Память
Глава 939: Память
«Тебе нужно Дерево, Питающее Душу?» — на лице Бая появилась едва заметная улыбка, когда он оглядывал Цинь Сана с ног до головы. — «Значит, именно оно было твоей истинной целью. Ты вообще понимаешь его ценность? Это единственное сокровище, которое я оставил после себя при жизни, и оно оказывает колоссальную помощь нам, призрачным культиваторам. Неужели ты думаешь, что я отдам Дерево, Питающее Душу, только ради того, чтобы выжить?»
Цинь Сан на мгновение замолчал. «Похоже, ты был заперт внутри барьера и не знаешь ситуации снаружи. Это место стало скрытым царством, которое открывается лишь раз в несколько десятилетий, давая редкий шанс войти. Поскольку оно чрезвычайно опасно, свирепые звери по неизвестным причинам потеряли рассудок, а те, кто оказался в ловушке в Зале Семи Убийств, так и не появились вновь, включая прославленных экспертов. Есть и множество других зловещих признаков, поэтому никто не осмеливается оставаться здесь после закрытия скрытого царства. И все же ты все это время оставался в безопасности на этой призрачной земле. Ты — единственное исключение, которое я видел. Может ли барьер избежать воздействия Зала Семи Убийств? Возможно, мне не нужно спешить уходить. Я могу остаться внутри барьера на несколько десятков лет и покинуть это место, когда Зал Семи Убийств откроется в следующий раз. Неужели этот человек действительно будет все это время караулить у входа?»
Улыбка Бая застыла. Угроза в словах Цинь Сана была очевидной. В худшем случае он рискнет всем и сделает ставку на то, что барьер останется невредимым, позволив ему безопасно дождаться следующего открытия.
«Ты готов рискнуть своим будущим? Твое физическое тело сильно, а твои достижения в закалке тела не уступают уровню твоей культивации. Твои искусства, должно быть, необычайны и, возможно, ведут прямиком к пути бессмертия. Но здесь нет ничего, кроме бескрайнего призрачного тумана. Если ты останешься здесь на десятилетия, то даже при сохранности изначального духа твоё тело, скорее всего, не выдержит, разъедаемое туманом, и ты будешь вынужден вступить на путь трупов и призраков. Стоит ли это одного внешнего предмета?» — Бай устремил свой взгляд на Цинь Сана, пытаясь отговорить его. Однако инстинкты подсказывали ему, что этот человек пойдет на все, если уже принял решение.
Цинь Сан внезапно весело улыбнулся. «А ты знал? Чтобы сформировать свое ядро, я однажды поставил на кон все и добровольно вступил на путь трупов. Лишь позже, по счастливой случайности, я вернулся на правильную дорогу и, вопреки всему, сформировал свое ядро одним махом».
При этих словах в глазах Бая мелькнуло удивление; его понимание Цинь Сана углубилось еще сильнее.
«К тому же, Дерево, Питающее Душу, для меня не внешний предмет», — между бровей Цинь Сана вспыхнул отблеск, и вылетел эбеновый меч, зависнув в воздухе между ними. — «Этот меч называется эбеновым мечом. Это мое связанное с жизнью магическое сокровище, тесно связанное с моей культивацией. Он уникален и для своего роста должен слиться с духовным деревом. На данном этапе только духовное дерево уровня Десяти Божественных Деревьев может продвинуть его дальше. Из-за этого моя культивация застопорилась на годы. Имея перед собой Дерево, Питающее Душу, если бы ты был на моем месте, упустил бы такой шанс?»
Цинь Сан прекрасно понимал риски пребывания в призрачной земле и не желал идти на смертельный конфликт, пока не останется иного выбора.
Он культивировал и тело, и заклинания, владел высшими техниками двух рас. Если бы призрачный туман разъел его и вынудил вступить на путь трупов и призраков, потери были бы колоссальными, к тому же у него не было первоклассного метода культивации для этого пути.
Поэтому он просто показал эбеновый меч, давая Баю понять, что Дерево, Питающее Душу, было тем, что он обязан заполучить.
«Дерево, Питающее Душу, — это высшее сокровище для культиваторов призрачного пути. Тебе больше не нужно полагаться на него, не так ли? Как только ты обретешь свободу, с твоими способностями ты, возможно, найдешь способ восстановить человеческое тело…»
Цинь Сан говорил искренне, но Бай лишь пристально смотрел на эбеновый меч, и выражение его лица становилось все более странным.
Заметив это, сердце Цинь Сана дрогнуло. «Тебе что-то пришло в голову?»
Бай — это остаток души древнего культиватора. Неужели вид эбенового меча пробудил в его памяти какую-то скрытую тайну?
