Разрушение
Глава 81: Разрушение
Увидев это, лица обоих помрачнели.
Цинь Сан сделал шаг вперед, и юноша в облегающем боевом одеянии немедленно грациозно отступил. Затем он натянул лук и выпустил еще одну стрелу, заставив Цинь Сана снова поднять свой меч для защиты.
Над ущельем непрерывно вспыхивали полосы радужного света, в то время как дракон Чи, сформированный холодной Ци меча, рассеивался и формировался вновь и вновь. Ни один из них не мог одержать верх.
Цинь Сан также попытался запустить два разряда иньского грома и несколько ледяных шипов, но юноша с легкостью уклонился от них. До сих пор Цинь Сану не удавалось сократить дистанцию между ними.
Духовные стрелы летели одна за другой, а стрельба юноши была безупречной. Цинь Сан не мог найти даже возможности вырваться. Более того, на таком расстоянии его Пурпурный Колокол Души был совершенно бесполезен.
Цинь Сан чувствовал, как его духовная сила истощается с пугающей скоростью, но у него не было возможности поглотить энергию духовных камней, чтобы восполнить ее.
Однако он уже заметил, что луку требовалось всё больше времени, чтобы сконденсировать духовные стрелы.
Хотя уровень культивации юноши была на один уровень выше, лук требовал частого уплотнения духовной силы для формирования стрел, что отнимало гораздо больше энергии, чем Меч Дракона Чи.
Если это противостояние продолжится, преимущество в конечном итоге перейдет на его сторону.
Как только эта мысль промелькнула у него в голове, взгляд Цинь Сана обострился. Он увидел, как юноша ухмыльнулся после выстрела очередной стрелы, а затем стремительно достал нефритовую бутылочку из своего пространственного мешочка. Внутри находились две пилюли, которые Цинь Сан не узнал.
Не колеблясь ни секунды, юноша проглотил одну из них. Его лицо, побледневшее от чрезмерного расхода духовной силы, постепенно вновь налилось цветом, и он посмотрел на Цинь Сана с насмешливым презрением.
Пилюля для восстановления духовной силы!
Увидев это, Цинь Сан не мог не выругаться про себя. Ресурсы этого человека были слишком велики.
Лук, несомненно, был высококачественным артефактом высшего ранга, а редкие духовные пилюли — у него их было сразу две, и он без раздумий использовал одну, не проявив ни тени сожаления.
Да разве это вольный культиватор?
Юноша без остановки выпускал стрелу за стрелой, загоняя Цинь Сана в крайне невыгодное положение. Понимая, что дальнейшее противостояние приведёт лишь к поражению, взгляд Цинь Сана начал колебаться.
Внезапно юноша издал резкий крик, и неудержимый поток духовной силы хлынул из его рук в лук.
Лук ярко вспыхнул, когда юноша высоко поднял его, свирепо глядя на Цинь Сана. Мышцы на его руках вздулись от напряжения, когда он натянул тетиву до предела, мгновенно сформировав три огромные духовные стрелы.
«Умри!»
С оглушительным ревом три стрелы вылетели одновременно, слившись в одну прямо в полёте.
Вихрь, созданный духовной стрелой, обрушился на Цинь Сана. Его пронзительный свист нес в себе след громоподобной мощи, сотрясающей небеса. Сила этого удара многократно превосходила все предыдущие, и стрела оказалась перед ним в одно мгновение.
Инстинкты Цинь Сана кричали от тревоги, и каждый волосок на его теле встал дыбом. Стрела была слишком быстрой — времени на уклонение не оставалось.
Схватив Меч Дракона Чи обеими руками, Цинь Сан полностью сосредоточился на мече, отбросив все отвлекающие мысли. Он вложил все свои силы в один отчаянный удар.
Холодная Ци Меча Дракона Чи была полностью исчерпана, отчего и меч, и лицо Цинь Сана стали неестественно бледными.
Тело дракона Чи увеличилось вдвое, напоминая настоящего дракона Цзяо[1], гордо поднимаясь, чтобы без страха встретить удар.
Дракон Чи широко раскрыл пасть и взревел, проглотив духовную стрелу целиком.
Внезапно внутри тела дракона Чи появилась полоса радужного света, яростно бушуя и борясь с холодной Ци, но так и не сумев вырваться наружу.
На удивление, казалось, что дракон Чи одерживает верх.
Эта сцена превзошла ожидания юноши, и его брови нахмурились.
С другой стороны, выражение лица Цинь Сана резко изменилось. Он поспешно поднял Меч Дракона Чи перед лицом, прикрываясь им.
