Глава 38.0

✦✦✦

Пятая принцесса, Сехера Истинель Магнароуд.

Теперь, лишённая титула и фамилии Магнароуд, она владела сценой, подобно трагичной главной героине.

В этот день Сехера сияла ярче, чем когда-либо. Её тёмно-зелёные волосы были элегантно уложены на одно плечо, а платье подчёркивало линии нижней части тела.

Бессчётные жемчужные украшения делали её загадочной, словно русалку, только что выловленную из моря.

Все ахнули, увидев лот, чья красота не шла ни в какое сравнение с куклой из фарфора, проданной ранее.

Ведущий, оценивая Сехеру, пустился в восхваления.

— Как вам? Потрясающе, не правда ли? Хотя она и лишена титула и звания принцессы, она по-прежнему дочь Его Величества. Коллекционная ценность более чем достаточна. Ах да, это, кстати, не рабский аукцион.

— ……

— На этом аукционе выставляется право взять леди Сехеру в жёны. То есть, это аукцион приданого! Стартовая цена ‒ миллион золотых!

Это был обман. Брак, заключённый через куплю-продажу, был всего лишь замаскированным рабством.

Чем больше церемоний и оправданий, тем изощрённее становилось унижение.

Казалось, чтобы не заплакать, Сехера широко раскрыла глаза и судорожно вцепилась в край платья.

В зале стоял шум, но никто не поднимал табличку.

— Нет желающих? Раз лот не продан, начнём с половины цены.

Стартовая цена упала до пятисот тысяч.

Дворяне, до сих пор переглядывавшиеся, закашляли и начали потихоньку поднимать таблички.

— Пятьсот тысяч.

— Есть пятьсот тысяч.

— Пятьсот десять!

— Да. Пятьсот десять тысяч. Есть ещё?

— Пятьсот двадцать!

— Пятьсот тридцать!

Торги шли своим чередом.

«…Как же так».

Сана всё ещё не могла прийти в себя.

Её сознание было затуманено настолько, что реальность казалась далёкой. Все окружающие звуки отдавались глухо, словно доносились из-под воды.

— Пятьсот пятьдесят!

— Есть пятьсот пятьдесят тысяч!

Сана, будто что-то сдерживая, крепко вцепилась в подлокотники. Она думала.

Её старшая сестра Сехера, безусловно, была противной. Она затевала ссоры с нелепой логикой и не раз досаждала Сане, у которой не было сил даже думать о высоких целях, выматывая её физически и морально.

— Пятьсот семьдесят!

— Пятьсот восемьдесят!

— Шестьсот!

— Какой горячий интерес! Шестьсот! Есть ещё?

Но разве она желала Сехере такой жалкой участи?

Разве можно испытывать злорадство, видя, как её, словно вещь, а не человека, продают мужчине?

Нет. Каким бы соперником ни была Сехера, это неправильно.

Это неправильно.

— Если больше нет предложений, лот достаётся джентльмену, назвавшему шестьсот…

Когда Сана очнулась, она уже держала в руке табличку.

— Миллион!

— …Её Высочество принцесса Роксана?

Зал аукциона наполнился вздохами. Окружённая взглядами, Сана уставилась прямо перед собой, не отводя глаз.

Взгляды Саны и Сехеры встретились. Глаза, отчаянно молящие о спасении, и глаза, пылающие гневом от несправедливости, скрестились на расстоянии.

Ведущий ненадолго остановил торги и спросил Сану:

— Что вы намерены делать с леди Сехерой, если выиграете её?

— Если выиграю, тогда и узнаете.

— Хм, ясно. Во всяком случае, сумма в миллион золотых весьма внушительна и впечатляет. Как ведущий, я должен сказать, что это было настолько волнующе, что вызвало дрожь. Но…

Ведущий усмехнулся.

— К сожалению, в этом аукционе могут участвовать только дворяне-мужчины в возрасте от 15 до 60 лет!

— ……

— Поэтому объявляю, что лот окончательно продан графу Орло за шестьсот тысяч!

Деревянный молоток прозвенел дважды. Аукцион приданого закончился.

✦✦✦

После аукциона дворяне стали по одному покидать свои места.

Я сидела как вкопанная, в оцепенении, а сёстры вокруг, выразив несколько слов беспокойства, ушли первыми.

Они тоже были теми, у кого не было возможности заботиться о других.

Если бы они не взяли себя в руки ‒ вернувшись в покои и приняв ласковые утешения служанок, или наевшись сладких десертов и выплакавшись, или истязая бутоны цветов в вазе ‒ им бы сейчас было тяжело даже дышать.

Передо мной упала тень. Реген тихо подошёл и встал рядом.

— Сана.

— ……

— Вы в порядке?

— ……

Горло слегка сжалось, и я лишь кивнула в ответ.

В поле зрения всё ещё была сцена. Граф Орло, выигравший Сехеру, был стариком, намного старше даже императора.

Он с довольным видом собирался увести Сехеру, но та вдруг попросила: "Минуточку".

В сопровождении двух рыцарей, следивших, чтобы она не сбежала, она подошла ко мне.

Я сидела в кресле и смотрела на неё снизу вверх. Её густо накрашенные алые губы дрогнули.

— Зачем ты это сделала?

