Смятение
Глава 944: Смятение
Великий массив прорвал барьер и освободил духов, его мощь сотрясала землю, однако это явление не распространилось далеко.
После начала аномалии облачная масса над призрачной землей слегка посветлела, а затем с легкостью развеяла видения. Здешние возмущения даже не достигли Предела Пурпурного Тумана.
Внутри великого разлома также ощущалось воздействие, но горы не рушились — лишь свирепые звери в глубинах ущелья были потревожены.
Цинь Сан и Бай смутно услышали звуки пения. Бай глубоко выдохнул.
Он безучастно смотрел в небо. Наконец-то исполнив свою клятву, в его глазах всё же читались следы смятения и меланхолии.
Моя одержимость закончилась. Я отправлюсь далеко, чтобы найти себя, и принесу вам всем жертвы в другой день, — безмолвно произнес в своем сердце Бай.
Накатили остаточные толчки, и они вдвоем стали подобны одинокой лодке на ветру. Бай изо всех сил собрал призрачный туман и понес их к ущелью.
Цинь Сан отправил Двуглавого Хоу обратно спать, расправил крылья феникса и был готов в любой момент пробудить внешнее воплощение. Если что-то пойдет не так, ему останется лишь пожертвовать пешкой ради спасения короля и использовать воплощение, чтобы отвлечь внимание культиватора стадии Зарождения Души.
Изначально они прятались неподалеку от устья ущелья, поэтому добрались до него в мгновение ока и слабо услышали рев, полный потрясения и ярости.
Сила барьера, массив освобождения духов и призрачный туман смешались воедино за пределами ущелья, создавая сцену полного хаоса.
Благодаря божественной способности Небесноглазой Бабочки, Цинь Сан увидел, как барьер проявляется на обоих склонах скал и начинает разрушаться. С отвесных стен градом посыпались каменные осколки, но сами скалы лишь содрогались, не обрушиваясь.
Дьявольское Пламя Девяти Преисподних было рассеяно, а эксперт стадии Зарождения Души то и дело сотрясался под ударами мощной взрывной волны.
За пределами ущелья вспыхнуло скопление костяно-белого сияния. В этом белом свете, словно фантомы, начали обретать форму бесчисленные квадратные костяшки домино[1]; казалось, в каждой из них был запечатан злой дух, источавший леденящие душу вопли.
«Значит, это был набор домино». Сердце Цинь Сана дрогнуло, когда он вспомнил то, что мельком видел ранее.
«Идем!» — передал голос Бай через духовное сознание.
Цинь Сан кивнул. В этот момент ударные волны были самыми сильными.
Укрытый массивом домино, культиватор стадии Зарождения Души, казалось, не пострадал. К сожалению, духовная Ци была слишком хаотичной, Небесные Глаза были ограничены, и он не мог разглядеть истинное состояние массива.
Обрушение барьера началось из центра призрачной земли. Поскольку у входа в ущелье сила была самой слабой и была намеренно атакована Баем, она рассеялась быстрее всего. Когда барьер вокруг всей призрачной земли окончательно рухнет, большая часть призрачного тумана также рассеется.
К тому времени эксперт стадии Зарождения Души уже придет в себя и сможет без труда преследовать их. Уходить будет слишком поздно. Поэтому действовать нужно было сейчас, пока у него не было ни мгновения свободного времени.
Они переглянулись и прыгнули в ущелье. Один использовал божественную способность, другой управлял магическим сокровищем. Действуя в полном согласии, они позволили призрачному туману нести их за собой, и в мгновение ока оказались выброшенными из ущелья.
Они даже не смели громко дышать. Когда они проскользнули мимо массива домино, их сердца почти выскакивали из груди.
Старый Дьявол Моу вливал всю свою силу в массив, его лицо было мрачнее тучи. Он не ожидал такого переворота внутри призрачной земли. Ужасающая волна поднялась без предупреждения и в одно мгновение рассеяла дьявольское пламя, которое он так жаждал заполучить.
Застигнутый врасплох, Старый Дьявол Моу получил тяжелый удар и был отброшен далеко назад. К счастью, пламя уже было однажды ослаблено, а массив домино, который он заранее установил, принял удар бедствия на себя. Иначе исход был бы непредсказуем.
Наблюдая собственными глазами, как рушится дьявольский огонь, он чувствовал, будто его сердце обливается кровью. В отличие от других, его вовсе не интересовали сокровища призрачной земли. Его целью было именно это дьявольское пламя.
Если бы он смог подчинить себе такое пламя, у него были бы не только большие надежды перейти на позднюю стадию Зарождения Души и стать одним из сильнейших экспертов Моря Цанлан, но даже получил бы крошечный шанс достичь стадии Божественной Трансформации. Но эта прекрасная мечта рассыпалась прямо у него на глазах, и Старый Дьявол Моу пришёл в ярость.
