Глава 19.0

— Молодой господин, раз уж сам Князь так повелел, не обессудьте на старика.

Е Саньдао тяжело вздохнул, хотя в глубине души не был удивлен. Для его господина сыновей всегда было в избытке, но лишь тот, кто обладал истинной ценностью, имел право называться сыном Князя.

Как только приказ Сяо Цзина сорвался с губ, Е Саньдао взмахнул саблей, обрушивая удар на Сяо Мо.

Сяо Мо резким движением носка сапога подбросил лежащий у ног клинок. Меч, нареченный «Закатным Облаком», звонко спружинил и устремился прямо в горло противника. В тот миг, когда Е Саньдао качнул головой, уклоняясь от выпада, силуэт Сяо Мо уже возник перед ним. Перехватив рукоять летящего меча, он горизонтальным росчерком полоснул в сторону головы старика.

Е Саньдао выставил саблю в искусном блоке.

Раздался оглушительный грохот.

Старик ощутил колоссальную инерцию. Казалось, по нему ударили не тонким лезвием, а многотонным молотом. Тело Е Саньдао отлетело назад, сокрушив декоративную горку из камней, осколки которой градом посыпались на землю.

— Уходим!

Сяо Мо не собирался затягивать бой. Развернувшись, он подхватил Цзян Цинъи на руки и бросился прочь. Придя в себя, девушка, точно капризный ребенок, принялась неистово колотить его в грудь.

— Отпусти! Мне не нужно твое спасение! Слышишь, отпусти меня!

— Раз уж явились, не надейтесь уйти живыми, — Сяо Цзин извлек из-за пазухи приказной жетон и наполнил его духовной силой.

В тот момент, когда Сяо Мо почти пересек границу поместья Сяо, сработал защитный массив. Полупрозрачный купол накрыл всю территорию, отрезая пути к отступлению.

«Эх...» — мысленно вздохнул Сяо Мо. Жаль, не хватило всего мгновения.

— Прочь! — внезапно выкрикнула Цзян Цинъи. Упершись ладонями в грудь наставника, она с силой оттолкнула его.

В то же мгновение между ними пронесся яростный след от удара сабли. Е Саньдао вновь перешел в наступление.

Сяо Мо вскинул меч, принимая бой. Обмен ударами происходил на такой скорости, что за ними невозможно было уследить взглядом. Лишь один за другим взрывались каменные изваяния в саду и с грохотом рушились стены павильонов.

Цзян Цинъи ринулась вниз, целясь острием меча прямо в Сяо Цзина. Она решила обезглавить змею, надеясь закончить все одним ударом.

— Кажется, меня совсем перестали принимать в расчет, — холодно усмехнулся Сяо Цзин. Обнажив свой меч, он встретил выпад девушки сокрушительным ударом.

Цзян Цинъи ответила тем же. Вырвавшаяся энергия их клинков прорезала в земле глубокую борозду, потянувшуюся далеко за их спины. Однако Сяо Цзину, достигшему Стадии Зарождения Души, не составило труда подавить раненую воительницу Стадии Золотого Ядра.

В миг, когда их клинки скрестились в мертвой хватке, Сяо Цзин улучил момент. Сбросив давление меча, он резко ударил Цзян Цинъи ногой в живот. Девушка, сплюнув кровь, кубарем покатилась по земле. Сяо Цзин тут же сделал выпад, намереваясь пригвоздить её к земле.

Раздался звон металла!

Когда гибель казалась неизбежной, Сяо Мо успел ворваться в круг боя. Резким взмахом снизу вверх он парировал удар. Сяо Цзин, пораженный силой контратаки, поспешно выставил блок, но его все равно отбросило на добрый десяток метров.

— Жалкий мертвец! — нахмурился Сяо Цзин.

Повинуясь его воле, защитный массив поместья отозвался. Огненный феникс, сотканный из чистой энергии, обрушился на Сяо Мо и Цзян Цинъи. Князь действительно жаждал смерти сына, в его сердце не осталось и тени милосердия. Ему было безразлично даже то, что после извлечения Кости меча душа Сяо Мо может развеяться без следа, навсегда лишившись шанса на перерождение.

Грохот взрыва сотряс воздух.

Сяо Мо закрыл собой Цзян Цинъи, приняв всю ярость пламени на себя.

— Нет! — закричала она.

Сяо Мо рухнул навзничь. Девушка крепко прижала наставника к себе, чувствуя, как пламя его жизни стремительно угасает.

— Хань-эр, иди и убей девчонку. Извлеки его Кость меча. Когда ты объединишь Двойные зрачки и Кость меча, тебе не будет равных в этом подлунном мире! — торжественно произнес Сяо Цзин, глядя на сына.

