Глава 85.0

— Р-Реген?

— Да, Сана.

Пока он отвечал, вибрация передалась от его губ к моей шее.

Теперь стало ясно. Он действительно прикоснулся губами.

Это было всего лишь лёгкое касание, хотя мы делали вещи и погорячее несчётное количество раз, но сердце моё трепетало.

Где-то в глубине души я подумала, что было бы хорошо, если бы его губы опустились ещё ниже.

— Сана.

— ……

Я не могла даже ответить. Казалось, открой я рот, и вместо слов оттуда выскочит сердце.

— Вы когда-нибудь думали о том, чтобы обладать кем-то исключительно? Так называемое чувство собственничества?

Вряд ли кто-то знает об этом лучше меня.

Потому что я, уже безраздельно владеющая Регенхартом Роэнхэрином, хочу обладать им ещё больше.

— Наверное, это чувство, которое дальше всего отличается от верности или преданности.

Совершенно верно. Такие благородные добродетели рыцаря не для меня, дочери тирана.

Я решила рискнуть, даже если сердце и выскочит. Мне нужно было защитить себя.

— Разве это так уж плохо?

— ……

— Если позволить другой стороне обладать тобой так же исключительно, разве это не будет справедливо?

В тот момент, когда я закончила фразу, я едва не застонала. Я почувствовала, как он слегка втягивает кожу на моей шее.

— Сана права.

— ……

— Зря я переживал.

Рука Регена коснулась моей причёски. Волосы, собранные на одно плечо, рассыпались и водопадом упали на спину.

Я повернулась и посмотрела на него снизу вверх. Взглядом спросив, зачем он это сделал, Реген после недолгого колебания, словно извиняясь, признался:

— Я, кажется, оставил след.

— …Ах.

Я рефлекторно потянулась рукой к затылку. Я была так растеряна, что сделала это, хотя понимала, что там ничего не может быть.

— Если хотите наказать, я с радостью приму.

— …Всё в порядке. Это ведь тоже поцелуй.

Я сделала вид, что прощаю, но на самом деле позволила. Нет, я даже слегка поощрила, и надеюсь, он понял мой намёк.

— Пойдём в покои.

Ветер начала лета совсем не помогал остудить жар на лице.

Надеясь, что Реген будет меньше вглядываться в моё лицо, я слегка зашагала вперёд и ускорилась.

✦✦✦

В тот день всё было как обычно. Я посещала необходимые уроки как принцесса и получала доклады о новостях внутри и снаружи дворца, которые собирала для меня Хамель.

— Настроения в столице подавлены. Похоже, под предлогом поддержания порядка без разбора арестовывают подданных.

— Начальник стражи ‒ Равал Гавейн. Видимо, хочет выслужиться перед императором перед Праздником Основания государства.

— Род графа Гавейна привык приносить в жертву невинных ради своиз успехов, так что для них нет преград.

Согласен. Этот человек дослужился до нынешнего положения, оговаривая и продавая даже семьи родственников и близких, навешивая на них ярлык предателей. Одной из жертв была семья Шионэ.

— Если они сами себя изолируют, с ними будет легче разобраться. Подождём. Скоро настанет день, когда этот тип споткнётся.

— Буду следить.

— А человек, который поставлял яд Гвендолин?

— В процессе. Доложу, как только появятся зацепки.

— Продолжай усердно работать.

Как раз когда доклад закончился, в кабинет вошла Шионэ. В руке она держала розовое письмо.

— Что это, Шионэ?

— Приглашение на чаепитие от Её Высочества принцессы Янтаря.

— От Шумёль?

Отношения между сёстрами не сказать чтобы были тёплыми. Я проводила время за чаем разве что с сестричкой Арлеттой и Нанаэ.

Не зря же сестричка Арлетта пыталась улучшить отношения между сёстрами, устраивая что-то вроде чаепитий для принцесс.

К тому же Шумёль не из тех, кто ведёт активную светскую жизнь. Я никогда не слышала, чтобы она сама организовывала такие мероприятия, как чаепитие.

Подумав, что всякое бывает, я взяла приглашение.

— Ну и когда же, говоришь?

— Это…

Пока Шионэ колебалась, я развернула приглашение и застыла.