На некоторых костяшках домино появлялись трещины, но он и не думал отступать. Любой ценой он заставил массив сопротивляться удару, рванулся вверх против течения и бросился блокировать ущелье.
Даже в самый опасный момент Старый Дьявол Моу все же отделил частичку духовного сознания для проверки, чтобы ничего не упустить. Если бы не Красная Вуаль Истока и божественная способность Бая, контролирующая призрачный туман, он действительно смог бы уловить след.
Без дьявольского огня только захват сокровищ внутри мог компенсировать его потерю. До появления этого таинственного человека никто никогда не ступал в призрачную землю. Старый Дьявол Моу не знал, какого барьера коснулся этот незнакомец, вызвав такую бурю, но был уверен, что тот не мог остаться невредимым.
Если незнакомец умер на месте, Старый Дьявол Моу посчитал бы это выгодной сделкой. Если же он сбежал тяжело раненным, то еще лучше. Отрезать ему путь означало бы не только забрать сокровища призрачной земли, но и провести поиск души, чтобы узнать, как он сопротивлялся Дьявольскому Пламени Девяти Преисподних и проскользнул в призрачную землю. Возможно, тогда удастся снова найти дьявольский огонь.
Именно тогда Старый Дьявол Моу заметил, что колебания начинают стихать. Обрадованный, он изо всех сил погнал массив через ущелье, не подозревая, что главный виновник уже сбежал в тот момент, когда он принял на себя удар.
Цинь Сан и Бай успешно сбежали. Увидев, что их не заметили, они оба немного расслабились, но не смели терять бдительность. Цинь Сан разбудил толстого шелкопряда и помчался наружу на полной скорости.
Но прежде чем они достигли отвесной стены долины, из глубин разлома один за другим раздались звериные рыки, похожие на рев тигров и драконов, которые становились всё ближе.
Сердце Цинь Сана бешено колотилось. «Есть ли здесь свирепые звери на стадии Зарождения Души?»
Бай кивнул. «За прошедшие годы несколько таких бродило перед огнем. Их ауры соответствовали стадии Зарождения Души. А сколько их всего, я не знаю».
Услышав это, лицо Цинь Сана помрачнело. «Мы должны немедленно уходить. Осмелюсь сказать, что моя техника уклонения превосходит твою. Талисман Небесного Трупа и отпечаток моей души внутри тебя не разрушены. Ты все еще можешь войти в мешочек с трупами-марионетками. Примешь ли ты такое унижение?»
Свирепые звери высшего уровня были встревожены. Если они столкнутся с этим экспертом стадии Зарождения Души, может завязаться великая битва.
Цинь Сан и не думал играть роль рыбака, чтобы извлечь выгоду из чужой драки. Он уже получил достаточно и не нуждался в таком риске. Кроме того, культивация эксперта стадии Зарождения Души была необычайно высока; звери могли оказаться не в силах остановить его.
Бай сначала распечатал алтари, затем окутал культиватора стадии Зарождения Души призрачным туманом, сильно истощив себя. У него осталось мало сил, а его техника уклонения сильно уступала технике Цинь Сана.
Их клятва демонами сердца требовала взаимопомощи до тех пор, пока они не окажутся в безопасности. Цинь Сан не нарушил бы своего слова, но и не мог позволить потянуть себя ко дну, поэтому ему оставалось лишь попросить Бая попытаться войти в мешочек с трупами-марионетками. Как только они окажутся в безопасности, у него всё еще будет много вопросов к Баю.
«Я был свидетелем твоей техники уклонения, даос. Когда на нас надвигается беда, какое значение имеет такое унижение?» — Бай отнесся к этому спокойно. Увидев, как Цинь Сан открывает мешочек с трупами-марионетками и ослабляет некоторые ограничения на изначальный дух усовершенствованного трупа, он не стал сопротивляться.
Возможно, потому что Бай был лишь остатком души, когда Цинь Сан сформировал печать, он действительно смог принять его в мешочек с трупами-марионетками.
«Здесь тихо. Я воспользуюсь шансом, чтобы перевести дух и восстановиться. Оставляю всё на тебя, даос».
Услышав голосовую передачу Бая, Цинь Сан с удивлением посмотрел на мешочек, а затем широко расправил крылья феникса. Дух Цзяо обвился вокруг его тела, когда он одновременно призвал эбеновый меч и высвободил Раскат Грома Ци Меча.
Применив сразу три первоклассные техники уклонения, Цинь Сан превратился в полосу красно-сине-белого света уклонения и в спешке устремился прочь, даже не осмелившись возвращаться за Пурпурными Кристаллами.
С того направления исходила аура свирепого зверя высшего уровня. Толстый шелкопряд недовольно загудел. Цинь Сан нарушил свое слово.
1. Интересный факт: Первое упоминание о домино относится к временам китайской династии Сун.