В следующее мгновение с оглушительным взрывом дракон Чи разлетелся на куски. Холодная Ци, формировавшая его тело, разбилась на бесчисленные осколки, высвободив яростный порыв ледяного ветра во все стороны. Ущелье по обе стороны, казалось, мгновенно погрузилось в зиму, а растения вокруг покрылись слоем инея.
Хотя духовная стрела значительно потускнела по сравнению с прежним состоянием, в ней все еще оставалась некоторая сила. В мгновение ока она оказалась прямо перед лицом Цинь Сана и ударила точно в центр Меча Дракона Чи.
К счастью, Цинь Сан среагировал вовремя. Его отбросила колоссальная сила удара, руки задрожали, а Меч Дракона Чи издал чистый звук, и его тон показался каким-то неправильным.
У Цинь Сана не было времени раздумывать над этим. Воспользовавшись силой удара, он стремительно отступил, а затем без малейших колебаний призвал Ветер Пустоты и развернулся, чтобы сбежать.
Юноша не собирался так просто его отпускать. Он вновь поднял лук, целясь в Цинь Сана. Первая стрела прошла мимо, а когда он готовился выпустить вторую, духовная стрела рассеялась, так и не успев сформироваться. Встревоженный, он перевернул лук и осмотрел его, обнаружив, что большая часть инкрустированных в него драгоценных камней потеряли свой блеск, а на некоторых даже появились едва заметные трещины.
Гневно фыркнув, юноша в отчаянии взмахнул рукой, с ненавистью глядя на убегающего Цинь Сана. Немного подумав, он спрятал лук в свой пространственный мешочек и вытащил пару тонких мечей. Затем он призвал зеленый лист.
Лист напоминал бамбуковый, яркий и похожий на нефрит. Поймав ветер, он начал стремительно увеличиваться. Юноша запрыгнул на него, держа свои мечи, и бросился в неустанную погоню. Его скорость была ничуть не меньше, чем у Ветра Пустоты Цинь Сана.
Массив зеркал находился недалеко от устья ущелья. Оседлав ветер, Цинь Сан быстро добрался до него за несколько стремительных движений.
Ничего не подозревающий юноша следовал по пятам. Увидев, что скорость Цинь Сана снизилась, он решил, что духовная сила того истощилась и он больше не способен управлять артефактами. На его лице мелькнула радость. Но едва эта улыбка появилась, как земля под ногами сдвинулась, обнажив медные зеркала, из которых хлынули клубы черной Ци. Выражение лица юноши исказилось от шока и ярости, когда он угодил в ловушку массива зеркал.
Туманные барьеры массива гремели от мощных ударов, а медные зеркала непрерывно дрожали, издавая чистые вибрации. Очевидно, оказавшийся внутри юноша яростно сопротивлялся.
Цинь Сан с напряжённым выражением лица сжимал Зеркало Очарования Духа. Когда массив был окончательно завершён, медные зеркала поднялись и сомкнулись над его вершиной, полностью стабилизировав формацию.
Цинь Сан глубоко выдохнул, вытирая пот со лба. К счастью, он был подготовлен заранее — иначе, столкнувшись с таким грозным противником, ему оставалось бы лишь спасаться бегством.
Позволив юноше продолжать борьбу внутри массива зеркал, Цинь Сан внезапно кое-что вспомнил и поспешно достал Меч Дракона Чи, чтобы осмотреть его. То, что он увидел, заставило его лицо мгновенно потемнеть.
Вдоль крестовины Меча Дракона Чи появилась заметная трещина!
То ли по случайности, то ли из-за врождённой хрупкости самого меча, этот артефакт высшего ранга был так легко поврежден.
Выражение лица Цинь Сана дрогнуло. Меч Дракона Чи не казался полностью сломанным, но до тех пор, пока его не починят, он не осмеливался использовать его вновь. Поврежденный меч был незначительной проблемой, но если он сломается посреди боя, его жизнь может оказаться под угрозой.
Убрав Меч Дракона Чи обратно в свой пространственный мешочек, Цинь Сан сердито посмотрел на массив зеркал. Мысль о том, что такой прекрасный артефакт высшего ранга был поврежден этим человеком, наполняла его раздражением. Он тут же сел, скрестив ноги, сжал в руке духовный камень и призвал эбеновый меч.
1. Цзяолун или Цзяо — это дракон в китайской мифологии, часто определяемый как «чешуйчатый дракон»; согласно некоторым исследователям, он безрог и считается водным или речным жителем.