Глава 149.0

Я вдруг вспомнила то, о чём позабыла. Сейчас в комнате только я и Доминик.

Это не дворец, а замок лорда, занятый войсками, подчиняющимися приказам Доминика.

Я ошиблась. Не следовало провоцировать Доминика.

В этот момент Доминик, издав пустой смешок, упёрся одной рукой в стену за моей спиной. От неожиданности я едва не задохнулась.

— Да. Очень хорошо, Вы поступили.

— ……

— Я хотел, чтобы мной пользовались только Вы, не впутывая других, но это мелочь, так что я пропущу это мимо ушей.

Если бы он действительно считал это мелочью, его глаза не сверкали бы так ярко.

— Раз уж пользуетесь, пользовались бы дальше. Неужели Вам достаточно этого? Мне кажется, Вы используете меня слишком неэффективно.

— Нет. Дальше не хочу.

— Почему? Подумайте хорошенько. Я могу быть полезен во многом, если будете использовать меня по-настоящему, Вы, Ваше Высочество, сможете сделать гораздо больше. И способ использования очень прост. Я ведь для Вас очень простой человек.

— ……

— Вы же знаете, попробовав.

От последних слов мои глаза дрогнули.

— Скажите хоть что-нибудь.

— ……

— Похоже, Вам нечего сказать. Тогда я продолжу. Хотите, объясню, почему я простой? Потому что я Вас...

Я не хотела этого слушать.

— Доминик.

Честно говоря, это было возмутительно. Я не сделала ничего особенного.

То, что он, словно потерпев огромный ущерб от того, что я позволила ему лишь слегка коснуться моего запястья, пытается вызвать у меня чувство вины, было нагло до нельзя.

Мне хотелось холодно указать ему на это и заставить замолчать. Но слова, сорвавшиеся с моих губ, были совсем другими.

— Ты никогда не был для меня простым.

Это всё из-за того, что днём я видела, как Доминик разгребал камни. Мне не следовало этого видеть.

Словно его недавнее рычание было ложью, Доминик тупо смотрел на меня.

Сдерживая вздох, я начала рассказ.

Честный рассказ, который обычно не стала бы вести с Домиником.

— Сколько бы ты ни выказывал мне благосклонности, ты остаёшься капризным и непредсказуемым властителем.

Конечно, это был не тот рассказ, который понравился бы Доминику.

— Использовать тебя означает полагаться на благосклонность такого властителя, как ты. Человеческое сердце непостоянно, и я не могу играть в глупую игру, не зная, когда оно изменится.

— Не утверждайте, что я переменюсь. Вы же не знаете.

— Поэтому и говорю. Это игра.

— ……

Я отвела взгляд от его застывшего лица и посмотрела на руку, упертую в стену.

— К тому же цена проигрыша в этой игре очень высока. Посмотри. Даже сейчас, когда я тебя не имею, ты так со мной обращаешься. Что же будет, если я тебя получу?

Доминик вздрогнул, но не изменил позы. Его рука, напрягшись, мелко задрожала и замерла.

— Вы уж простите. Если я сейчас не буду держаться за стену, я схвачу Вас.

— Да, для тебя это, наверное, забота.

— ……

Доминик заскрежетал зубами.

— Это всё только отговорки. Вы сейчас просто подбираете причины под уже принятое решение.

— Может быть.

— ……

Раз он, кажется, уже знает ответ, нет смысла ходить вокруг да около.

— Ты не в моём вкусе. Мне нравится партнёр, который уважает во мне человека, а не только женщину.

А ты не такой.

Кажется, я зашла слишком далеко в своей откровенности. Словно в ответ на ослабившуюся на миг атмосферу, Доминик, как никогда прежде, свирепо выпучил красные глаза.

Рука, упертая в стену, дрожала сильнее и беспокойнее, чем раньше. Грудь, загораживающая меня, тоже тяжело вздымалась и опускалась. Чувствуя, как воздух накаляется, я напряглась.

Мужчины, когда им отказывают, становятся злобными. Я не могла предсказать, как поведёт себя Доминик, и без того злобный.

Он убрал руку со стены и выпрямился. Одно лишь то, что он выпрямил корпус, увеличило давящее ощущение от разницы в телосложении.

Я уже подумала, что сейчас он меня задушит.

В этот момент раздался стук, и знакомый голос донёсся из-за двери.

— Ваше Высочество, это я. Можно войти?

— ……!

Это был Реген.

— Ре... Кха!

Я обрадовалась и попыталась повернуть голову, но внезапно чья-то крепкая рука схватила меня за подбородок. Моё лицо насильно зафиксировали в сторону Доминика.

«Как смеешь...!»

Возмущение пересилило страх. Не поддаваясь даже свирепо сверкающим красным глазам, я смотрела на хозяина наглой руки.

— Отпусти.

— Значит, Вы выбрали этого типа? А он чем лучше? Какое там уважение. У него внутри одна гниль.

