Глава 123.0

Бой начался.

Фехтование Юлиса, казалось, было точным отражением его характера.

Как и подобало его молчаливой натуре, он врывался к противнику с эффективными движениями, лишёнными какого-либо щегольства. И, нанося результативный удар, приводил к победе.

— Следующий.

Казалось, единственной динамично движущейся частью его тела были светло-голубые волосы.

После того как он, не выходя за определённые рамки, несколько раз взмахивал мечом, бой заканчивался.

— Следующий.

Безучастно.

— Следующий.

Побеждая.

— Следующий.

И снова побеждая.

По сравнению со вторым боем на выбывание, который Ноа провёл с таким трудом, этот проходил настолько гладко, что казался крайностью.

Зрители, которые изрядно вымотались эмоционально, могли смотреть с комфортом, словно отдыхая.

— Удивительно. Из-за его спокойной манеры я и не думал, что он настолько силён.

— Раз он не рисуется, кажется даже сильнее.

— Верно. И в нём чувствуется какое-то благородство.

— Однако….

— М-м….

В конце разговора, который стал каким-то неловким, кто-то, словно почесав зудящее место, сказал:

— Но это неинтересно.

В фехтовании, стремящемся к предельной эффективности, не на что было смотреть.

Император, наблюдавший за боем, открыл рот.

— Доминик.

— Продержится 11 минут.

— Щедрая оценка.

Поединки однообразно повторялись и дошли до десятого. Если так пойдёт дальше, Юлис без сюрпризов победит.

— Юлис….

В тот момент, когда Лилиана, казалось, с облегчением выдохнула его имя.

Это было всего лишь бормотание, готовое развеяться по ветру. Всего лишь тихий зов, который никак не мог быть услышан.

Но Юлис, словно отвечая, повернул голову и посмотрел прямо туда, где была Лилиана.

— ……

— ……

Сейчас шёл бой. У действия, столь нехарактерного для Юлиса, стремившегося к навязчивой безыскусности, была своя цена.

Меч, вылетевший сзади, задел щёку Юлиса.

— Юлис!

Испуганная до дрожи Лилиана наполовину привстала с кресла.

Даже в этой критической ситуации взгляд Юлиса был прикован исключительно к Лилиане.

Его не волновала ни тонкая струйка крови, брызнувшая из щеки, ни угроза противника, зашедшего за спину и готовящего следующую атаку.

Казалось, он нарочно позволил себя ранить, чтобы увидеть реакцию Лилианы.

В таком положении, даже не оборачиваясь, мужчина перехватил меч обратным хватом. И вонзил его за свою спину.

— Кхе-хе-кхек!

Личный гвардеец, пытавшийся замахнуться мечом на затылок рыцаря, получив ранение в бок, отлетел прочь.

— Победа сэра Юлиса! Объявляю его победителем третьего боя на выбывание!

Мужчина отвёл взгляд от Лилианы и убрал меч в ножны.

Только когда её освободили от его взгляда, принцесса поняла, что всё это время задерживала дыхание.

Юлис, пройдя к краю арены, почтительно опустился на одно колено. Далеко вверху над его склонённой головой, подперев подбородок рукой, возвышался император.

— Говори желание.

И в том же направлении была и Лилиана.

Всё ещё глядя в свою макушку, Юлис произнёс просьбу.

— Осмелюсь доложить, но моё желание ‒ просить не Ваше Величество, а Её Высочество принцессу Алую орхидею. Прошу позволения.

— Ого, хочешь принизить ценность права?

По сравнению с желанием, которое может исполнить император, желание, которое может исполнить принцесса, будет ничтожным.

Несмотря на это, Юлис молча подтвердил.

«О чём ты думаешь, Юлис?»

Лилиана, растерянно, переводила взгляд с рыцаря на императора. Эта её беспомощная реакция тронула сердце императора.

— Забавно. Поступай как знаешь.

— Безмерно благодарен за милость.

Юлис выпрямился. Как и прежде, он поднял голову и сразу нашёл свою принцессу.

— ……

— ……

Взгляды принцессы и её личного рыцаря встретились.

Лилиана, уже унявшая волнение, и Юлис, казалось, с самого рождения не знавший, что такое волнение, наблюдали и изучали друг друга.

— Император позволил, так говори. Какое желание ты хочешь попросить у Лилианы?

Чтобы удовлетворить интерес императора, мужчине пришлось говорить на глазах у десятков тысяч зрителей.

