Сяо Цин в опасности, я должна быть там!

Защитный барьер Секты Черной Горы разлетелся вдребезги, подобно хрупкому стеклу.

Осколки духовной энергии еще не успели раствориться в воздухе, когда небеса пронзила изумрудная тень, окутанная яростным дыханием демонического зверя. Она устремилась прямиком к Главному пику. Когти изумрудной Цзяо-дракона, сопровождаемые свистом раздираемого пространства, с сокрушительной силой обрушились на вершину.

Зрачки Сунь Ханя сузились. С трудом подавляя внутренние раны, он стремительно сплел пальцы в печати. В пустоте за его спиной возникли девять исполинских мечей, объятых черным пламенем.

— Рази!

Девять клинков с пронзительным воем рванулись вперед, скрещиваясь в попытке разрубить парящую в небесах зеленую владычицу. Там, где проходило острие, воздух выгорал, оставляя иссиня-черные шрамы.

Огромное тело Сяо Цин изящно изогнулось в воздухе. Ее хвост, подобно небесному бичу, наделенному мощью в десять тысяч цзюней, с грохотом обрушился на три из девяти мечей.

Раздался оглушительный скрежет металла, эхом разнесшийся по округе. Три объятых пламенем клинка померкли и отлетели прочь. Остальные мечи вгрызлись в плоть Сяо Цин; снопы искр разлетались в местах столкновения когтей и стали. Острота черного пламени опалила прочную чешую, оставляя обугленные следы, а несколько пластин и вовсе вырвало с мясом под весом ударов.

Вскрикнув от боли, Сяо Цин исторгла громоподобный драконий клич. Из ее пасти хлынул поток густого темно-зеленого яда, подобно прорыву плотины устремившийся на Сунь Ханя. Везде, где проходил этот туман, травы мгновенно чернели, а камни плавились с шипением, испуская едкий белый дым. Сотни практиков Секты Черной Горы, не успевших уклониться, исчезли в ядовитом мареве — они даже не успели закричать, как их плоть сползла с костей, обнажая белеющие скелеты.

Сунь Хань взмыл выше, сложив ладони в молитвенном жесте и быстро забормотав заклинания. Небо мгновенно налилось свинцом, тяжелые тучи сошлись над головой, и мириады пурпурных молний ударили в Сяо Цин.

Драконица вскинула голову, и в ее вертикальных зрачках вспыхнула еще более свирепая жажда крови. Тело ее содрогалось под ударами небесного гнева, но она упрямо летела против течения молний. Исполинские когти разорвали завесу электрических разрядов, вновь потянувшись к горлу врага.

Лицо Сунь Ханя исказилось. В спешке он призвал древний бронзовый щит, который тут же увеличился в размерах, превратившись в незыблемую стену.

Тланг!

Удар когтей по бронзе отозвался гулом храмового колокола. Руны на щите неистово замерцали, а сама поверхность глубоко прогнулась. Сунь Хань, стоявший за преградой, ощутил удар чудовищной силы. Брызнула кровь, и его тело, потеряв контроль, отлетело назад, обрушив вершину одной из далеких гор.

В это же время на земле и в низких небесах развернулось полномасштабное побоище. Могучее тело Хэ Сяо вихрем проносилось сквозь ряды практиков, не оставляя камня на камне. Пламя Сяу накрыло огромную территорию, превращая воинов в обугленные статуи. Сотни тысяч воинов-яо ворвались в пределы Секты Черной Горы. Рев, предсмертные крики, взрывы заклинаний и звон клинков слились в единую симфонию хаоса. Кровь быстро окрасила камни в багрянец и пропитала землю; повсюду лежали обрубки тел.

Сунь Хань вырвался из-под завалов. Окровавленный, в лохмотьях даосской рясы, с прерывистым дыханием, он все еще горел безумным желанием убивать. Он вскинул руки, и девять потускневших мечей вновь закружились вокруг него, образуя разрушительное колесо. В центре этого круга начала стремительно сжиматься точка ослепительно-черного света, нацеленная прямо в сердце летящей к нему Цзяо-дракона.

Чувствуя смертельную угрозу, Сяо Цин сузила зрачки. В глубине ее горла зародилась точка бесконечно глубокого изумрудного света. Сила оборотня-яо была сжата до предела.

Бум!

