Вторжение
Глава 108: Вторжение
«Старший брат Сунь, собратья-даосы, возможно, я не смогу присутствовать на следующем собрании, поэтому заранее прошу прощения».
Цинь Сан поднял чашу с вином, предлагая тост собравшимся.
Мечник в зеленом одеянии слегка пошевелился и, подавшись вперед, спросил: «Даос Цинь, ты стоишь на пороге прорыва?»
Цинь Сан с улыбкой кивнул, мгновенно вызвав шквал поздравлений и завистливых возгласов.
С момента вступления на Гору Шаохуа он ни разу не позволял себе расслабиться. Всего несколько дней назад он почувствовал признаки прорыва на десятый уровень. Последние два дня он приостановил свое искусство культивации, чтобы привести в порядок состояние ума, и планировал вернуться сегодня вечером для уединенной медитации, чтобы совершить прорыв.
С этим прорывом он сможет вернуться на Гору Шаохуа и получить Пилюлю Заложения Основы. Однако Цинь Сан не собирался принимать её немедленно. Учитывая его таланты, слишком раннее использование пилюли было бы пустой тратой. Он практиковался так долго, что ему вполне хватит терпения дождаться тринадцатого уровня.
К несчастью, секта Куйинь начала действовать слишком рано. Будь у него в запасе еще несколько лет, он мог бы заполучить две Пилюли Заложения Основы.
Сунь Дэ тоже был особенно рад. Подняв чашу к яркой луне, он воскликнул: «Тогда давайте пожелаем брату Циню скорейшего прорыва, чтобы мы все могли отпраздновать твой успех!»
…
Вернувшись в свое пещерное жилище, Цинь Сан обошел Затонувшую Пещеру, отправил Талисман Передачи Звука с отчетом в секту и, как обычно, установил Зеркало Очарования Духа в своем пещерном жилище. Затем он сел на подушку из Бамбука Водного Сердца, несколько раз мысленно прочитав Писание Спокойствия. Достигнув состояния абсолютного умиротворения, он начал медитировать и циркулировать свое искусство культивации.
Узкое место на десятом уровне было таким же трудным для преодоления, как и на девятом, но это было известное испытание, требующее лишь упорства и усердия. В мгновение ока прошло более двадцати дней, и Цинь Сан успешно прорвался на десятый уровень. Хоть он и был вне себя от радости, останавливаться он не стал. Он продолжил медитацию, стабилизируя свой недавно достигнутый уровень.
Дни проходили один за другим, а Цинь Сан оставался в уединении. Тем временем снаружи его пещерного жилища скопилось более дюжины Талисманов Передачи Звука.
В Затонувшей Пещере царили мертвая тишина и запустение, а из глубин непрерывно вздымались волны зловещей Инь Ци, пытаясь прорваться сквозь барьеры. Вырывающаяся наружу Инь Ци бесконечно разъедала окружающие леса и растения.
В один из дней в этом районе беззвучно появилась тень, остановившись на краю входа в Затонувшую Пещеру. Фигура вглядывалась в глубокую темную бездну внизу, и выражение ее лица было полным сомнений.
Человек был одет в чистые от пыли одежды Горы Шаохуа — это был Сунь Дэ!
Сунь Дэ некоторое время смотрел на Затонувшую Пещеру, на его лице появилось задумчивое выражение, когда он пробормотал: «Одного месяца должно быть достаточно. Младший брат Цинь, надеюсь, ты оправдаешь мои ожидания».
Сказав это, Сунь Дэ огляделся, а затем стремительно юркнул в расщелину неподалеку от Затонувшей Пещеры. Казалось, он был прекрасно знаком с планировкой, без труда ориентируясь в извилистых трещинах и туннелях. Вскоре он добрался до входа в пещерное жилище Цинь Сана.
Увидев Талисманы Передачи Звука, парящие снаружи барьера, Сунь Дэ пересчитал их. Ни один не пропал. Странная улыбка появилась на его лице, когда он взмахнул рукой, собирая все талисманы.
Тук, тук...
Сунь Дэ стоял перед входом в пещеру и дважды постучал в каменную дверь. Когда ответа не последовало, он с жадностью прижал руку к двери. Из его ладони хлынула духовная сила, и барьер вокруг пещерного жилища тут же начал растворяться.
Внутри пещерного жилища Цинь Сан был одновременно шокирован и взбешен. Стук в дверь вырвал его из медитации. Он только-только успокоил свою Ци и кровь и гадал, кто мог искать его в такое время, как вдруг понял, что кто-то снаружи пытается пробить его барьер.
Барьер, защищающий пещерные жилища, предоставленные сектой, не был слабым, и большинству вольных культиваторов было бы трудно прорваться внутрь. Для обеспечения абсолютной безопасности Цинь Сан также установил Зеркало Очарования Духа в качестве страховки.