Цинь Сан активировал искусство Питания Меча Изначальным Духом, подгоняя эбеновый меч. Кольца прохладного зеленоватого света меча замерцали вдоль лезвия, позволяя Баю рассмотреть все в мельчайших деталях.
«Ах!» — внезапно вскрикнул Бай, схватившись за голову, его лицо исказилось от боли. Спустя долгое мгновение он пришел в себя и под напряженным взглядом Цинь Сана сказал: «Дерево Бесконечной Кровавой Шелковицы! Только сейчас я понял... твое магическое сокровище было выковано из Дерева Бесконечной Кровавой Шелковицы?»
«Верно!» — Цинь Сан ожидал, что Бай сможет распознать происхождение его искусств, и был немного разочарован. Он нерешительно спросил: «Твои воспоминания вернулись?»
Бай покачал головой, в его тоне слышалась радость. «Нет. Возможно, из-за того, что я владею Деревом, Питающим Душу, мое подсознание связало родственные вещи. Когда я увидел твой меч, в моей душе всплыли эти четыре слова: Дерево Бесконечной Кровавой Шелковицы. Похоже, мою память еще можно восстановить. Теперь я понимаю. Неудивительно, что твое связанное с жизнью магическое сокровище не может продвинуться вперед. Дерево Бесконечной Кровавой Шелковицы — самое скверное дерево под небесами, прославленное наравне с Деревом, Питающим Душу. Если только не добавить первоклассный духовный материал, способный противостоять осквернению шелковицы, его нельзя перековывать вместе с ней, иначе оно будет осквернено и потеряет всю духовную сущность. Тебе и впрямь невероятно повезло заполучить даже Дерево Бесконечной Кровавой Шелковицы».
«Не стану преувеличивать. Я добыл лишь небольшую часть духовного дерева. Тогда я радовался, думая, что это судьба, и никак не ожидал, что за этим благословением скрывается беда…» — Цинь Сан дал краткое объяснение, а затем не мог не продолжить расспросы. — «Значит, если ты увидишь предметы, знакомые тебе при жизни, ты сможешь восстановить пробелы в своей памяти?»
«Не обязательно!»
Тон Бая потускнел; он не выглядел оптимистичным. «Я всего лишь жалкий остаток души. Даже если что-то и восстановится, это будет скудная часть, в основном малозначительная. Найти свое истинное "я" будет чрезвычайно трудно. То же самое было и с Деревом Бесконечной Кровавой Шелковицы. Когда-то я наверняка знал о нем все до мельчайших подробностей, но теперь в моей памяти всплывают лишь обрывки…»
Он потер лоб, ненадолго замолчал, а затем поднял взгляд. «Ты прав. Когда дело касается собственного Великого Дао, будь я на твоем месте, я бы тоже не упустил такой шанс».
Выражение лица Цинь Сана слегка изменилось. «Ты хочешь сказать…»
«Похоже, мне остается только предложить Дерево, Питающее Душу, в качестве выкупа за свою жизнь», — сказал Бай с горькой улыбкой.
К удивлению Цинь Сана, Бай без колебаний согласился с его требованием. Цинь Сан невольно тихо выдохнул с облегчением. Без сомнений, это был исход, устраивавший обе стороны.
Однако Бай тут же предостерег его от преждевременной радости. «Я не могу передать тебе Дерево, Питающее Душу, напрямую. Давай поклянемся демонами сердца. Только после того, как ты поможешь мне разрушить барьер и освободить духов, я отдам тебе это сокровище. После этого ты должен всеми силами помочь мне очистить это тело и ни при каких обстоятельствах не поднимать на меня руку…»
Казалось, у него был готов план, и он быстро произнес клятву демона сердца, не оставив ни единой лазейки.
Цинь Сан долго размышлял, а затем смягчил тон. «За исключением крайней необходимости, я не желаю становиться твоим врагом. Я могу поклясться демоном сердца на этих условиях. На самом деле, если в будущем ты столкнешься с трудностями в поисках себя, я, возможно, смогу немного помочь. Однако ты должен хотя бы позволить мне взглянуть на Дерево, Питающее Душу, чтобы я мог убедиться в его наличии».
Он не боялся клятвы демона сердца и не собирался нарушать собственное слово.
«Без проблем. Я запомню твои слова…» — охотно кивнул Бай, и на его губах заиграла лукавая улыбка.
Он широко раскрыл рот и выплюнул поток трупной Ци. Внутри него было что-то завернуто. Когда оно упало на его ладонь, то превратилось в черный, гнилой кусок дерева, длиной почти в половину чи(16см) и толщиной с предплечье.
Это было Дерево, Питающее Душу! А внутри тела Бая оставался спрятанным еще один кусок примерно такого же размера.
Очевидно, он давно предвидел этот момент и уже разделил Дерево, Питающее Душу, надвое.