Глава 141.0

Неосознанно его хватка усилилась. Нахмурившись, Сана сухо бросила:

— Больно.

В этот миг тело Доминика отреагировало быстрее головы. Вся сила ушла из его руки.

Рука, в которой не осталось сил даже сжать чашку, больше не могла удерживать Сану.

— Отойди.

С нервным жестом оттолкнув руку Доминика, словно отбрасывая прочь, принцесса повернулась к нему спиной.

Доминик рефлекторно попытался ухватить удаляющуюся девушку, но заметил, как с её рукава что-то упало.

Один листок бумаги, словно бабочка, взмахнувшая крыльями, медленно опускался.

Он как раз пролетел рядом с его пальцами, и Доминик, не раздумывая, схватил его.

Слегка подпаленный, но для чтения это не составляло никакого труда.

— Когда поедете со мной в Роэнхэрин, Вам придётся жить тайно, скрывая личность, в убежище.

В его руки попала улика весьма серьёзного заговора.

— Ха...

Едва он выдохнул с недоумением, как бумага в его руке яростно смялась.

— Ха, ха-ха. Ха-ха-ха.

Вздох вскоре переродился в безумный смех.

— Спрятать в убежище и что делать? Сделать любовницей? Нашу Роксану ‒ всего лишь любовницей? Ну, есть тут один тип, похоже, безумнее меня.

Он разжал сжатый кулак. Бумага, мгновенно обугленная маной, рассыпалась без следа.

— Если вы терпите такое оскорбление, надо было сразу сказать. А то я чуть не расстроился, что не понимаю вашей обиды... а оказалось, вы меня жалеете?

Доминик, с жутковатой улыбкой на губах, уставился в пустоту. Его красные глаза окончательно остекленели.

✦✦✦

Ужин закончили и прибрались.

Ночь стала глубокой, голоса стихли, и лагерь погрузился в безмолвие. Лишь изредка, словно колыбельная, доносился шум ветра, гладившего листву.

Когда один за другим спутники начали погружаться в сон, Сана, перекинув ночную рубашку через руку, вошла в карету и закрыла дверь.

В замкнутом тесном пространстве её уже ждал тот, кто пришёл раньше.

Серебристо-белые волосы, устроившиеся так, будто теперь это полностью его место. Золотые глаза, не теряющие своего великолепия даже ночью. Это был Реген.

— Доминик сдвинулся с места.

— Вот как.

Услышав тихий доклад, Сана опустила глаза. Ей хотелось посмеяться над глупостью Доминика, который дал себя использовать, но почему-то во рту осталась горечь.

Отбросив мысли, они обсудили дальнейшее.

— Завтра, значит.

— Да.

— Хотя я и отвергла предложение Эмилио Хвибрика, этот тип будет действовать по плану. Изначально его главная задача ‒ устранить тебя. Я для него лишь приложение.

Эмилио, даже ради одного Регена, должен действовать непременно. В этом процессе он попытается использовать Сану как заложницу, а затем забрать как трофей.

Когда они обменивались записками, Эмилио делал вид, что предлагает, но на самом деле это было ближе к уведомлению. Её мнение с самого начала было неважно.

Реген, видимо, зацепился за слово "предложение", слегка нахмурился и спросил:

— Что на этот раз сказал этот тип? Опять сделал предложение?

— ……

В этот миг Сана ощутила два противоположных импульса.

С одной стороны, хотелось проглотить в одиночестве ту чушь, которая могла бы испортить настроение Регену. С другой ‒ хотелось наябедничать Регену обо всех оскорблениях и посмотреть на его реакцию.

Как поступить?

Вести себя как достойная взрослая леди или покапризничать, как ребёнок? После жестокой внутренней борьбы одна сторона одержала верх.

— Забыла. Такая была чушь, что и не запомнила.

Сана была довольна своей взрослостью. Но Реген был не настолько недогадлив, и его золотые глаза мрачно потемнели.

— Похоже, он нёс такое, что и вымолвить трудно. Понял. Я сам допрошу его и узнаю.

— …Да.

Хоть она и выбрала путь проглотить обиду, ей удалось увидеть желаемую реакцию. Сана тщательно скрыла свою тайную радость.

Невольно кашлянув, она продолжила разговор:

— Станет опасно, поэтому я решила отправить Шионэ обратно во дворец на рассвете. Под каким-нибудь предлогом.

— Это мудро.