— Наверное, её сначала нужно научить, как писать приглашения.

Вздохнув, я встала с места. В приглашении было написано: "прямо сейчас".

— Вы пойдёте?

— Во второй половине дня у меня всё равно нет планов.

Чтобы выказать учтивость как гостье, я переоделась в другое платье. Надела платье лавандового цвета с разрезом сбоку и накинула белое кружевное болеро.

Когда я вышла из примерочной, Реген, который, похоже, уже слышал новости, протянул мне руку.

— Позвольте проводить вас в покои Янтаря.

Поскольку они находились в том же отдельном дворце, мы добрались быстро. Следуя указаниям служанок из покоев Янтаря, мы прошли в приёмную.

Шумёль, которая как раз осматривала центр стола, вскочила и радостно поприветствовала меня:

— Добро пожаловать, сестричка Сана.

— Ага.

Сегодня Шумёль была само очарование. Оранжевое платье с акцентами в виде пышных рукавов-фонариков и большого банта ей очень шло, а завитые и собранные внизу хвостики были милы.

«С такими хвостиками, как у неё, я бы тоже справилась?»

Подумав о такой ерунде, я села напротив Шумёль. За столом, полным угощений, помимо нас с Шумёль, оставалось ещё два пустых стула.

Но ждать других гостей не пришлось.

— Сэр Реген, тоже садитесь. И ты, Сиэль!

— То есть, я здесь единственная гостья?

— Да!

Повторюсь, мы с Шумёль не из тех, кто общается по-дружески. Должна же быть причина, по которой она пригласила только меня.

Две принцессы и два личных рыцаря. Всего четыре чашки наполнились чаем.

Я медленно отпила глоток. Чай, наверное, смешанный по вкусу Шумёль, пах сливками, был сладким и мягким, как молочный чай.

Как только я утолила минимальное приличие, я спросила напрямую:

— Какое у тебя дело?

— А? Дело?

— Не думаю, что ты позвала меня без причины.

Шумёль мило захлопала зелёными глазами, словно спрашивая, о чём это я.

Похоже, моё разумное предположение было неверно, и я тоже растерялась.

Тут вмешался Сиэль, личный рыцарь Шумёль, сидевший слева от неё.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь в разговор, Ваше Высочество принцесса Серебряная птица. Её Высочество принцесса Янтарь устроила эту встречу, чтобы выразить вам свою благодарность.

— Благодарность?

Шумёль, с просветлевшим лицом, напомнила мне то, что я уже и сама забыла.

— Вы же передали нам индульгенцию.

— Ах, да.

— Я очень хотела поблагодарить вас, но всё не было случая… А недавно я узнала, что у сестрички был день рождения, и подумала, что больше тянуть нельзя.

Шумёль протянула мне роскошную бархатную коробочку, сказав, что это подарок на день рождения, который она для меня приготовила.

— Я выбрала это, потому что подумала, что сестричке пойдёт. Когда наденете, обязательно покажите мне.

— Спасибо.

Судя по всему, это украшение. Я постаралась, чтобы в голосе звучала искренность.

Отпив ещё глоток чая, я подумала, что нехорошо будет, если я присвою благодарность Шумёль себе.

— За индульгенцию лучше благодарить не меня, а сэра Регена. Строго говоря, и право собственности на индульгенцию было у сэра Регена, и передал он её сэру Сиэлю тоже сам.

— Да! Так и сделаю!

Шумёль, словно только и ждала этих слов, пододвинула стул поближе к Регену и, вытянувшись всем корпусом, наклонилась к нему.

— Сэр Реген! Правда! Правда-правда-правда, спасибо!

Не слишком ли близко она приблизила своё лицо?

Похоже, это беспокоит только меня. Реген, не придавая этому значения, ответил со спокойной улыбкой:

— Вы слишком добры. Того, что вы выразили благодарность Её Высочеству принцессе Серебряной птице, уже достаточно.

— Это не только за то, что отдали индульгенцию. Говорят, во время турнира, когда он был в самом разгаре, сэр Реген использовал зелье и для Сиэля? Наш Сиэль тогда получил серьёзную рану головы и чуть не погиб, но благодаря вам выжил. Правда-правда спасибо.

Этого я ещё не слышала.