Воссоединение
Глава 1007: Воссоединение
Остров Клана Чжоу
На острове обосновался клан культиваторов по фамилии Чжоу. Говорили, что среди их предков был великий мастер стадии Зарождения Души, и с тех пор за островом закрепилось это название.
После смерти их великого мастера клан Чжоу постепенно пришел в упадок. Однако, даже в упадке, истощенный верблюд все равно был больше лошади. По сравнению с небольшими сектами, клан Чжоу оставался относительно могущественным и известным в мире культивации окрестных морей.
Предыдущий глава клана был высокоуровневым культиватором, уступая лишь экспертам стадии Зарождения Души.
По неизвестным причинам этот патриарх внезапно отрекся от своего положения, передав его своим потомкам, прежде чем в одиночку отправиться в странствие.
Странно, но после его ухода клан стал еще более процветающим. Молодое поколение начало тратить богатства направо и налево, словно наткнувшись на какое-то неожиданное сокровище.
Затем, двадцать лет назад, клан Чжоу внезапно объявил о закрытии острова для посторонних.
Лишь два года назад ученики клана начали снова появляться во внешнем мире, ведя себя с необычайной сдержанностью и скрытностью. Мало кто мог догадаться о причинах таких перемен.
Остров был домом не только для культиваторов клана Чжоу, но и для многих смертных, которые мирно жили под их защитой.
В один из крупнейших городов смертных вошел мужчина с непримечательной внешностью. Некоторое время он бесцельно бродил по улицам, после чего покинул город. Как только он оказался один, его внешность изменилась — это был Цинь Сан.
«Не ожидал, что у клана Чжоу такая глубокая история. Место, где тренируются члены главной ветви, наверняка защищено мощным массивом. Похоже, тихо отдать дань уважения на могиле старейшины Чжоу и вернуть его нефритовый кулон не получится», — пробормотал Цинь Сан. Его фигура мелькнула и устремилась вглубь острова.
Вскоре он появился в лесу. Глядя на окутанные туманом горы впереди, он слегка кивнул. Как я и думал.
Немного поразмыслив, он тихо отступил.
В крупнейшем городе смертных на острове возвышался величественный дворец, который считался обителью бессмертных. Смертные не смели приближаться и могли лишь издали восхищаться его величием.
На самом деле этот дворец принадлежал одному из членов клана Чжоу, которого отправили заниматься делами смертных после того, как его путь к бессмертию зашел в тупик.
Внутри дворца седовласый старик с бородой присел на корточки и, словно обычный крестьянин, ухаживал за пышным садом. Старик был культиватором стадии Заложения Основы.
Удивительным было то, что ни одно из растений в его саду не было духовной травой — только обычные цветы смертных. И все же он ухаживал за ними с предельной внимательностью, его движения были мягкими и терпеливыми, он полностью погрузился в это занятие.
Спустя долгое время он выпрямился, удовлетворенно осмотрел результаты своего труда, одобрительно кивнул и направился к дому.
Скрип!
Когда он открыл дверь, улыбка на его лице застыла.
На ранее пустом столе теперь лежал нефритовый кулон. Кто-то проник сюда прямо у него под носом, а он ничего не заметил. На его лбу выступил холодный пот. Его духовное сознание пронеслось по окрестностям, но он не обнаружил ни единого следа.
Затем он заметил строчку, вырезанную на столе: «Мой старый друг ушел. Памятная вещь возвращается владельцу».
Старик замер, а затем, когда до него дошел смысл, его лицо резко изменилось. Схватив кулон, он вылетел из города и устремился прямо к внутренним владениям клана Чжоу.
Цинь Сан, не заботясь о реакции клана Чжоу, сразу же покинул остров, вернув реликвию старейшины Чжоу.
...
Летящая колесница мчалась над бескрайним морем. Белый журавль теперь служил возницей. Цинь Сан стоял у перил, вглядываясь вдаль. Вскоре на горизонте появился силуэт огромного острова.
Он отозвал журавля, а затем стремительно спустился на остров. Войдя в город, он направился прямо к своему пещерному жилищу, но обнаружил, что оно пусто. Бая там не было, и следов Нин Ухуэя тоже не оказалось.
Осталось чуть больше месяца до назначенного времени... — подумал Цинь Сан и решил не действовать опрометчиво. Перед расставанием Нин Ухуэй упоминал, что может не задержаться в Секте Небесного Дао надолго и отправиться в другое место.