Черная аура меча столкнулась с изумрудным драконьим дыханием. Волны духовной энергии разошлись кругами, сметая всё на своем пути. Поначалу силы казались равными, но не прошло и вздоха, как изумрудное пламя полностью поглотило черную сталь. Владыка Секты Черной Горы исчез в этом потоке — его тело и душа были стерты из бытия.

Видя гибель своего лидера, оставшиеся практики дрогнули. Остатки уверенности покинули их, и они бросились врассыпную. Десятки тысяч воинов-яо устремились в погоню. Сяу бросился на одного из старейшин, готовясь разорвать его челюстями.

Внезапно с небес ударил гром, поразив Сяу прямо в хребет.

— Сяу! — в отчаянии закричала Сяо Цин.

Всего за мгновение Сяу превратился в обугленный остов и рухнул наземь, перестав дышать.

Из облаков неспешным шагом вышел старец. Его голос, усиленный магией, заполнил собой всё пространство между небом и землей:

— Друзья мои, не трепещите. Секта Небесной Волны прибыла на подмогу!

За его спиной, подобно саранче, хлынули новые отряды практиков, вступая в схватку с воинами-яо.

— Отступаем! — выкрикнула Сяо Цин, ощутив исходящую от старца ауру.

Она знала, что подкрепление придет, но не ожидала встретить здесь практика Царства Вознесения!

Цинь Цяоцяо, Хэ Сяо и другие драконы, видя гибель товарища, кипели от ярости, но понимали, что против такой силы они бессильны. Они поспешно развернулись, пытаясь уйти.

— Решили уйти? Боюсь, это будет не так просто, — холодно усмехнулся Даос Тяньцюн и подбросил в воздух обычную на вид птичью клетку.

Клетка мгновенно расширилась, накрыв собой всю территорию Секты Черной Горы, словно куполом.

— Сегодня вы, твари из Северного моря, найдете здесь свою погибель.

***

Дикие земли.

На кровати металась среброволосая женщина, ее брови были плотно сдвинуты, а голова бессильно раскачивалась на подушке.

— Сяо Цин!.. Сяо Цин, нет!.. Сяо Цин!

Бай Жусюэ звала сестру, тяжело дыша. На ее лице отражалась невыносимая мука.

— Госпожа Бай!

Ли Сиси вошла в комнату с тазом воды, собираясь помочь больной с умыванием, но увидела, как та сжимает одеяло, а ее грудь судорожно вздымается. Девушка бросила таз и поспешила к кровати, чтобы дать лекарство. Но едва она приблизилась, как Бай Жусюэ резко села. По ее белой одежде катился пот.

— Сиси, где Сяо Цин? Где Сяо Мо?.. — Бай Жусюэ вцепилась в запястье девушки. — Сколько... сколько я проспала?

Голова Жусюэ раскалывалась. Она помнила лишь то, что каждый раз, когда боль пыталась пробудить ее, ей давали пилюлю, и она снова проваливалась в беспамятство.

— Госпожа Бай, с братом Сяо всё хорошо, он в порядке. А что до Сяо Цин... она...

Ли Сиси отвела глаза, не зная, как объяснить. Сяо Цин покинула Дикие земли несколько лет назад, одержимая жаждой мести, и ни Сиси, ни ее учитель не смогли ее удержать. Девушка не ожидала, что действие лекарства ослабнет настолько быстро — Госпожа Бай проснулась раньше, чем ей успели дать новую дозу.

— Даос Фучень здесь? — спросила Бай Жусюэ.

Ли Сиси покачала головой:

— Учитель ушел вглубь Диких земель за травами для вас. Всё это время за вами присматривала я.

— Госпожа Бай, прошу, примите лекарство, иначе пагубное дыхание причинит вам невыносимую боль, — Ли Сиси протянула пилюлю.

— Сяо Цин... — Бай Жусюэ крепко сжала руку на сердце. — Нет, Сиси. Сяо Цин в смертельной опасности, я должна быть там!

С этими словами Бай Жусюэ откинула одеяло, рывком спрыгнула с кровати и бросилась прочь из комнаты.

— Стой! Госпожа Бай, ваши раны слишком тяжелы, вам нельзя уходить! — вскрикнула растерянная Сиси, бросаясь вдогонку.

Но Бай Жусюэ уже обратилась драконом и взмыла в небеса. Она была слишком быстрой; Сиси оставалось лишь беспомощно смотреть, как серебряная тень исчезает за горизонтом.