— Отпусти, говорю.

— Да. Отпущу. Но позвольте мне немного похулиганить.

Большой палец Доминика, надавливая, провёл по моей нижней губе в сторону. И затем отстранился.

Всё? Что он сделал?

В отличие от моих ожиданий худшего, всё закончилось легко, и я была ошеломлена. А Доминик тем временем, резко повернувшись, удалялся от меня.

— Ваше Высочество, я вхожу.

Послышался голос, в котором, словно он что-то почувствовал, сквозило нетерпение. В этот момент Доминик первым распахнул дверь.

— ……

— ……

Двое, загораживая друг другу путь в дверном проёме, стояли в напряжении.

Спустя мгновение Доминик первым, нагловато усмехнувшись, открыл рот.

— Хей, сэр Реген. Пришёл повидать принцессу?

— Да. Уступите дорогу.

— Ага. Уступлю. Я сейчас в хорошем настроении, потому что принцесса наградила меня.

Наградила? О чём это он?

— Ну, я пошёл.

Не дав мне и шанса допросить его, Доминик исчез в коридоре. Лишь увидев входящего в комнату Регена, я почувствовала, как спало напряжение, копившееся до макушки.

— Реген, ты вернулся...

Охваченная чувством опустошения, я едва не потеряла равновесие. Реген широким шагом пересёк комнату и в одно мгновение оказался передо мной.

— Сана, вы в порядке?

Он поддержал меня и проводил к кровати. В отличие от Доминика, его грудь, согревшаяся после того, как он обсох, была полна тепла, и мне стало спокойно.

Благодаря этому сердце, колотившееся от напряжения, быстро успокоилось. Я подняла голову, чтобы сказать, что всё в порядке, и, встретившись со мной взглядом, Реген сильно вздрогнул.

— Реген?

— ……

Что это? Реакция Регена какая-то странная.

— Послушай, Реген?

— …Да.

Ответ пришёл только после того, как я позвала его снова. Но золотые глаза, смотревшие на меня, всё ещё, казалось, дрожали.

Я предложила ему сесть рядом.

— Я ждала тебя. Садись сюда.

— Да.

— Тяжело сегодня было, да? И дождь ещё пошёл.

— Да.

— Ты не ранен?

— Да.

— Реген, ты меня вообще слушаешь?

— Да.

— ……

— ……

Казалось бы, пора уже прийти в себя, но он, словно в забытьи, лишь настойчиво смотрел на моё лицо.

Вдруг я поняла, что его взгляд прикован к моим губам.

Он пониженным голосом спросил:

— Это Доминик сделал?

— А?

На прикроватной тумбочке стояло зеркало. В нём я увидела, что помада на моих губах размазалась до самых щёк.

Похоже, Реген попался на уловку Доминика.

Реген торопил с ответом.

— Это было насильно?

— А, нет.

Когда я растерянно отрицала, взгляд Регена затуманился. Похоже, он решил, что я отрицаю "насильственность".

Чувствуя, что сейчас сойду с ума, я, на удивление громко для себя, повысила голос.

— Ничего не было! Это Доминик сделал, чтобы создать недоразумение!

— ……

Реген выглядел растерянным. Он верил моим словам, но картина перед глазами была настолько явной и провокационной, что у него, видимо, возник когнитивный диссонанс.

Поняв, что так дело не пойдёт, я перестала тереть щёки. Вместо этого я схватила его за обе щеки и поцеловала. Сильно, вдавливая губы, потерлась ими, а затем, отстранившись, поднесла к его лицу зеркало.

— Ну, смотри. У Доминика не было таких следов на губах, правда ведь?

— …Ах.

Кажется, теперь невинность моих губ, знающих только Регена, передалась ему.

Он, похоже, пришёл в себя, и я решила, что могу немного покапризничать.

— Как жестоко. Какие глупости ты себе напридумывал...

Не успела я договорить, как его горячая рука схватила меня за плечо. Моё тело, без сопротивления притянутое, глубоко уткнулось в его грудь.

Хотя это он обнимал меня, почему-то мне казалось, что это он ко мне прижимается.

— Простите. Я сегодня немного...

— Я знаю.

Человек, только что завершивший месть, подобную священной миссии. И эмоции, и разум не могут не быть нестабильны.

Честно говоря, я почувствовала это с того момента, как он открыл дверь и вошёл.

Хотя Реген, в отличие от Доминика, обсох, мне показалось, что на его глазах и щеках остались следы влаги.

Я погладила его по спине, похлопывая.

— Тяжело было. Ты много перенёс.

— ……

Через его прижатое ко мне тело я чувствовала, как он глубоко вдыхает. Казалось, он сдерживает нахлынувшие чувства.

Когда я уже начала беспокоиться, не плачет ли он, моего уха коснулся сдержанный низкий голос.

— Сана даёт мне жить.

— ……

— Благодаря Сане я смог вернуться.