Их испорченные отношения, Лилианы и Юлиса, были раскрыты.

— Не берите себе другого рыцаря, кроме меня.

Глаза Лилианы расширились до предела.

— Прошу, чтобы на всю Вашу жизнь, Ваше Высочество, рыцарем были только я.

— ……

В этом спокойствии чувствовались щемящие эмоции.

Ушам Лилианы, привыкшим слышать лишь бесчувственный, ровный голос Юлиса, это вдруг показалось даже мольбой.

Когда с трибун послышались смешанные вздохи и возгласы, создав негромкий гул.

Был один, чья реакция отличалась от всех. Это был император.

— Ха-ха-ха! Ха-ха!

Император, словно увидел по-настоящему забавное зрелище, схватился рукой за подбородок и расхохотался.

— Лилиана, что же ты так насолила своему личному рыцарю?

— ……

— Я-то знаю по себе. Такие одержимые типы, когда клятва снимается, обычно беснуются ещё более жестоко и ядовито. Правда, жаль тебя, Лили.

Ни одна принцесса не могла спокойно проигнорировать эти слова императора, похожие на проклятие. Ведь на них лежал первородный грех принуждения рыцаря к клятве.

Лилиана спрятала дрожащие пальцы в кулаки и прикусила губу. Нужно было дать ответ Юлису.

— Ладно.

— Вы принимаете?

— У меня есть выбор?

— ……

Юлис, хотел было что-то сказать, но передумал и закрыл рот. И, просто, предпочёл покинуть арену.

Спина удаляющегося рыцаря казалась особенно безжалостной.

Лилиана, готовая разрыдаться, исказила лицо, но при этом горящими глазами смотрела ему вслед.

Сана, наблюдавшая за этим со стороны, беззвучно вздохнула.

Прочитав множество хроник о прошлых императорах и их личных рыцарях, она смогла быстро диагностировать чувства, свившие гнездо между Лилианой и Юлисом.

«Любовь-ненависть?»

Самое разрушительное чувство.

Какой бы противной ни была эта сестра, в этот миг Сана искренне переживала за неё.

Тут голос маркиза Осборна гулко разнёсся по арене.

— Только что арену привели в порядок! Немедленно начинаем четвёртый бой на выбывание!

И-ик, Шумёль, словно испуганное травоядное, резко дёрнула плечами.

— Ч-что делать. Что же делать….

В её зелёных глазах заблестели слёзы.

В искажённом зрении показался юный рыцарь, стоящий в центре арены.

Настала очередь личного рыцаря Шумёль, Сиэля.

✦✦✦

— Прости, прости. Мне не следовало выбирать тебя в рыцари….

Шумёль не могла как следует смотреть бой. Набегающие слёзы постоянно застилали глаза плёнкой, размывая всё вокруг.

Бой Сиэля был ещё более жестоким, чем у Ноа.

Одолев трёх личных гвардейцев, он заметно устал и тяжело дышал. Истощённое тело, к великому сожалению, не слушалось воли.

Сиэль вовсе не слаб. Юный рыцарь, чей талант ещё полностью не раскрылся, одолел трёх цепных псов императора одного за другим.

Если бы он тренировался ещё несколько лет, то, несомненно, стал бы одним из сильнейших на континенте.

Но сейчас представлять себя благородным рыцарем было для Сиэля роскошью.

Потому что бой на выбывание пытался отнять у него всё будущее и все возможности.

Хотя он трижды одержал победу, перед мужчиной отчётливо вырисовывались лишь смерть или поражение. Поединок был до нелепости несправедлив.

— Прости…. Прости, Сиэль….

Шумёль плакала и плакала без остановки.

И вот в какой-то момент.

У-у-у-у-

Жалостливые вздохи, прокатившиеся по трибунам, заставили Шумёль резво поднять голову.

— Кхык!

Юный рыцарь, закрывая половину лица, шатаясь, попятился назад. В местах, куда ступали его ноги, разлетались брызги крови.

— С-Сиэль!

Место, которое Сиэль зажимал рукой, был левый глаз. Противник воспользовался его критической раной.

Четвёртый претендент обрушил атаки, не давая Сиэлю времени оправиться.

Он сосредоточенно атаковал левую сторону, где после потери зрения образовалась брешь.

— Нет! Нет, пожалуйста! Остановись!

Тело рыцаря начало покрываться красными линиями. Целых мест на его форме становилось всё меньше.

— С-Сиэль…!