Старый даос
Глава 880: Старый даос
Даже здесь Фан Тин нигде не было видно.
Лицо воплощения оставалось спокойным, когда он шаг за шагом следовал за остальными к вершине. Вскоре они вышли из леса и прибыли к величественному залу.
Культиватор средних лет шагнул вперед и громко объявил: «Докладываю мастеру, мне было приказано провести церемонию набора учеников и выбрать новых. Теперь я привел их на гору для вашего рассмотрения».
«Входите…» Двери большого зала открылись сами собой, и изнутри раздался знакомый голос.
«Старший дядя Чэнь?» — удивился культиватор средних лет.
Он поспешно вошел и увидел внутри двух человек. Это были не кто иные, как старший дядя Чэнь и молодая девушка Фан Тин, которую он принял ранее. Потрясенный, он выпалил: «Мастер, он…»
Культиватор по фамилии Чэнь холодно сказал: «Глава павильона внезапно получил озарение во время созерцания своего искусства и ушел в уединение. Последующие дела будут организованы мной. У тебя есть возражения?»
«Я бы не посмел!» — выражение лица культиватора средних лет изменилось, и он поспешил вперед, протягивая нефритовую табличку. «Старший дядя Чэнь, эта нефритовая табличка содержит информацию об этих новых учениках».
Старший дядя Чэнь принял ее с хмыканьем и окинул взглядом толпу. Под взором культиватора Формирования Ядра никто не чувствовал себя спокойно, все тайком тревожились.
Когда они вошли, Фан Тин заметила воплощение и весело поприветствовала его. Воплощение же с горечью вздохнуло про себя, опустив взгляд и сохраняя спокойствие в сердце.
Он и представить не мог, что именно этот человек будет решать их судьбу. Ему оставалось лишь надеяться, что то будет действовать беспристрастно.
«Секта Ланьдоу только что отобрала партию учеников. То, что на этот раз их так много, — весьма неплохо. Вы все хорошо выполнили свой долг», — сказал старший дядя Чэнь, одобрительно кивнув.
Четверо наблюдающих культиваторов обрадовались его похвале. Затем старший дядя Чэнь перевел взгляд и указал на юношу с тремя духовными корнями. «Ты. Выйди вперед».
Юноша вздрогнул от испуга, его лицо побледнело, колени задрожали.
«Неужели я и вправду настолько страшен?» — Чэнь глубоко нахмурился, явно недовольный. «Неудивительно, что тебя сочли слабохарактерным. Согласно их отчету, тебя отправят в Зал Котлов закалять себя в течение трех лет, после чего состоится повторная оценка».
Он бросил юноше красный жетон-приказ и жестом велел отойти в сторону. После этого Чэнь вызывал других по очереди. Некоторым он задавал короткие вопросы, других не спрашивал вовсе, просто бросая им жетоны.
Его вопросы не поддавались никакой закономерности: иногда он спрашивал о происхождении или опыте, иногда о понимании культивации, не давая возможности подготовиться.
Жетоны были разных цветов, каждый из которых представлял отдельный зал Павильона Яньмяо.
По мере того как учеников распределяли одного за другим, сердце воплощения все глубже уходило в пятки. Наконец, остались только двое: он сам и пожилой мужчина.
Этот старик нацелился на меня? — мысленно пробормотал воплощение. Если его план проникновения провалится из-за такой мелочи, это будет действительно смешно.
«Ты Чжао Сунцяо? Выйди вперед», — позвал старший дядя Чэнь старика, оставив воплощение одного.
Фан Тин почувствовала неладное и прикусила язык. Остальные не были дураками и уже догадались об этом, ожидая представления.
«С твоей культивацией закалить такое твердое сердце — непростой подвиг. Заложение Основы, возможно, еще не полностью для тебя закрыто», — тон старшего дяди Чэня по отношению к Чжао Сунцяо был мягким. «Сначала отправляйся в Зал Снежной Тени. Тамошний глава зала — мой ученик. Он наставит тебя и поможет перейти на одно из искусств нашей секты, чтобы посмотреть, есть ли у тебя шанс».
«Да!» — Чжао Сунцяо принял белый жетон, и его лицо переполнилось чувствами.