Поэтому Цинь Сан остался в пещерном жилище и спокойно занялся культивацией. Полмесяца пролетели как одно мгновение.
Пока он медитировал, он внезапно почувствовал, что барьер пещеры был потревожен. Проверка духовным сознанием показала, что посетителем был не кто иной, как Нин Ухуэй.
«Даос Нин!» — сердце Цинь Сана наполнилось радостью, когда он поспешил выйти ему навстречу.
«Даос Цинь!» — ответил Нин Ухуэй, сложив ладони в приветственном жесте.
«Даос Нин, вы слышали какие-нибудь новости? Дата появления Зала Семи Убийств уже определена?» — как только Нин Ухуэй вошел в пещерное жилище, Цинь Сан не смог удержаться от вопроса.
Нин Ухуэй кивнул. «Даос Цинь, не о чем беспокоиться. Несколько старших из Секты Небесного Дао находятся в штормовом поясе и следят за изменениями небесного массива Зала Семи Убийств. По слухам, он появится в течение ближайших двух лет».
«Два года... Похоже, мне придется оставаться в уединении и ждать», — он сделал паузу, а затем быстро спросил: «Говорят, что те, кто войдет во внутренний зал Зала Семи Убийств, могут получить огромную выгоду, это правда?»
Раньше главной заботой Цинь Сана было возвращение в Малую Холодную Область, поэтому он интересовался только внешним залом.
Но теперь, когда он намеревался исследовать внутренний зал, он потратил время на острове Тяньсин, чтобы навести справки. Большинство слухов, которые он слышал, были расплывчатыми и противоречивыми.
К счастью, с его нынешним уровнем культивации он получил доступ к более высоким кругам. Заплатив нужную цену, ему удалось узнать несколько полезных деталей, хотя было трудно отличить правду от вымысла.
Нин Ухуэй понимающе кивнул. «Да, говорят, что те, кто входит во внутренний зал, должны пройти испытание. Те, кто пройдет его до конца, получат в награду сокровище. Предположительно, испытания были оставлены старшими, чтобы обеспечить дальнейшее процветание человеческой расы. Но пройти их непросто — они чрезвычайно опасны…»
«Ходят слухи, что Зал Семи Убийств впервые был обнаружен Четырьмя Святыми. Значит, старшие, оставившие испытания… Это были сами Четыре Святых?» — произнес Цинь Сан, вспоминая четыре священные горы на острове Тяньсин.
«Возможно!» — Нин Ухуэй тоже не был уверен. «Эпоха Четырех Святых слишком далека. Многие истины того времени давно утеряны, оставив после себя лишь бесчисленные легенды и слухи о них».
Цинь Сан был глубоко заинтригован Четырьмя Святыми и тихо вздохнул. «Если именно они обнаружили Зал Семи Убийств, значит, получили несметные сокровища. Только так они смогли переломить ход событий и отбросить расу шаманов. Интересно, какого уровня культивации они достигли в итоге? Смогли ли они пересечь штормовой пояс и попасть в другие миры бессмертных культиваторов?»
В Малой Холодной Области не было легенд о Четырех Святых. Возможно, они никогда туда не отправлялись, или, возможно, действовали слишком осмотрительно.
Цинь Сан склонялся к первому. Иначе культиваторы Малой Холодной Области и Дворца Цзывэй наверняка столкнулись бы из-за них — остались бы какие-то следы.
Даже Четыре Святых никогда не знали о существовании древнего массива телепортации, что доказывает, насколько хорошо он был скрыт. Без руководства старшего Цинчжу для Цинь Сана было бы почти невозможно найти его самостоятельно.
Цинь Сан и Нин Ухуэй довольно долго беседовали наедине в пещерном жилище. Проводив его, Цинь Сан остался стоять у входа в пещеру, нахмурившись и глядя вдаль.
Назначенное время приближалось, но Бая все еще не было. И только за день до встречи Бай наконец поспешно вернулся.
Увидев, что с Баем все в порядке, Цинь Сан облегченно вздохнул. Но вскоре он заметил, что его аура стала гораздо слабее, чем прежде, и немедленно спросил: «Даос, ты столкнулся с сильным противником?»
Бай вздохнул. «Не с врагом — это был несчастный случай. Я оказался заперт в одном месте на несколько месяцев и едва не пропустил встречу. К сожалению, ничего ценного найти не удалось».