Глава 142.0
— ……
Её голос, ниже обычного, со странной, щекочущей нервы интонацией, допрашивал Регена.
— А я думала.
Она приложила его руку к своему телу. Мужская рука с развитыми суставами и жилами плотно легла на белую шею.
Сана чувствовала его горячую ладонь и одновременно передавала ему ощущение своей мягкой кожи и учащённого пульса.
Реген всё ещё не выдохнул тот воздух, который втянул мгновение назад. Естественно, у него не было сил ответить.
Сана притворно посетовала:
— Видно, только я одна и думала.
— ……
— Мы ведь провели вместе семь ночей... А ты, Реген, даже не скучаешь.
— ……
— Может, за две недели можно всё забыть?
В тот момент, когда девушка, повернув голову прямо, выпалила это.
Её обиженный жест, голос, полный досады, мгновенно заставили Регена действовать.
Реген крепко обнял Сану, глубоко утопив её спину в своих объятиях. И, склонив голову, прильнул губами к белому плечу, а затем, проведя языком вверх, лизнул до самой шеи.
— ……!
Испуганные плечи Саны мелко вздрогнули, и крепкая рука, обнимавшая её за талию, сжалась сильнее. Реген, заперший её в объятиях, осыпал поцелуями и прикосновениями каждый участок её кожи.
От внезапной настойчивой и густой атмосферы Сана растерялась.
— Р-Реген... Погоди...
Она позвала его с мольбой в голосе. Сделав вид, что не слышит, он, лаская её, наконец, спустя долгое время, прикусил губами её мочку уха и сказал:
— Я сдерживался, потому что боялся, что будет вот так.
— ……
— Теперь вы понимаете, как вы мучили меня, Сана?
— П-прости.
— Да.
Извинения он принял, но не остановился.
Реген развернул тело Саны лицом к себе. В тот миг, когда её белая верхняя часть тела прекрасно раскрылась перед его глазами, жилы на тыльной стороне его руки, вцепившейся в сиденье, вздулись.
— Ах…!
Сана повысила голос от ощущения больших и горячих губ, сомкнувшихся на её коже. Она поспешно подняла руку, чтобы заглушить стон.
Реген, крепко сжимая её бёдра, на которых ещё висела одежда, не переставая алчно исследовал губами её мягкое тело.
Тело, которое каждый раз, когда он припадал к нему губами, мелко вздрагивало и красиво колыхалось, было настолько любимо, что он не мог прийти в себя.
Поглощённый возбуждением, Мужчина глубоко втянул в себя нежную кожу ниже ключицы Саны. На её теле расцвёл красный след.
— М-м-м...
Рука, зажимавшая рот, была совершенно бесполезна. Изо рта Саны вырвался звук, словно сладко тающий.
— Ха...
Реген испустил выдох, похожий на стон. Потеряв голову, он в конце концов оставил на её теле кровоподтёк. Дальше было действительно опасно.
Позволять себе так вольничать, своевольничать в таком месте ‒ принцесса была для него слишком драгоценным существом. Нужно было остановиться, пока хоть один из них ещё в здравом уме.
— Реген...?
В этот момент принцесса, словно спрашивая "почему не продолжаешь?", посмотрела на него снизу вверх горящим от нетерпения взглядом. Похоже, роль здравомыслящего придётся взять на себя ему.
— Больше... нельзя.
— Ах...
Услышав твёрдые слова, Сана, словно нашкодившая, поникла и кивнула.
— Да...
Даже этот её жалкий вид был для Регена стимулом.
Чудом миновав кризис, когда разум готов был испариться, Реген провёл рукой по лицу, пытаясь овладеть собой.
Он поспешно помог Сане переодеться и крепко прижался губами к её лбу.
Больше нельзя было вести себя как зверь. Подавив в себе дикое желание до конца, он оставил лишь чувство почитания и подарил его ей.
— Спи спокойно.
✦✦✦
Утро следующего дня было мирным.
Было несколько человек, которые, тая в себе кровавые намерения, провели тайную ночь, приводя в движение свои силы. Но с восходом солнца на востоке они как ни в чём не бывало обменялись утренними приветствиями.
В атмосфере обмана начался очень важный день.
В лагере вовсю готовили завтрак. В меню было рагу ‒ относительно простое в приготовлении и оптимальное блюдо для восполнения жидкости и питательных веществ.
Аромат густого сливочного рагу с мясом, овощами и специями разносился повсюду. В добавок к поджаренным сосискам и оставшемуся хлебу это был бы довольно роскошный для лагеря завтрак.
