Глава 255.0
— Вовсе нет. Ты не помнишь ту ночь? Ночь, когда императрица выжимала меня. Когда она крепко сжала мой подбородок и смотрела мне в глаза с таким глубоким взглядом, я почувствовал, что возможности безграничны.
— Вас и Безумный император хватал за подбородок, и не раз. Тогда вы тоже это чувствовали?
— …Тебе лучше бы меня обругать, ублюдок. Хочешь посмотреть, как меня вырвет?
— Именно так к вам сейчас относится императрица. Запомните это хорошенько.
— У этого ублюдка язык просто…
В этот момент между ними с двух сторон высунулась голова ещё одной лошади. Сидевший на ней рыцарь был Киллиан с недовольным лицом.
— Что за болтовня во время службы? Вы что, так сдружились?
— ……
— ……
Словно их застали врасплох, Реген и Доминик замолчали. Киллиан, глядя на Регена с укоризной, пробормотал:
— Какой же ты неразборчивый в людях. Нельзя что ли выбрать себе друга получше?
— Что…
Реген, потрясённый такой грубостью, отреагировал медленно. Когда он попытался возразить, лошадь с рыцарем уже ускакала вперёд.
Развевающиеся хвосты лошади, качающейся из стороны в сторону, словно дразнили их.
Тем временем в движущейся карете императрица, подперев подбородок рукой и отдыхая, тихо открыла рот:
— Снаружи шумно.
— Приказать им прекратить, Ваше Величество?
— Не надо, Хамель. До этого не дошло.
Сана опустила взгляд. На первый взгляд её глаза были спокойны, как ледяное озеро, но внутри них клубились беспокойные мысли.
Тем временем карета императрицы миновала южные ворота дворца. Карета, проехав через всю центральную площадь, остановилась перед главным дворцом.
Сана при помощи Хамель слегка поправила наряд.
Поскольку следующим пунктом было посещение банкета, она, вместо того чтобы снова надевать тяжёлую корону, надела тиару с сапфирами, чтобы сохранить подвижность.
Когда она сменила украшения и надела новое болеро, золото и синий смешались, и она стала похожа на олицетворение морских бликов.
Закончив приготовления, Сана ступила на временную лестницу и вышла из кареты.
Вскоре рядом протянулась большая рука в белой перчатке. Владельцем почтительной руки был элегантный сереброволосый красавец.
— Позвольте вас сопровождать.
— ……
Хотя она слышала эти слова, наверное, сотни раз, Сана не ответила сразу.
Глядя на Регена в упор, она, казалось, продолжала те же размышления, что и в карете.
Наконец она положила свою руку на его руку.
— Да.
Раз она взошла на престол, подобало демонстрировать соответствующее величие. Почтительное обращение по этикету заставляло остро чувствовать политическую дистанцию между ними.
— ……
— ……
Сана под руку с Регеном пошла по коридору главного дворца. Они не разговаривали, и их взгляды не встречались.
Перед входом в банкетный зал Сана убрала руку от Регена.
— Бесконечная слава правлению Великой императрицы! Приветствуйте Великую императрицу империи Магнароуд!
Окружённая славословиями и поклонениями, она вошла в банкетный зал одна.
Реген и Доминик, стоя поодаль, молча смотрели на её спину, уходящую в ослепительный свет. Сейчас это было их ролью.
✦✦✦
Предполагалось, что банкет в честь коронации продлится до полуночи.
Поскольку это был первый большой банкет после восшествия императрицы на престол, к тому же многие аристократы приехали в столицу из отдалённых земель, считалось добродетелью устроить его как можно более пышным и продолжительным.
Однако это не означало, что главная героиня должна была присутствовать на банкете всё время. Тому, кто должен демонстрировать власть, лучше появляться на людях пореже.
Я, в совершенстве показав свои отточенные манеры и умение вести беседу, доказав, что ничуть не уступаю положению императрицы, поднялась с места.
— Наслаждайтесь все в своё удовольствие.
Под звучный восхваления меня проводили, и я вышла из банкетного зала.
Пока я шла по коридору, за мной, помимо сопровождавшего меня сбоку Регена, выстроились слуги и охрана. Это то, к чему мне предстоит привыкнуть.
Коридор, примыкающий к банкетному залу, был построен в виде аркады. Между колоннами, поддерживающими арки, был виден вид снаружи.
Было ещё светло. Идти отдыхать было рано. Я как раз подумала, что сначала зайду в спальню, чтобы упростить наряд, а затем отправлюсь в кабинет.
