Глава 241.0

✦✦✦

На следующий день небо снова было во власти туч, извергавших крупные снежинки.

Словно вчерашнее солнце умерло, а сегодняшнее ещё не родилось ‒ мир был темен.

Во дворце не произошло ничего необычного. Рыцари, служанки, горничные, слуги и прочие работники, едва открыв глаза ранним утром, двигались согласно своим ролям.

Все они лишь крутились в колесе вчерашнего дня, служа спокойной и удобной повседневной жизни императорской семьи.

Однако из-за суровости сезона у горничных прибавилось работы, и день выдался немного более хлопотным, чем обычно.

Для готовки, уборки, стирки ‒ для всего нужна вода. Из-за продолжавшихся холодов каналы замёрзли, и приходилось носить воду из запасов в цистернах, но и та превратилась в лёд.

Поэтому более десятка горничных собрались вместе и разделили обязанности: разбивали лёд молотами, наполняли деревянные вёдра и развозили воду туда, где она была нужна.

Разумеется, вода требовалась по всему дворцу. Ведь вода используется не только в рабочих помещениях, но и для питья и мытья высокопоставленных особ.

Подобная работа горничных зимой была обычным делом, которое можно было видеть часто.

Они действовали настолько умело, словно делали это всю жизнь, а умелость обычно выглядит легко и естественно, не привлекая чужого внимания.

Поэтому все проходившие мимо рыцари до сих пор не обращали на горничных внимания.

Если бы среди них нашёлся наблюдательный человек, он мог бы задаться вопросом:

«Разве в императорском дворце всегда было так много юных служанок?»

Но никто из рыцарей не насторожился, к тому же из-за сегодняшнего "особого расписания" у них не было времени обращать внимание на мелочи.

Как раз мимо юных служанок прошла очередная группа рыцарей.

Их целью была центральная площадь перед главным дворцом.

В этот момент не только они ‒ все рыцари стекались туда отовсюду.

— Там, где нахожусь я, там и дворец.

Император решил взять с собой в поездку на встречу со Святой весь корпус рыцарей ‒ источник своей власти.

Обычные солдаты останутся во дворце, но они не владеют маной, поэтому как военная сила не представляют большой ценности.

Фактически он снимал и увозил с собой всю оборону дворца целиком.

И всё это ‒ лишь чтобы произвести впечатление на Святую Тессес.

Сановников, которые осмелились бы просить его пересмотреть это решение, разумеется, не было.

Теперь рядом с императором остались только оловянные солдатики, беспрекословно подчиняющиеся его словам.

Наконец все рыцари собрались на центральной площади. Рядом стояли кони в том же количестве и оруженосцы, ухаживавшие за ними.

Все они молча встречали императора под падающим снегом. И некоторые думали:

«Погода отвратительная».

Двигать весь корпус рыцарей и тратить их силы ‒ неразумно.

Разумеется, никто не высказал этого вслух.

Даже Доминик, который сейчас сопровождал императора, выходя из главного дворца, держал рот на замке ‒ кто бы посмел выступить с дерзостью?

— Бесконечная слава правлению Великого императора! Приветствуйте Великого императора империи Магнароуд!

Император выставил себя напоказ более роскошно, чем когда-либо.

Меховая мантия с чёрными пятнами, число которых равнялось количеству убитых хорьков, волочилась по земле; на груди в три ряда ниспадал массивный церемониальный воротник, похожий на цепь.

Крупные драгоценные камни, вделанные в каждое звено цепи, слепили глаза, демонстрируя мирскую власть.

Парадный мундир под мантией также был украшен всевозможными нашивками.

Даже нашивки, которые походили скорее на броши и были более многочисленны, чем на военной форме, облепили его, словно ракушки.

Император не сразу сел в карету, а окинул взглядом развернувшуюся перед ним картину.

Шеренги в синих мундирах, выстроившиеся ровными рядами, сами по себе представляли величественное зрелище.

«Увидев это, Святая будет тронута моим усердием».

На самом деле тронут был он сам, но император не отличал свои чувства от чувств других.

То, что чувствует он, должны чувствовать и другие.