— Слушаюсь, отец! — без тени сомнения ответил Сяо Хань, доставая короткий нож и направляясь к поверженным.

Хотя Сяо Хань никогда прежде не видел своего брата, он ненавидел его всей душой. Что бы Хань ни делал, его всегда сравнивали с Сяо Мо. Это вызывало в нем лишь жгучее раздражение. Сяо Мо был для него всего лишь калекой, которому по счастливой случайности пересадили чужое сокровище. Какое право он имел стоять с ним в одном ряду? Более того, узнав, что Кость меча принадлежит другому, этот глупец покинул поместье, чтобы найти ту девчонку. Вершина безумия!

Лежа в объятиях Цзян Цинъи, Сяо Мо несколько раз надсадно кашлянул. Его пальцы едва коснулись земли. Поверхность под ними пошла рябью, точно озерная гладь, и по всему поместью от них стали расходиться невидимые волны.

На глазах у опешившего Сяо Ханя двое беглецов просто растворились в воздухе.

— Отец!.. — Хань резко обернулся, решив, что они сбежали.

— Эта Кость меча и впрямь чудо природы. Позволить мечнику на грани смерти создать собственное Царство меча... — Сяо Цзин подошел ближе. — Не волнуйся, сын. Они никуда не делись.

Он поднял камень и бросил его вперед. Камень, едва коснувшись невидимой преграды, разлетелся в пыль.

— Это личное пространство практика меча. Сяо Мо затянул девчонку внутрь, поэтому кажется, что они исчезли.

Сяо Цзин повернулся к Е Саньдао:

— Сколько тебе нужно времени, чтобы взломать его Царство?

— Ваше Высочество, старику хватит и трех ударов, — уверенно погладил бороду Е Саньдао.

***

Царство меча у каждого свое.

Мир Сяо Мо представлял собой бескрайнее озеро с кристально чистой водой, в которой отражалось лазурное небо и лениво плывущие облака.

— Наставник, вы не умрете... Вы не можете умереть... — Цзян Цинъи сидела на коленях прямо на водной глади, от которой расходились круги. В воде застыли их отражения.

— Глупая... Смертны все. Вопрос лишь в сроке, — голос Сяо Мо, прильнувшего к плечу ученицы, становился все слабее.

Но в следующий миг из спокойного озера вырвались струи воды. Сплетаясь в тугие жгуты, они сковали Цзян Цинъи и подняли её в воздух.

— Наставник, что вы делаете? — она отчаянно забилась, но не смогла разорвать водяные путы.

Сяо Мо с трудом поднялся на ноги и медленно, шаг за шагом, подошел к ней.

— Ничего особенного. Просто возвращаю то, что принадлежит тебе по праву.

Цзян Цинъи на мгновение замерла, а затем разразилась криком:

— Сяо Мо! Ты с ума сошел?! Отпусти меня! Мне не нужна эта кость! Я смогу отомстить и без неё!

Сяо Мо словно не слышал. Он зашел за спину девушки.

— Сяо Мо, предупреждаю! Если ты отдашь мне её, я не прощу тебя ни в этой жизни, ни в следующей! Я поклялась уничтожить все, что связано с Сяо Цзином! И ты — один из тех, кого я должна убить! Если твоя душа рассеется, как я исполню месть?! Я не притронусь к тому, что ты носил в себе! Прочь от меня!

Её голос сорвался на крик, переходящий в хрип. Но Сяо Мо оставался безучастен. Взяв клинок, он вскрыл плоть на белоснежной спине Цзян Цинъи. Часть её позвоночника, некогда сформированная из чистой духовной силы, обнажилась. Сяо Мо одним резким движением сокрушил эту суррогатную опору.

— А-а-а-а!

От невыносимой боли тело Цзян Цинъи выгнулось струной, и она зашлась в истошном крике. Следом Сяо Мо направил свой меч на собственную спину. Стиснув зубы, он погрузил руку в рану и рывком извлек сияющую Кость меча.

Удерживая в ладони кристально чистую, мерцающую кость, он вложил её в спину девушки. Кость меча, словно возвращаясь домой, мгновенно срослась с телом Цзян Цинъи, а разорванная плоть начала затягиваться сама собой.

Сяо Мо обессиленно шагнул вперед, оказываясь перед лицом ученицы. Его тело уже начало превращаться в мириады сияющих искр, тающих в воздухе. Он тепло улыбнулся и положил ладонь ей на голову — точно так же, как в тот день, когда впервые привел её в свою обитель.

— Цинъи, прости учителя... Это в последний раз...