— Ваше Величество.
Реген слегка сжал и отпустил кончики моих пальцев. Мой взгляд словно притянулся к нему.
— Не прогуляетесь со мной немного?
— ……
— Наедине.
Его голос и без того был очень низким, но сегодня он, казалось, звучал особенно глубоко. Наверное, это не было лишь моим воображением.
— Мне нужно кое-что вам сказать.
Словно предчувствуя что-то, моё сердце сильно забилось.
Чувство, что пришло то, что должно было прийти. Я не пыталась избежать этого, но, видимо, пришло время завершить то, что я, если бы могла, откладывала до последнего.
Разрыв отношений, иными словами.
Я с трудом выдавила голос из пересохшего горла:
— В сад камелий.
— Провожу.
Оставив охрану и слуг, мы вышли из здания главного дворца.
Несколько раз мне приходилось одёргивать себя, пытаясь успокоиться, но мысли всё равно метались.
Сейчас конец зимы. Только-только наступала весна, так что большинство веток были голыми.
Но вечнозелёный сад камелий радовал глаз не только зелёной листвой, но и роскошными цветами.
Я прошла к тому месту, где хранилось обещание ‒ показать вместе желтые и белые цветы, которые недавно посадили.
Хорошо, что я смогла его сдержать. Для члена императорской семьи обещания важны.
По дороге в сад царила такая же тишина, как и при входе в банкетный зал. Сегодня мы с ним были необычно молчаливы.
Маленькие пухлые птички с зеленоватыми перьями перелетали с дерева на дерево, привлекая внимание. Это были медоносы, наведавшиеся на сладкое пиршество, устроенное камелиями.
Одна из них, чтобы пососать нектар, глубоко засунула свою маленькую головку в тычинки, а затем вытащила.
Был ли её жёлтый клюв и лицо такими изначально, или они были перепачканы пыльцой ‒ было не разобрать.
Я только сейчас поняла, что, засмотревшись, остановилась.
Это было неплохо. Окружённый камелиями, этот тихий уголок укрывал от чужих глаз и ушей. Идеальное место для серьёзного разговора.
Реген, видимо, подумал то же самое, наконец нарушив затянувшееся молчание:
— Ваше Величество.
— Сана.
— ……
— Называй меня Сана.
Я поправила наши отношения. Раз мы одни, здесь мы ‒ любовники.
— Да, Сана.
Обычно от его мягкого баритона моё напряжённое лицо расслаблялось бы, но, к сожалению, сейчас напряжение не позволяло этого.
С другой стороны, Реген, хоть и был серьёзен, не выглядел особенно взволнованным.
Может быть, он чувствует себя нормально, потому что давно всё задумал? Ведь тому, кто уходит, легче, чем тому, кто остаётся.
— Благодарю, что согласились на личную встречу. Мне нужно было кое-что сказать вам, когда мы наедине.
Я взяла слово:
— Я тоже.
— ……
— Мне тоже нужно кое-что сказать. Думаю, на ту же тему, что и у тебя.
Тема этого разговора очевидна.
До недавнего времени мы с ним были в идеальных симбиотических отношениях, разделяя общую цель.
Наше общее дело и наша личная выгода, к которой мы оба стремились, совпадали.
С устранением Безумного императора цель была успешно достигнута. Я рада, что мы можем разделить эту славную победу, но оправдание, которое держало нас вместе, исчезло в тот же миг.
Теперь между нами неизбежно возникнут политические разногласия.
Императрица империи, унаследовавшая не только престол от своего отца-тирана, но и кармическое возмездие в виде развязанных им повсюду войн.
Последний принц прямой линии, обязанный стать центром возрождения своего королевства.
Эти отношения перевешивают всё остальное.
Даже слова "разделять личное и общественное" ‒ роскошь. Мы оба стоим на позициях, где должна быть только общественное, а личного не должно быть вовсе.
Поэтому сегодня нужно расставить все точки.
— Говори, Реген.
Сказав это, я, наоборот, тихо вдохнула.
Словно птица, которая, поранив крыло, вынуждена идти на жёсткую посадку, я приготовилась к потрясению, которое должно было перевернуть мою душу.
— Сана.
Внезапно Реген опустился передо мной на одно колено. Сидя на колене, он притянул мою правую руку и поцеловал.
Его поза была почтительной, но губы ‒ властными, так что трудно было понять, что он выражает ‒ благоговение или соблазн.
Он, глядя на меня снизу вверх тяжёлым взглядом, спросил:
— Вы любите меня?