Делегация Роэнхэрина и свита принцессы насчитывали в общей сложности около двадцати человек. Со стороны Эмилио было около пятнадцати, со стороны Саны, включая Доминика, ‒ десять.
Вчера вечером готовили еду отдельно, но из-за того, что Шионэ, получив срочное поручение Саны, спешно уехала во дворец, рабочих рук не хватало. Сегодняшний завтрак готовили в основном с помощью людей Эмилио.
— Не желаете присоединиться?
Доминик, держа в одной руке миску с обильно налитым сливочным рагу, а в другой ‒ бутерброд с сыром и колбасой на шпажке, предложил Сане.
Конечно, она не желала, чтобы бодрое утреннее настроение развеялось от наглой улыбки Доминика.
— Не откажусь.
Она, взяв лишь одно яблоко, юркнула в палатку.
Раз она изначально ничего не ждала, то и разочарования, ни обиды не было. Доминик, не сожалея, повернулся к истинной цели.
Среди всей группы был рыцарь, который не смешивался ни с охраной делегации, ни с личными гвардейцами империи, а действовал сам по себе.
Разделяя участь своей чёрной, выделяющейся формы, это был личный рыцарь принцессы, Реген.
Мужчина, взяв полученную еду, направился в угол лагеря. Это было место, где тень от дерева, словно навес, закрывала от солнца, а плоский камень служил удобной скамейкой.
Можно сказать, это было место гораздо более живописное и с лучшим обзором, чем импровизированный стол в лагере.
Губы Доминика искривились.
Его раздражало, как этот тип, находясь в жалком положении, всякий раз умудрялся занимать всё лучшее. Казалось, у него уже несварение с утра пораньше.
Была причина, по которой и без того неприятный Реген сегодня раздражал особенно сильно.
В настоящий момент существовало подозрение, что Роксана вступила в сговор с предателем Роэнхэрина, чтобы сбежать из дворца.
А этот белобрысый тип был личным рыцарем принцессы. Это значит, что он ‒ её инструмент, используемый согласно её воле.
Если принцесса решила последовать за предателем Роэнхэрина, то весьма вероятно, что Реген тоже активно участвует в заговоре.
«Умираю от любопытства. Ты заодно с этим безумцем из Роэнхэрина или нет?»
Если заодно, то сегодня у него появится веская причина наконец-то его убить.
Пряча поднимающуюся изнутри убийственную ярость под весёлой улыбкой, Доминик приблизился к Регену.
— Хей, сэр Реген.
— ……
Реген посмотрел на него взглядом, далёким от радушного, но Доминик, не обращая внимания, сел на каменную скамью. С левой стороны от рыцаря.
— Местечко хорошее. Посижу тут с тобой.
— С какой стати вы строите из себя друга?
— Я начальник не бестактный. Не могу же я лезть к подчинённым, когда они едят, и мешать им.
— Значит, вы пришли сделать неудобно мне?
— Верно.
— Как пожелаете.
Реген несколько раз помешал ложкой дымящееся рагу и поставил его рядом. Вовремя и Доминик, помешав рагу, чтобы остудить, тоже поставил его.
Когда миски с рагу, одновременно поставленные рядом, слегка стукнулись, оба открыто выразили неудовольствие.
— В чём дело?
— Это ты что?
— Я всегда ем рагу остывшим.
— А я жду, пока оно совсем остынет, и потом ем.
— Ставьте миску слева.
— Мне удобнее справа.
Из-за случайности и борьбы за место им пришлось есть, поставив миски рядом, словно за одним столом.
Прожевав и проглотив колбасу, Доминик спросил напрямик:
— С какого момента ты в этом участвуешь?
— Не понимаю, о чём вы.
— То, что вы сговорились за спиной насчёт передачи права на желание, ‒ это правда?
— ……
Реген, откусив хлеб, дал понять, что не намерен отвечать. Допрос Доминика стал ещё более прямым.
— Ты знал, что принцесса собиралась сделать предложение этому короткостриженому щенку?
— ……
— Похоже, знал? Если бы не знал, не мог бы реагировать так спокойно, как сейчас.
— ……
Реген решил признать допросные способности Доминика, когда речь шла о Сане.
— Но раз ты знал, это разве не большая проблема? Не остановить такой дурацкий план и просто смотреть. Видимо, ты не так уж и предан принцессе, как я думал?
Сильная провокация в конце концов прорвала молчание Регена.
— Вы, кажется, рады? Потому что видите возможность, что я уступлю вам место?
— Что?
— Но ведь у вас в руках нет номерка на очередь. Даже если меня не будет, у вас, сэр Доминик, наверное, ничего не выйдет. Как путь к отступлению не может стать путём вперёд.