Старик вроде меня слишком долго был на чужбине, пора и честь знать — пора домой

— Сестра!

Маленькая Цин в тревоге озиралась по сторонам перед входом во внутренний дворик, как вдруг на тропинке неподалеку показался знакомый силуэт.

Глаза девочки вспыхнули радостью, она с облегчением выдохнула и бросилась навстречу.

— Сестра, ты напугала меня до смерти! Что бы я делала, если бы с тобой что-нибудь случилось?

Слезы уже наворачивались на глаза Цин. Она вовсе не сидела сложа руки, пытаясь отыскать сестру. Но Бай Жусюэ превосходила её в мастерстве; и пусть она потеряла память, инстинкты древнего рода яо никуда не исчезли. Искусство скрывать свое присутствие и дыхание — одна из врожденных способностей змеиного племени. Стоило Жусюэ пожелать остаться незамеченной, как маленькая Цин теряла её след.

— Цин-эр... — Бай Жусюэ подняла голову. В её ясных глазах стоял туман непролитых слез. — Сколько лет я проспала?

— А? — Цин замерла, вглядываясь в лицо сестры. Только сейчас она заметила, что былая растерянность исчезла из её взора. — Сестра, неужели ты...

— Я всё вспомнила, — горькая слеза скатилась по щеке женщины.

Бай Жусюэ протянула руку и крепко сжала запястье сестры:

— Цин-эр, скажи мне... как долго длился мой сон?

Цин понуро опустила голову, её взгляд наполнился печалью.

— Сорок восемь лет.

Прошло немало времени, прежде чем тихий голос Цин коснулся слуха Бай Жусюэ.

— Сестра, ты проспала сорок восемь лет.

— Сорок восемь лет... — Жусюэ отшатнулась, в её глазах застыло оцепенение.

Она слишком хорошо понимала, что значат почти пять десятилетий для обычного человека.

— Неужели Сяо Мо уже... — она прервала фразу, беспомощно глядя на сестру.

— Нет-нет, — поспешно затрясла головой Цин. — Сестра, с братом Сяо всё в порядке. Сейчас он служит важным чиновником в самой Имперской Столице.

Бай Жусюэ встрепенулась, в её голосе зазвучала лихорадочная спешка:

— Цин-эр, скорее, нам нужно собраться! Мы отправимся к нему прямо сейчас...

— Сестра, нельзя! — Цин крепко схватила её за руки, останавливая. — Ты теперь — могучий яо на Стадии Зарождения Души. Будь твои силы скромнее, мы могли бы рискнуть, но сейчас... Стоит тебе приблизиться к столице, как Драконья мощь императорского рода почует тебя. Тебя не просто не пустят в город — тебя уничтожат на подступах к вратам. К тому же ты только очнулась, твоя Божественная душа еще слишком слаба, тебе нужен покой. И чем ближе к престолу Сына Неба, тем больше там сильных заклинателей.

Цин на мгновение запнулась и добавила:

— Более того, сестра, в тебе пробудились черты древних предков. Если это заметят, на тебя откроют охоту все школы Дао.

— Но как же тогда быть, Цин-эр?.. — голос женщины сорвался на плач.

— Успокойся, прошу тебя. Я сейчас же напишу письмо и завтра лично отвезу его брату Сяо, — утешала её младшая. — Верь мне, мы с ним вернемся к тебе так быстро, как только сможем.

Бай Жусюэ опустила голову, закусив губу. Было видно, что ей невыносима мысль о разлуке, но она понимала: сейчас не время идти на поводу у чувств. В конце концов, ей пришлось кивнуть.

Той же ночью Бай Жусюэ написала письмо и передала его Цин. На рассвете, наказав сестре беречь себя и быть осторожной в пути, она долго смотрела вслед улетающей тени, пока та не растаяла в лазурной дали. Лишь тогда Жусюэ с тяжелым сердцем вернулась в дом.

На третий день после отъезда Цин.

У ворот города Вечные Горы собралась внушительная толпа. Уездный начальник Цинь Сяо во главе со всеми чиновниками управы и именитыми горожанами замер в ожидании. Все взоры были устремлены вдаль, на дорогу, по которой должен был прибыть высокий гость.

— Едет! Едет! — закричал слуга, запыхавшись от долгого бега. — Господин уездный начальник, карета Верховного канцлера уже близко!

— Чудесно! — Цинь Сяо трижды повторил это слово, потирая руки. — Всем приготовиться! Проявите должное почтение, мы встречаем нашего великого земляка, возвращающегося в родные края!

Вскоре на горизонте показалась повозка. На первый взгляд она казалась самой обыкновенной, но запряжена в нее была редчайшая лошадь — кровавый драконий скакун, дар самого Сына Неба. Во всем Царстве Ци лишь Верховному канцлеру дозволялось использовать такое благородное животное для личных поездок.

— Зажигайте фейерверки! Играйте музыку!

Грохот петард и резкие звуки труб разорвали тишину. Драконий скакун даже не вздрогнул, лишь фыркнул и мерным, величественным шагом направил повозку к городским воротам.

Едва стих последний хлопок хлопушки, Цинь Сяо и почтенные мужи Вечных Гор синхронно склонились в глубоком поклоне.

— Город Вечные Горы приветствует возвращение господина Верховного канцлера в родную обитель!

Занавес отодвинулся, и из кареты медленно вышел старец с волосами белыми, как первый снег. При нем не было ни служанок, ни стражи. Поговаривали, что перед отъездом из Столицы он щедро одарил всех своих слуг и распустил их, не взяв с собой ни души.

Сорок восемь лет назад юноша отправился в Столицу на государственные экзамены в полном одиночестве.

Сорок восемь лет спустя старец, чье имя гремело на весь мир, вернулся домой так же — один.

Но за эти годы он совершил столько великих дел на благо народа, что в глазах присутствующих он был не просто чиновником, а мудрецом, чье имя пребудет в веках.

— Я, старик, вернулся, а вы устроили такой переполох. Право, мне даже неловко, — произнес старец, сложив руки в ответном приветствии.

Несмотря на почтенный возраст — ему было почти семьдесят — его стан оставался прямым, а взгляд мягких, но властных глаз, казалось, видел человека насквозь.

Никто не посмел принять его поклон; люди расступились, освобождая путь.

— Прошу вас, господин канцлер, не говорите так! Для нас это великая честь, — Цинь Сяо подбежал к нему и с величайшим почтением, словно верный слуга, подставил локоть. В этот миг он чувствовал не унижение, а гордость от того, что касается руки такого человека. — Вы утомились в пути. Мы подготовили лучшие покои и трапезу, просим вас отдохнуть.

— Благодарю за заботу, господин Цинь, — старик улыбнулся. — Но я не стану вас стеснять. Вот мои бумаги о сложении полномочий, прошу вас, оформите всё как полагается.

Согласно законам Царства Ци, чиновник, уходящий на покой, должен был сдать документы в местную управу, чтобы уездный начальник доложил Сыну Неба о благополучном прибытии и обустройстве ветерана службы.

— Разумеется, всё будет исполнено в лучшем виде! — Цинь Сяо бережно принял свиток и спрятал его у сердца. — Но неужели вы не зайдете в город? Народ ждет на улицах, каждый мечтает увидеть вас.

— Зачем мне утомлять людей своим видом? — старик покачал головой и посмотрел в сторону далекой деревушки. — Я признателен всем за добрые чувства. Но старик вроде меня слишком долго был на чужбине, пора и честь знать — пора домой.