И все же злоумышленник с легкостью разрушал барьер. Кто бы это мог быть?
Цинь Сан ломал голову. С момента вступления на Гору Шаохуа он всегда был осторожен и никогда не вступал в конфликты с другими. Он не верил, что кого-то обидел. Мог ли это быть вольный культиватор, который случайно наткнулся на Затонувшую Пещеру и обнаружил внутри пещерное жилище бессмертного культиватора, воспылав жадностью?
Независимо от личности злоумышленника, проникновение в его пещерное жилище без разрешения, несомненно, носило злой умысел. Поскольку враг находился прямо снаружи, талисман с просьбой о помощи в секту, скорее всего, был бы перехвачен.
Мысли Цинь Сана лихорадочно метались. Увидев перед собой массив зеркал, он почувствовал легкое облегчение. Массив находился прямо у входа. Как только он сработает, злоумышленник будет застигнут врасплох. Если враг окажется грозным, Цинь Сан сможет использовать отвлекающий маневр, чтобы сбежать и подать сигнал бедствия.
При нем были первоклассные артефакты. Даже если он не сможет победить, продержаться до прибытия секты не должно быть трудно — особенно если использовать ту черную бусину.
Если злоумышленник окажется слабым, он сможет убить его одним ударом, и никто не обвинит его в преступлении. В конце концов, Затонувшая Пещера была идеальным местом, чтобы избавляться от трупов, не оставляя никаких следов.
С этой мыслью Цинь Сан быстро успокоился. Он взглянул на барьер перед дверью пещеры, который нестабильно мерцал. Он создал клона, чтобы тот сидел на подушке, в то время как его истинное тело спряталось в углу. Затем он призвал свой эбеновый меч.
После прорыва на десятый уровень его духовная сила стала глубокой и обильной. Он мог управлять своим мечом, чтобы убивать врагов, не нуждаясь в пополнении энергии через духовные камни. Однако использование Ци меча потребляло много энергии, поэтому, если он не подготовится заранее, то долго не протянет.
На всякий случай Цинь Сан достал духовный камень среднего качества и тихо накапливал свою духовную силу.
Мгновение спустя главная дверь пещерного жилища издала тихий щелчок. Свет барьера на секунду мигнул, а затем исчез, и дверь распахнулась снаружи.
Как только Сунь Дэ открыл пещерное жилище, всё перед ним померкло. Он угодил в ловушку массива зеркал, и все его тело окутал густой черный туман. Тем не менее, на его лице не было ни следа паники. Наоборот, когда он осматривал клубящийся черный туман, на его губах заиграла улыбка: «Злобный артефакт, лично созданный Старым Призраком И... Младший брат Цинь, ты и впрямь осторожен. Неудивительно, что тебе удалось дожить до этого момента. Но как жаль — тебе суждено стать жертвенным подношением».
Говоря это, Сунь Дэ взмахнул рукой, начертав в воздухе таинственную руну и отправив её в черный туман. Туман немедленно начал подавать признаки рассеивания.
Снаружи Цинь Сан всё отчетливо видел. Сразу после того, как Сунь Дэ вошел в массив зеркал, основная часть Зеркала Очарования Духа начала яростно дрожать, издавая тихий треск. На его поверхности стали появляться крошечные трещины, и казалось, что оно вот-вот разрушится. Черный туман в центре рассеивался с пугающей скоростью.
Цинь Сан был крайне удивлен, когда понял, что злоумышленником оказался Сунь Дэ, задаваясь вопросом, не было ли здесь какого-то недоразумения.
Разумеется, Цинь Сан не собирался останавливаться. Сунь Дэ силой проник в его пещерное жилище — было это недоразумением или нет, можно выяснить после того, как он его усмирит. В противном случае именно он окажется в опасности.
Видя, что Сунь Дэ с легкостью разрушил Зеркало Очарования Духа, Цинь Сан встревожился и больше не смел колебаться. Он тихо произнес заклинание, заставив Ци меча на его эбеновом мече резко вспыхнуть, и мгновенно вонзил его в черный туман.
«А-а-а!»
Жалкий крик эхом разнесся из глубины черного тумана. Сунь Дэ, теперь в весьма плачевном состоянии, вылетел из массива зеркал. Его левая рука была отрублена под корень, из раны хлестала кровь, а самодовольная улыбка исчезла с его лица. Теперь оно было бледным как бумага.
Сунь Дэ одной рукой зажал рану, встретившись с холодным взглядом Цинь Сана. Его глаза внезапно расширились от шока, и он в недоверии воскликнул: «Десятый уровень! Ты все еще жив?»
Цинь Сан нахмурился, в глубине души считая, что это прискорбно. Он поднял руку и выпустил разряд иньского грома, а затем одной лишь мыслью развернул эбеновый меч, направив его прямо в жизненно важную точку Сунь Дэ.