— Доминик, наверное, будет тебя подозревать. Осторожнее с его провокационными вопросами.

— Не волнуйтесь. С ним легко, всё будет хорошо.

Разве с Домиником легко? Сана удивилась его уверенности, но вскоре поняла.

Насколько она могла видеть, Регену, кажется, было нетрудно противостоять Доминику даже словесно. Завидная способность.

— Завтра. Не поранься.

— И вы, Сана, тоже.

Реген взял руку Саны и легко поцеловал.

— Мой главный приоритет ‒ ваша безопасность. Если вы окажетесь в опасности, я готов бросить всё. Даже если это будет шанс отомстить.

— Запомню. Но и ты, Реген, помни, что на тебе лежит моя сила подчинения, и действуй соответственно.

— Да, Сана. Мы обязательно добьёмся успеха.

Они обменялись улыбками.

Все необходимые разговоры были закончены. Дела улажены, и эту тайную встречу в карете пора было заканчивать.

В такие моменты выдержка хорошо тренированного Регена была очень кстати. Глубоко подавив сожаление, он, как ни в чём не бывало, предложил:

— Выходите первой. Кажется, снаружи есть глаза, так что я выйду чуть позже, с разницей во времени.

— Хорошо...

Сана кивнула. Но она не открыла дверцу кареты, а замешкалась.

Когда Реген, по-джентльменски желая открыть ей дверь, протянул руку, она поспешно, словно останавливая, открыла рот.

— Послушай, Реген.

— Да.

— У меня, собственно, есть одна привычка.

— Привычка?

Сана слегка приподняла принесённую одежду и призналась:

— Я не могу переодеваться в местах, которые не закрыты стенами и крышей.

— ……

Реген лишь дважды моргнул, прежде чем понял смысл.

— …Вы хотите переодеться прямо сейчас?

— Да.

— Здесь?

— Да. Здесь, в отличие от палатки, есть нормальная дверь.

Не только дверь. Здесь также находился мужчина, который две недели соблюдал воздержание. И в тесном пространстве, вдвоём.

Пока он пребывал в растерянности, она, проявляя заботу, предложила ему выбор.

— Как поступишь? Мне, в общем-то, всё равно, можешь и смотреть.

— ……

— Но раз ты рыцарь, тебя это, наверное, смущает? Хоть это и не впервой, может, закроешь глаза...?

— ……

Регену захотелось вздохнуть.

Если бы это было намеренное обольщение, ему не было бы так неловко. Ясный, направленный на него взгляд светло-голубых глаз сейчас мучил его больше всего.

Реген, сделав вид, что проводит ладонью по лицу, прикрыл рот и сказал:

— Я буду смотреть в другую сторону.

— М-м, да.

В голосе ответившей Саны почему-то послышалась густая нотка сожаления.

Реген не придал этому значения. Он решил, что ему так показалось из-за проекции его собственного желания, и строго занялся самоанализом.

Послышался шелест ткани. Ярко предстала картина, как мягкий бархат скользит, обволакивая белую кожу.

Реген старался не поддаваться искушению того, что происходило у него за спиной.

Но принцесса не позволила.

— Ах.

Этот бесхитростный возглас заставил его напрячься.

— Реген, не посмотришь мою спину? Кажется, волосы зацепились за украшение.

— ……

Это был миг, когда его терпение страдало, а желание ликовало.

Реген повернул голову туда, где была Сана. Наполовину снятое платье свисало с бёдер и рук, являя его взору прекрасную спину.

Сквозь длинные платиновые волосы виднелись белая шея, углубление позвоночника и тело, плавно поднимающееся красивой линией, словно искушая его.

Реген изо всех сил старался не выдать неподобающего напряжения. Сдержанная рука потянулась к её платиновым волосам.

Медленно перебирая пальцами волосы, обладавшие до мучительности мягкой текстурой, он собрал их вместе.

Убрав всю массу волос на левое плечо, он обнажил две красиво выступающие лопатки.

Но, как ни странно, он не обнаружил никакого украшения, за которое, по словам Саны, зацепились волосы.

В тот миг, когда Реген усомнился, Сана вдруг схватила его руку, которая едва касалась её левого плеча.

Реген рефлекторно втянул воздух в лёгкие.

Сана слегка повернула голову через плечо, показывая кончик носа и длинные ресницы.

— А ты, Реген?

— ……

— Ты обо мне думал?

— ……

— Каждую ночь?