней давности одна за другой всплывали в сердце женщины. Его голос всё еще эхом отдавался в ушах Цзян Цинъи. Она до боли сжала рукоять длинного меча, и в её глазах, казалось, существовал лишь этот мужчина перед ней. Фигуры остальных людей и их голоса для неё давно обратились в ничто.

Сяо Мо обменялся парой любезностей со старейшиной Хуаном из Секты Мириад Мечей и только тогда заметил двух учениц, стоявших позади старика. Одна из них пристально смотрела на него, не отводя взора ни на мгновение. По какой-то неведомой причине Сяо Мо почувствовал странное, необъяснимое узнавание. К сожалению, её лицо скрывала вуаль, и он не мог разглядеть черты её лица.

— Путь был долгим и утомительным. Я приказал приготовить пир, чтобы принять вас по достоинству, — произнес Сяо Мо, отведя взгляд от таинственной незнакомки и обращаясь к старейшине Хуану.

— В таком случае, мы не смеем отказываться, Сын Неба, — с улыбкой ответил старейшина Хуан.

— Это лишь малая дань уважения. Прошу вас.

— После вас, Ваше Величество.

После краткого обмена вежливостями Сяо Мо взошел на Императорскую колесницу, а старейшину Хуана с ученицами сопроводили в повозку. Чиновники потянулись следом в город.

Во внешнем дворце императорской резиденции Сяо Мо устроил торжественный прием в честь гостя из Секты Мириад Мечей. На столы подавали редчайшие деликатесы гор и морей, искусные танцовщицы кружились в изящных па(танцевальный шаг), а сотни чиновников подобострастно сопровождали трапезу. Всё было организовано по высшему разряду — об этом позаботился лично Янь Шаньао. Было очевидно, что он придавал этому визиту огромное значение.

И это неудивительно. Ныне Царство Чжоу было ослаблено, и соседние государства взирали на него, словно стая голодных волков, готовых в любой момент вцепиться в горло. Если Чжоу не найдет опору в лице могущественной секты, никто не знает, когда наступит крах. И если страна падет, даже Янь Шаньао, готовый продать родину ради выгоды, лишится своего нынешнего влияния.

Сяо Мо считал, что превращение Царства Чжоу в вассала Секты Мириад Мечей не так уж плохо. Пусть контроль клана Янь над двором станет еще более абсурдным, его собственное положение марионетки вряд ли сильно изменится. Что же касается того, не решит ли Янь Шаньао при поддержке секты окончательно узурпировать трон и провозгласить себя императором... Сяо Мо считал это маловероятным.

Во-первых, Янь Шаньао был министром-регентом, облеченным доверием покойного государя. Если он посмеет взойти на престол, весь клан Янь будет покрыт позором на века, и Вдовствующая императрица никогда не допустит подобного. Во-вторых, будучи практиком стадии Врат Дракона, он обладал продолжительностью жизни в несколько сотен лет — зачем ему оставлять путь к долголетию ради бренной власти? И наконец, ребенок, который должен родиться у Сяо Мо и одаренной девы из клана Янь, в будущем станет законным правителем Чжоу. Тогда вся империя и так официально перейдет в руки семьи Янь.

Им не было нужды идти на риск. А Сяо Мо мог использовать покровительство Секты Мириад Мечей, чтобы устрашить врагов и спокойно копить силы. Когда придет время убрать Янь Шаньао, всё остальное решится само собой. Будет ли Секта Мириад Мечей горевать о смерти старика? Ха! Их волнует лишь то, выплачивает ли Мир смертных дань, а не то, чьими руками эта дань передается.

Атмосфера на банкете становилась всё более оживленной. Чиновники соревновались в лести перед Хуаном, а Янь Шаньао задавал тон в этом преклонении, отчего старейшина пребывал в превосходном расположении духа. Сяо Мо же мечтал лишь о том, чтобы этот затянувшийся фарс поскорее закончился и он смог вернуться в свои покои, дабы приступить к следующему этапу своих планов.

Он снова украдкой взглянул на девушку под вуалью. Она всё так же смотрела на него. В сердце Сяо Мо закралось сомнение. «Я её знаю? Между нами вражда? Или она влюбилась в меня с первого взгляда?»

Спустя час пиршество завершилось, и гостей проводили в Приказ Хунлу. Несмотря на название, это была огромная усадьба с несколькими двориками, предназначенная для посланников сект и великих династий. Войдя в обитель, старейшина Хуан намеревался отдохнуть, но Цзян Цинъи позвала его в передний сад.

— Владычица Секты, каковы будут ваши приказания? — Старейшина Хуан мгновенно разогнал хмель своей внутренней силой и, подойдя, низко поклонился.

Цзян Цинъи сидела в беседке, наблюдая за рыбами, беззаботно плавающими в пруду.

— Что тебе известно о правителе Царства Чжоу?

— Докладываю Владычице, мои сведения не слишком обширны.

— Говори.

— Слушаюсь...

Старейшина Хуан отер холодный пот со лба, тщательно подбирая слова.

— Этого императора зовут Сяо Мо.

Как только сорвалось это имя, Цзян Цинъи резко обернулась. В мгновение ока старейшине показалось, что тысячи острейших клинков вонзились в пространство вокруг него. Леденящая мощь меча и подавляющая воля были столь велики, что Хуан рухнул на колени.

— Владычица, клянусь, каждое моё слово — правда! Я не смею лгать!..

— Я и не говорила, что ты лжешь, — Цзян Цинъи отвела взгляд. — Старейшине моей секты не пристало вечно стоять на коленях. Встань и продолжай.

— Слушаюсь...

Хуан, пошатываясь, поднялся. Ему вовсе не хотелось падать ниц, но её аура меча была поистине устрашающей.

— Этот Сяо Мо — потомок князя Чжуншаня. Поскольку у предыдущего императора не осталось наследников, престол передали способному юноше из боковой ветви императорского рода. Янь Шаньао и его старшая сестра, нынешняя Вдовствующая императрица, выбрали именно его. По сути, Сяо Мо — лишь марионетка. Всем в государстве заправляет клан Янь.

— Продолжай, — холодно бросила Цзян Цинъи.

— О самом Сяо Мо мне известно немного, но ходят слухи... Он уже достиг совершеннолетия, а его гарем пуст. Янь Шаньао выбрал талантливую деву из своего клана, чтобы сделать её императрицей. Говорят, подготовка к церемонии коронации идет полным ходом. Янь Шаньао даже приглашал нас почтить это торжество своим присутствием.

*Бум!*

Едва старейшина договорил, поверхность пруда перед Цзян Цинъи взорвалась. Рыбы разлетелись в стороны, вода хлынула на камни, а в воздухе зазвенела ярость.

— Владычица, пощадите! — Хуан снова рухнул на колени.

— Ты ни в чем не виноват, за что мне тебя карать? — Она посмотрела на него ледяным взором.

— Я... я... — Старейшина был готов разрыдаться. Он и сам не понимал, почему она в гневе, но когда от твоей ауры взрываются пруды, лучше молить о пощаде.

— Церемония коронации... — Цзян Цинъи смотрела вдаль, и её голос был подобен холодной стали. — Та женщина из клана Янь, что должна войти во дворец... Как её имя?