Прибытие культиваторов стадии Зарождения Души
Глава 1010: Прибытие культиваторов стадии Зарождения Души
Дворец Цзывэй и Зал Семи Убийств, казалось, были творением одной и той же руки. Цинь Сан остановился, погрузившись в раздумья.
Похоже, эти два места связывал не просто массив телепортации — между ними должна была существовать глубокая связь. Неудивительно, что во Дворце Цзывэй скрывалось Питание Меча Изначальным Духом, а в Небесной Башне Зала Семи Убийств была запечатана воля меча той же линии наследия. Если так, может ли Зал Семи Убийств также скрывать Питание Меча Изначальным Духом?
Подумав об этом, он решил, что даже если оно там и есть, найти его будет чрезвычайно трудно. Во внутренний зал можно было войти лишь раз в несколько столетий; даже самый короткий промежуток между входами превышал сотню лет.
Говорили, что внутренний зал больше внешнего и гораздо опаснее, тогда как время, отведенное на каждое исследование, остается ограниченным. По его расчетам, старший Цинчжу должен был войти во внутренний зал дважды. Тем не менее, судя по словам, которые он оставил на пути мечей, он не нашел никакого последующего искусства.
На низких стадиях, со слабой культивацией и без поддержки, обеспечивающей ресурсы, талант решает все. После достижения стадии Зарождения Души все уже не будет казаться таким безнадежным. Великое Дао разветвляется на десять тысяч путей, и в мире культивации существует бесчисленное множество возможностей, — подумал Цинь Сан.
Но без усиления от символа убийства мой путь культивации будет гораздо труднее, чем у истинных гениев. К счастью, у меня уже есть два первоклассных магических сокровища как основа, так что по силе я не уступаю другим. Я могу не спешить с поиском решения.
Взгляд Цинь Сана метнулся в сторону внутреннего зала. Если ни Зал Семи Убийств, ни Дворец Цзывэй не претерпят изменений, то после того, как я достигну стадии Зарождения Души, смогу свободно перемещаться между ними и тщательно исследовать внутренний зал.
Резкий свист рассекаемого воздуха вырвал его из размышлений. Он обернулся и увидел неподалеку полосу света уклонения, направляющуюся ко входу во внутренний зал, как и он сам. Ее аура была мощной, явно принадлежащей культиватору стадии Зарождения Души.
Цинь Сан насторожился, подавил свой собственный свет и полетел неприметно. Эксперт стадии Зарождения Души даже не взглянул на него и в одно мгновение пронесся мимо.
Между горами внешнего зала вспыхивало все больше и больше огней, большинство из которых устремлялись прямо ко входу во внутренний зал. Цинь Сан ускорил шаг.
Миновав Небесную Башню, он вскоре достиг края небесного барьера и наконец увидел полный силуэт дворца Зала Семи Убийств.
Дворец был полуразрушен, один из углов обвалился. Его табличка была пятнистой, чернила осыпались, во многих местах она была потертой и потрескавшейся, излучая древнюю ауру.
Перед дворцом раскинулась площадь, вымощенная белым нефритом, достаточно широкая, чтобы вместить несколько сотен человек. Это не было истинной границей площади; ее край резко обрывался, словно отрезанный небесным барьером, оставляя лишь сохранившуюся часть.
На удивление, белый нефрит на площади был цел и казался почти новым, гладким, как зеркало, четко отражая человеческие фигуры. На ней уже стояли десятки людей.
Цинь Сан приземлился на краю, помедлил, а затем ступил на площадь. В то же мгновение он ощутил легкую странность, будто по его телу прошла едва заметная рябь.
Пораженный, он быстро проверил свое состояние изнутри, затем осмотрел мешочек с трупами-марионетками и Кольцо Изначального Единства. Не обнаружив ничего подозрительного, он успокоился. Кто-то заметил его и посмотрел в его сторону.
Без Трансформации Небесного Демона сила Цинь Сана не проявлялась внешне. Он казался обычным культиватором поздней стадии Формирования Ядра. Эти люди бросили на него пару беглых взглядов и потеряли интерес — что полностью устраивало Цинь Сана.
Сохраняя спокойное выражение лица, он прошел за толпу и встал в углу площади, обводя все взглядом, чтобы оценить обстановку. Пока он входил, один за другим прибывали новые культиваторы, и количество людей на площади неуклонно росло.
