Глава 213.0

✦✦✦

— Лилиана?

— Сестричка Лили...?

Голоса принцесс, остолбеневших от неожиданности, беспомощно блуждали в воздухе, прежде чем рассеяться.

Потому что обладательница имени, которое они звали, была навеки отрезана от этого мира.

Три принцессы долгое время не издавали ни звука и не шевелились.

Не только принцессы. Личные гвардейцы, которых император привёл с собой, слуги, охранявшие усыпальницу все шесть дней.

В подземной усыпальнице воцарилась жуткая тишина, в которую трудно было поверить, что здесь собралось несколько десятков человек.

Спустя долгое время Нанаэ пошевелилась.

Она медленно, с потерянным лицом, направилась к каменным вратам. И положила руку на их каменную, словно стена, поверхность.

Её лицо исказилось.

— Сестричка! Сестричка Лили! Ответьте!

Она звала сестру до хрипоты, пока не сорвала голос. Она била и била по каменным вратам, пока ладони не покраснели.

Но по сравнению с ней, хрупкой, врата были слишком толстыми и огромными, и казалось, что ни её голос, ни стук не достигнут той стороны.

— Сестричка, ну пожалуйста. Вы ведь слышите? Если слышите, ответьте мне!

Её крик всё больше наполнялся слезами. Услышав это, Арлетта наконец опомнилась и обернулась к императору.

— Ваше Величество! Лилиана...!

Но ей не дали даже возможности как следует умолять.

— Раз врата закрылись, я тоже ничего не могу поделать.

У императора совсем не было таланта притворяться сожалеющим.

Его лицо с прищуренными в улыбке глазами, напротив, казалось, выражало насыщение.

Арлетта сразу поняла, чем насытился этот омерзительный тиран.

Самим финалом Лилианы, которая, отчаявшись, выбрала гибель.

Император, вдоволь наигравшийся и насладившийся её эмоциями, ничуть не сожалел.

Поняв, что мольбы бесполезны, принцесса перестала подавать голос.

Сана с самого начала не возлагала на императора никаких надежд.

Она молча стояла, вытаращив глаза в пустоту. Она едва справлялась с бушующим внутри пламенем.

Турнир всегда был тяжёлым. Реальность, где их использовали как развлечение, а в случае выбывания продавали на аукционе приданого, была ужасна.

Даже если она выживет, в итоге она всё равно будет терять сестёр одну за другой ‒ это тоже было мучительно.

Среди и без того тяжёлых турниров этот был худшим. Потому что она потеряла сестру не просто из дворца, а из самого мира.

На аукционе, по крайней мере, жизнь принцессы сохраняли. Но сейчас закрывшиеся каменные врата недвусмысленно означали смерть.

Одну из немногих оставшихся сестёр она больше никогда не увидит.

Из самой глубины тела Саны поднимался горячий гнев.

Пламя, которое, даже испепелив всё нутро, не желало гаснуть, достигло груди и жгло сердце.

Сана отчётливо чувствовала, на кого направлен этот гнев. На Безумного императора Акселиона и Жакена Осборна.

Но был ещё один.

«Если бы я действовала до того, как начался этот турнир».

Её голова упрекала себя.

Если бы она выступила против императора до турнира, Лилиана и Юлис не оказались бы в таком положении.

Возможно, её тщательные размышления были всего лишь оправданием. Всё из-за недостатка решимости.

Раскаяние и самоупреки переворачивали её внутренности. Она не могла сдержать гнев, чтобы он не вырвался наружу.

Ненависть к монстрам дворца была привычной, но ненависть к себе самой не поддавалась контролю.

В её холодном взгляде зажглась убийственная аура. Сана хотела повернуть голову в сторону императора.

В этот момент Реген, заслонив ей обзор, крепко сжал её плечо своей большой рукой.

— Не оглядывайтесь.

— ……

— Нельзя смотреть на императора такими глазами.

Если заметят её непочтительность, будет опасно.

Император всегда готов поглотить силу Саны, если будет хоть какой-то предлог.

К тому же сейчас, в этой опасной ситуации, неизвестно, когда Доминик, подчиняясь клятве, причинит ей вред.

Нельзя провоцировать ни императора, ни Доминика.

— Сдержите свою ненависть, Сана, хотя бы ненадолго.

— ……

— Вы сможете.

Ласковый голос стал для Саны анестезией.

— Хорошо.