Наконец, настала очередь воплощения. Старший дядя Чэнь указал на него и уже собирался заговорить, как вдруг выражение его лица внезапно изменилось. Он резко повернул голову ко входу в зал. Остальные тоже посмотрели, но увидели только бурлящие воды.
«Почему этот старик пришел?»
Старший дядя Чэнь нахмурился, явно удивленный. Холодно фыркнув, он взмахнул рукавом и выпустил наружу стрелу синего света.
Стрела вылетела с пика, затем взорвалась на расстоянии. По воздуху пошла рябь, и медленно появились две фигуры.
Оба были одеты в даосские одеяния черного и белого цветов, украшенные узорами Инь-Ян. Одним был тощий старик с метелкой из конского волоса, державшийся с грацией бессмертного. Другим была невысокая фигура, стоявшая чуть позади него, напоминающая даосского мальчика. Проявившись, они ненадолго замерли, затем полетели к залу.
«Брат Чэнь, я пришел без приглашения и прошу прощения», — даос сложил ладони в приветствии и с удивлением огляделся. «Почему даоса Ци здесь нет?»
«Если даос Хуаян ищет главу павильона, боюсь, вы будете разочарованы. Он занят и сейчас не находится в павильоне. Если у вас срочное дело, я сообщу ему по возвращении», — старший дядя Чэнь ответил тем же жестом, но в его голосе чувствовался холод.
«Я слышал, что сегодня в вашем павильоне проводится церемония набора учеников. Это, должно быть, и есть новые ученики? Что может быть важнее продолжения наследия секты? Неужели даос Ци почувствовал возможность прорыва и готовится перейти на стадию Зарождения Души?»
Старый даос словно не заметил намека старшего дяди Чэня уйти. Он шагнул вперед, оглядывая новых учеников одного за другим, а в его глазах мелькнул тревожащий блеск.
Группа беспокойно зашевелилась под его пристальным взглядом. Однако видя, что даже культиватор Формирования Ядра из Павильона Яньмяо относится к нему с уважением, никто не посмел заговорить. Воплощение было тайно поражено.
Хотя он никогда не встречал этого старого даоса, характерное черно-белое одеяние сразу выдало его личность. Он был культиватором секты Ланьдоу, и не просто культиватором: он практиковал одно из их передаваемых учений, Тайную Технику Инь-Ян Тяньдоу.
Выходит, что у Павильона Яньмяо действительно были тесные связи с сектой Ланьдоу. Едва войдя сюда, он уже столкнулся с истинным учеником секты Ланьдоу.
Однако он не мог понять, почему старший дядя Чэнь относился к старому даосу так холодно. Будучи новичком, он не мог угадать скрытую причину.
Истинное тело Цинь Сана стояло на холме у берега озера, задумчиво глядя на окутанный туманом Павильон Яньмяо.
Скрываясь, он планировал убедиться в безопасности своего воплощения перед тем, как отправиться бродить по горе Ланьдоу, надеясь наладить связи и скоординироваться со своим воплощением.
Мгновением ранее он почувствовал колебание энергии и увидел, как издалека в туман влетела полоса света уклонения.
Он не разглядел лица даоса, но уникальная черно-белая полоса света уклонения была безошибочным знаком на острове Ланьдоу. Он подозревал, что это, должно быть, истинный ученик секты Ланьдоу. Свет пришел со стороны владений секты Ланьдоу.
«Какие дела могут быть здесь у ученика секты Ланьдоу сейчас? Подожду и посмотрю. Возможно, появится шанс установить контакт…» — пробормотал Цинь Сан про себя, затем возобновил свою маскировку.
...
В большом зале Павильона Яньмяо…
Услышав слова даоса, старший дядя Чэнь подавил свое недовольство и холодно ответил: «Даос Хуаян, не шути над моим старшим братом. Его культивация еще не достигла совершенства, и до стадии Зарождения Души еще далеко. Кроме того, сформировать Зарождающуюся Душу труднее, чем подняться на небеса. Чем могут помочь одно или два мгновения озарения? Стадия Зарождения Души — это не то, чего достигают одним лишь словом».