Глава 239.0
✦✦✦
Зимний рассвет ничем не отличается от глубокой ночи.
Доминик, проведший ночь, которая казалась бесконечной, совершенно обессиленный, откинулся на спинку кушетки.
У него не было сил даже держать голову прямо, и она почти свесилась назад.
Наконец Сана отпустила его.
— Теперь, кажется, достаточно.
— Наконец-то вы удовлетворены…
— Ты хорошо поработал. Можешь идти.
— Да… Благодарю вас…
Доминик, необычайно покладистый, тут же поднялся.
В его пошатывающейся походке, без всякой ностальгии по спальне принцессы, даже Сане почудилась жалость.
Но у мужчины был талант портить о себе впечатление своими же словами.
Чтобы выйти, ему нужно было пройти мимо Регена.
Доминик, нарочно изогнув губы в усмешке в сторону бесстрастного личного рыцаря, прицепился к нему:
— Видел? Её Высочество выжимала из меня всю ночь.
— Воздержитесь от неподобающих замечаний.
— Это правда.
— ……
— ……
Когда между ними пробежал недружелюбный ток, Сана подвела итог:
— Вспомнила одну поговорку служанок: "Даже из сухой тряпки можно выжать воду".
— …Спокойной ночи.
Когда Доминик вышел из спальни, принцесса всё ещё смотрела на закрытую дверь.
Реген, встав на пути её взгляда, приблизился.
— О чём вы так глубоко задумались?
— Беспокоюсь о Доминике.
— …Что?
— Я, конечно, сразу выгнала его, когда он прицепился к тебе, но он и правда был в плохом состоянии. Если его увидят в таком виде, не возникнет ли лишния молва?
— Это…
Рыцарь замялся. Несмотря на его нежелание, чтобы Сана беспокоилась о Доминике, опасения были резонными.
Доминик выглядел так, что любители посплетничать непременно зашептались бы: «И что же за бурную ночь он провёл в покоях Серебряной птицы?»
Чем больше мужчина думал об этом, тем сильнее портилось настроение.
Его самого никогда так не любили, чтобы он выглядел после ночи с Саной подобным образом, а какой-то Доминик ковыляет, словно изнеженная фаворитка, которая всю ночь получала ласки. И это рыцарь.
Не зная о чувствах Регена, Сана продолжала:
— Конечно, в какой-то мере это даже хорошо, но из-за состояния Доминика всё может быть слишком преувеличено… К тому же, я дочь Безумного императора, так что могут быть сплетни насчёт моей сексуальной энергии или предпочтений…
— Сана.
Реген сел рядом с принцессой.
На то же место, где сидел Доминик, но гораздо ближе к ней.
— Разве не достаточно, если не буду заблуждаться только я?
Реген, которому самому было хуже всех, поставил во главу угла вытеснить тревоги из головы девушки.
Как всегда, голос его хорошо успокаивал Сану.
— Пожалуй, да.
По сравнению с тем, что Реген мог бы подумать неправильно, все остальные были пустяками. Сана улыбнулась.
Обычно Реген ответил бы улыбкой, но сегодня он намеренно сдержал выражение лица.
— И пожалуйста, не думайте о Доминике в моём присутствии.
— Ах.
— Думайте только обо мне.
— Хорошо, буду.
Реген, порадовав Сану своей откровенной ревностью, мягко притянул её в свои объятия. И снял с её одного плеча два слоя ‒ накидку и мех.
Холодный воздух коснулся длинной белой шеи, и тут же к ней прикоснулось горячее дыхание и мягкое прикосновение.
Сана невольно вскрикнула и удивилась:
— Реген? Ты что делаешь?
— Фальсифицирую улики.
Её тело, расслабленно лежавшее в его объятиях, давало разрешение.
Губы Регена слегка прикусили её кожу. К следу добавилась краснота.
Мужчина, решив не усердствовать дальше, отстранился, и Сана на сегодня не стала его испытывать.
Девушка посмотрела в зеркало на следы, оставшиеся на тех местах, которые не мог прикрыть даже мех.
Алые отметины на белоснежной коже напоминали лепестки цветов.
— Мне нравится.
Они снова вернулись к сдержанной дистанции и посмотрели друг на друга.
Глубокий взгляд вызывал множество чувств.
Сане захотелось выразить словами то, что она сейчас чувствует.
— Реген.
— Да, Сана.
— Спасибо, что был со мной на всём этом пути. Если бы не ты, я бы не выжила до сих пор. Я говорю не только о турнирах, а с самого первого дня, как мы встретились на границе.
— Это я должен благодарить. Если бы ты не выбрала меня, когда меня привезли пленником, я бы сейчас уже умер или был в состоянии, которое хуже смерти.
— Хм, "выбрала".
Сана вспомнила тот день. Место, где она выбирала инструмент, который умрёт вместо принцессы под видом "замены на турнире".
Тогда она никого не хотела выбирать, но, заметив Регена, она без колебаний взяла его за руку.
— Выбор ‒ это когда есть два или более вариантов. Тогда у меня был только один путь. Разве это обычно не называют… — Сана моргнула. В её глазах, чистых, как водная гладь, отразился Реген. — …судьбой?
— ……
Рот мужчины рефлекторно открылся, но беззвучно закрылся.
С трудом проглотив подступивший к горлу ком, он медленно протянул руку к Сане.
Большая горячая рука нежно легла ей на голову, словно накрывая, а затем скользнула вниз и сжала прядь платиновых волос.
— Помню, ты была совсем маленькой девочкой.
Он запечатлел поцелуй на мягких волосах в знак преданности.
— Ты стала слишком велика, чтобы я посмел быть твоей судьбой.
Реген был лишь частью судьбы Саны.
Она вынесла на своих плечах все тяжёлые обязанности и ужасную ответственность, чтобы дойти до этого места.
И теперь, совсем скоро, судьба, которую она несла на плечах, станет короной на её голове.
Сана прищурилась.
— Стала слишком велика ‒ это тяжёлое бремя?
— Как такое может быть. Я с радостью приму эту незаслуженную честь.
— Да. Оставайся моим мечом до самого конца.
В их взглядах промелькнуло обещание.
Как возлюбленные и как господин с подчинённым, они абсолютно доверяли друг другу и поддерживали друг друга.
✦✦✦
Снежная буря и не думала утихать.
Снег, поглощающий шум, словно требовал тишины от всей императорской столицы.
Внутри и вокруг дворца царила торжественность, и все — и аристократы, и простолюдины — старались не высовываться, сократив внешнюю активность.
Были, конечно, и те аристократы, которые чувствовали необычные политические течения. Но они, как и прежде, выбрали молчание.
При молчаливом согласии наблюдателей, когда все приготовления были закончены, наконец раздался первый выстрел.
Стрела была пущена в главный монастырь.
Послание, которое Святая Тессес отправила Безумному императору Акселиону.
Оно стало сигналом к началу.