«Похоже, здесь собралась значительная часть высшей силы человеческой расы...» — мысленно отметил Цинь Сан.
Оставляя в стороне великих мастеров стадии Зарождения Души, даже присутствующих культиваторов стадии Формирования Ядра нельзя было недооценивать; те, кто находился на средней стадии, были в меньшинстве.
Учитывая необъятность Моря Цанлан и процветание человеческой расы, наличие здесь такого количества экспертов не было чем-то удивительным.
«Линчжуцзы». Цинь Сан пробежался взглядом по толпе и с первого взгляда заметил знакомую фигуру.
Он обнаружил, что все стояли группами, отчетливо разделенными по принадлежности, и было легко определить, кто к какой стороне относится — одни дружелюбно беседовали между собой, другие же держались на расстоянии.
«Судя по тому, что во главе стоит Линчжуцзы, это, должно быть, праведные культиваторы». Взгляд Цинь Сана скользнул по экспертам стадии Зарождения Души. Некоторых можно было определить по одежде и выправке, другие же носили простые одеяния, не выдавая своей принадлежности.
Праведные ученики стадии Формирования Ядра вели себя с заметной сдержанностью, стоя позади своих старших стадии Зарождения Души и тихо переговариваясь со знакомыми. Нин Ухуэя нигде не было видно — вероятно, он еще не прибыл.
«А на противоположной стороне площади, подальше от праведных, должны быть дьявольские культиваторы», — пробормотал Цинь Сан.
Там стоял мужчина, заложив руки за спину и храня молчание. Дьявольские эксперты стадии Зарождения Души выстроились позади него и не смели его беспокоить. Даже со спины его присутствие казалось необычайным.
«Чтобы командовать всеми дьявольскими экспертами, этот человек должен быть Дьявольским Лордом», — взгляд Цинь Сана перемещался между Линчжуцзы и Дьявольским Лордом. «Не ожидал, что они оба придут лично. Зал Семи Убийств действительно оправдывает свою славу священной земли человеческой расы!»
Между праведными и дьявольскими фракциями стояли волна за волной другие культиваторы — смешанная толпа, не уступающая по численности ни одной из сторон, а возможно, даже превосходящая их. Очевидно, было много сил, не желающих быть втянутыми в борьбу праведников и дьяволов.
Пока Цинь Сан мысленно строил догадки о том, кто есть кто, толпа на площади становилась все плотнее. Двое культиваторов подошли и встали неподалеку от него.
Один из них с любопытством огляделся, словно только сейчас заметил странность. «Брат Шэнь, почему на этот раз здесь нет культиваторов расы шаманов? Когда я в прошлый раз приходил в Зал Семи Убийств, их было много. Даже верховная жрица шаманов приходила».
Культиватор по фамилии Шэнь усмехнулся. «Они бы пришли, если бы не дорожили своей жизнью. Брат Лу, ты, должно быть, этого не знаешь. Только человеческие культиваторы могут войти во внутренний зал. Если культиватор расы шаманов или великий демон стадии Трансформации посмеет ступить внутрь хотя бы на полшага, великий массив на этой площади сразу это обнаружит. Если они попытаются прорваться силой — их тут же уничтожит».
Вздрогнув, брат Лу быстро окинул взглядом площадь. Шэнь с гордостью добавил: «Не утруждай себя поисками. Даже если это не древний небесный массив, его точно оставил один из великих экспертов нашей человеческой расы. Он пребывает в покое большую часть времени и демонстрирует свою мощь только при срабатывании. Вот почему Зал Семи Убийств является священной землей нашей расы. Я слышал, что они открыли внешний зал раньше только для того, чтобы заручиться сотрудничеством расы шаманов в Море Демонов и разделить давление со стороны расы демонов. Внутренний зал запечатан небесным барьером и имеет лишь этот единственный вход. Даже если бы им было позволено, культиваторы расы шаманов не осмелились бы войти».
Услышав это, Цинь Сан наконец понял, чем была та недавняя рябь. Белый журавль был привязан к Кольцу Изначального Единства и считался его духовным зверем; Немая Девушка и Бай несли в себе созданные им талисманы Небесного Трупа и таким образом считались находящимися под его властью.
По этой причине он не активировал массив. Цинь Сан тихо выдохнул с облегчением.