— ……

Ладонь Регена, лежавшая на её плече, мягко погладила её.

Эти нежные прикосновения и тепло помогли ей продержаться в этот момент.

Император надменно кивнул подбородком.

— Маркиз Осборн, заканчивай.

— Объявляю четвёртый турнир "Упокой усопших" завершённым. Поздравляю выживших принцесс и их рыцарей.

Когда император поднялся со своего места, все в усыпальнице разом поклонились ему.

Принцессы, включая Сану, тоже. Пока они бездушно приподнимали подолы платьев, их взгляды были устремлены в пол, чтобы не смотреть на императора.

Император нарочно добавил:

— Я тоже поздравляю вас, мои дочери.

— ……

Сана и Арлетта, терпя унижение и оскорбление, выдавили из себя:

— Безмерно благодарны, Ваше Величество.

Император, уводя за собой личных гвардейцев, первым покинул подземную усыпальницу. Подручные маркиза Осборна также последовали за ними.

В усыпальнице, где стало меньше глаз и ушей, остались только принцессы и рыцари.

Личные рыцари хотели проводить каждую свою принцессу в её покои.

— Не пойду... Я не могу идти...

Нанаэ не желала отходить от каменных врат.

Поскольку Киллиан никак не мог её убедить, Арлетта и Сана пристально посмотрели в ту сторону.

— Здесь же сестричка Лили, куда я пойду. Я останусь здесь.

— Нанаэ, возьми себя в руки.

Арлетта строго прикрикнула, но Нанаэ не слушалась.

— Как я могу оставить сестричку Лили и уйти? Как я могу...

— Что ты сможешь изменить, если останешься?

— Значит, надо просто уйти? Как вы можете быть такой хладнокровной? Кто говорил, что останется здесь навсегда? Я просто, просто хочу побыть ещё немного, совсем чуть-чуть, и это нельзя...

— Хочешь, чтобы император увидел тебя в таком состоянии?

— ……!

Словно её окатили ледяной водой, Нанаэ резко вздрогнула.

Убеждения закончились, но нахлынувшая горечь не утихала так легко.

Нанаэ, не в силах полностью сдержать подступающие рыдания, всхлипывала, вздрагивая плечами. Увидев это, плечи Киллиана тоже дёрнулись.

— Нана, вообще-то...

Когда рыцарь, растрогавшись, хотел что-то сказать, Реген тихо предупредил:

— Здесь ещё есть уши.

Поняв, что поблизости находятся личные гвардейцы, оставленные императором, Киллиан поспешно замолчал.

Сана, до сих пор хранившая молчание, медленно подошла к Нанаэ и крепко сжала её руку. Как старшая сестра, она повела за собой младшую.

— Пойдём, Нана.

— ……

Нанаэ, всхлипывая, покорно кивнула.

Пока они выходили из подземного коридора, три принцессы шли рядом. Старшие сёстры, словно защищая, шли по бокам, а младшую, которая много плакала, поместили в середину.

Только когда начался подъём по лестнице, Сана и Арлетта передали руку сестры её рыцарю.

Киллиан, заглянув в заплаканное лицо Нанаэ, вдруг подхватил её на руки.

— Нужно сохранять достоинство принцессы, так что пойдём быстрее.

— Что? Подожди...

Не успела Нанаэ удивиться, как юноша, перепрыгивая через три ступеньки, взбежал с ней наверх. И так, неся её, добежал до самого отдельного дворца.

— Ваше Высочество, пойдёмте скорее!

Ноа, с видом не просто торопящимся, а серьёзным, поторопил Арлетту.

— Да, Ноа. Ты, наверное, самый уставший... Пойдём, помоешься, поешь чего-нибудь вкусного... и хорошо отдохнёшь.

— Да! Мне многое нужно рассказать. Я буду отдыхать рядом с Вами, Ваше Высочество.

— Да-да...

Арлетта не заметила ничего странного.

Перед тем как поспешить вместе с Ноа, она коротко попрощалась с Саной.

— Я пойду первая. Отдыхай хорошо, не болей.

— И вы, сестрица.

Обе, измученные телом и душой, говорили сухими голосами.

Сана выбрала ещё больше увеличить расстояние между собой и сёстрами.

— Пойдём медленно.

— …Да.

Сана и Реген, ничем не отличаясь от обычного, покинули главный дворец.

Снаружи валил густой снег, поглощая все звуки дворца.