И сейчас император чувствовал нечто вроде торжественности и пафоса, словно он отправляется в личный поход.

Это непомерное воодушевление насытило его разум.

Была только одна проблема…

«Почему-то кажется, что рыцарей маловато?»

Неужели ему показалось? Ощущение, что их не набирается и двухсот, заставило императора прищуриться.

— Ваше Величество, садитесь в карету.

— …Да.

Подгоняемый открывшим дверцу Домиником и пронизывающим ветром, который забирался в нос, император отвёл взгляд от строя.

Он решил, что это просто показалось из-за снегопада, и отбросил сомнения.

Сегодня же хороший день, когда он получит от Святой новое пророчество.

Незачем портить себе настроение какими-то неприятными мыслями.

— Выступать.

Роскошная карета, запряжённая четвёркой лошадей, тронулась.

Императорская карета, окружённая личными рыцарями со всех сторон, начала движение.

Охранный кортеж, проследовав через центральную площадь, направился на запад ‒ в сторону заката.

Наконец хвост кортежа покинул дворец.

На центральной площади ничего не осталось. Даже следы колёс и копыт быстро заносило пушистым снегом.

В опустевшем дворце юные служанки всё ещё кололи лёд.

Но инструменты в их руках немного отличались от прежних.

Молотов в их руках не было. Вместо этого переливающаяся мана создавала трещины во льду.

✦✦✦

Шёл снег. Даже в полдень освещённость была низкой, и внутри покоев Серебряной птицы царил полумрак.

В комнате, где не зажгли свечей, единственным источником света, на который можно было положиться, был камин.

Сана сидела перед ним, словно ожидая чего-то. А рядом, как всегда, стоял на страже Реген, вытянувшись в струнку.

Оба были спокойны, словно натюрморт, не шевелясь.

— Ваше Высочество.

Хамель приблизилась к своей госпоже с докладом.

— Десять минут назад они миновали западную площадь. Ожидается, что они прибудут на равнину перед западными воротами ровно в полдень.

Информация об охранном кортеже императора поступала в покои Серебряной птицы в реальном времени.

— Хорошо.

Солнце, направляющееся к месту заката, ‒ император неуклонно двигался на запад.

— А Святая Тессес?

— Опоздает.

— Так и надо.

Сана, забыв даже моргнуть, смотрела на камин.

В пылающих углях алое пламя трещало и подпрыгивало.

Пунцовый свет рябил на гладкой небесно-голубой радужке. Казалось, будто горячие угли тлеют и у неё в глазах.

Наконец Сана тихо произнесла:

— Начинайте.

В распахнутое окно гостиной полились звуки пианино.

Максимальная громкость, какую только мог произвести клавишный инструмент, пробила снег и достигла главного дворца.

✦✦✦

Пока император, окружив себя величественной живой крепостью из подчиненных рыцарей, отбыл, превратившийся в бумажную крепость дворец охраняли обычные солдаты, не пробудившие ману.

У каждых из четырёх ворот стояло по отряду, исполняя роль стражей, и вокруг стен выставляли караулы ‒ всё как обычно.

Отличие заключалось в том, что людей, охранявших восточный дворец и главные улицы, перебросили в главный дворец.

В основном силы были сконцентрированы у императорской спальни и сокровищницы.

У командующих обычными солдатами, должно быть, не хватало воображения.

Ведь единственной самой страшной ситуацией, которая могла бы возникнуть, воспользовавшись ослаблением обороны дворца, они считали не более чем воровство.

Слуги дворца старались лишний раз не появляться в главном дворце.

Даже если они не представляли реальной военной силы, присутствие вооружённых людей само по себе создавало напряжённую атмосферу.

К тому же, если бы они бесцельно бродили, их могли бы принять за воров и учинить расправу ‒ чего доброго, от солдат, ослеплённых жаждой отличиться.

В нынешней империи доносы и клевета были делом обычным.

В связи с этим в коридорах главного дворца почти всё утро никого не было видно.

Поэтому солдаты, нёсшие охрану, уже расслабились и сдерживали зевоту.

— Э? Это кто там?

На противоположном конце коридора быстрым шагом двигалась группа служанок.