— ……

Я не смогла ответить сразу. Мне и самой нужно было подумать над этим вопросом.

— Не знаю. Зачем же я это сделала?

— ……

— Я не любила тебя, но никогда не желала, чтобы с тобой случилось такое.

— Это лицемерие? Хочешь, чтобы я была тебе обязана?

— Вряд ли. Ведь ты всё равно будешь ненавидеть меня, что бы я ни делала, так что мне от этого нечего выиграть.

— ……

— ……

Стиснув зубы, мы не отрывали друг от друга взгляда.

Ситуация, похожая на бесконечное повторение наших прошлых перепалок. Но в глазах друг у друга не было прежней враждебности.

В какой-то момент Сехера с лицом, готовым вот-вот расплакаться, рассмеялась.

— Забавно. Единственный человек, попытавшийся помочь мне в конце, оказался той самой сестрой, которой я досаждала больше всех.

— …Всё равно это ни к чему не привело, так что это было бесполезно.

— Но всё же.

— ……

— Я не забуду.

Возможно, именно в этот миг эта бессмысленная попытка обрела значение.

— Пр… прости. Береги себя.

Её последнее прощание, прежде чем она отвернулась, прозвучало неестественно, словно она впервые в жизни произнесла эти слова.

— …Нам тоже пора возвращаться. В покои.

Лишь когда Сехера окончательно скрылась из виду, я смогла встряхнуться и подняться с места.

Сегодня я достаточно намучилась душевно. Казалось бы, мир уже мог бы исполнить моё маленькое желание ‒ поскорее вернуться в безопасное личное пространство и отдохнуть, но безжалостный свет оставил для меня ещё одно испытание.

Вскоре после того, как я вышла из главного дворца и пошла, мне повстречался невыносимый человек.

— Её Высочество принцесса Роксана.

— ……

Показался рыцарь с золотыми волосами. Объективно прекрасный, но субъективно отвратительный ‒ Доминик Мюзекаль.

Неужели он, только что уведя Великого архиепископа Гремола, уже вернулся и снова встал у меня на пути?

Я собиралась пройти мимо, не обращая внимания, но Доминик откровенно преградил мне дорогу.

Я тяжело выдохнула:

— Устала. В чём дело?

— Я пришёл вернуть платок.

— Потеряла его. Прочь с дороги.

— Жаль. Я хотел забрать его перед дальней дорогой.

— ……

Редкая хорошая новость слегка смягчила раздражение.

В моём взгляде, вопрошающем "куда же?", он охотно раскрыл рот. Конечно, вряд ли он скажет то, что мне приятно услышать.

— На южный фронт. Нужно же заработать на приданое.

— ……

Я чуть не потеряла самообладание.

Моя реакция, видимо, развеселила его, и он продолжил болтать.

— Не беспокойтесь. Разве я не ваш путь к отступлению? Если захотите сбежать из императорского дворца, просто приходите ко мне в любое время. Титул графини Мюзекаль всегда к вашим услугам.

Я не могла позволить ему самовольно взять мою руку для поцелуя. Я грубо вырвала её.

— Исчезни.

— Вы сегодня особенно раздражительны. Знаете что? Это делает вас ещё более привлекательной в моих глазах.

Сегодня я окончательно поняла. Доминик Мюзекаль ‒ тот, кому жалко даже ругательств, не то что слов.

— Сэр Доминик.

Тихий и ясный голос, донёсшийся до ушей, остудил жар в голове. Это был Реген.

— Вы тоже рыцарь, не так ли? Если в ваших чувствах есть хоть капля искренности, отступите сегодня.

— ……

Почему-то эти слова подействовали. Доминик дёрнул бровью, но сдержался.

Вскоре он резко, со свистом, повернулся к нам спиной.

— Отдохните, Ваше Высочество принцесса Роксана.

Доминик удалился.

Я выдохнула, как человек, долго сдерживавший дыхание, чтобы не вдыхать отвратительный запах. Грудь слегка вздымалась.

На губы наплыла горькая улыбка.

На дорожке среди сада остались только Реген и я. Осознание, что нас никто не видит, позволило мне расслабиться и дать слабину. Я уткнулась лицом в ладони.

День выдался слишком тяжёлым. Теперь уже не было сил даже притворяться, что всё в порядке. Из-за Доминика, который надо мной насмехался, я перешла критическую черту.

— Моё положение ничем не отличается от положения сестры Сехеры. Настоящий враг находится в другом месте.

— ……

Начали падать капли дождя. Холодный-прехолодный зимний дождь.

Реген поднял руку, прикрыв мою голову.

— Провожу вас в покои.

— ……

— Промокнете до нитки.

— ……

До нитки.

Значит, что-то другое, не тело, уже промокло. Например, душа.

Сблизившееся расстояние подстрекало ослабевшее сердце. Я импульсивно открыла рот.

— Утешьте меня.

— ……

— Немного, утешьте меня.

Больше ничего и не требовалось. Реген, на мгновение смотревший на меня сверху вниз, вобрал меня в свои объятия.

— ……

— ……

Я тихо вдохнула. Сама попросив об этом, я от глупого напряжения застыла, плечи окаменели.

Я боялась, что это сочтут жестом отказа, и он по-джентльменски отступит, но он, наоборот, притянул меня к себе ещё крепче.

— Вы можете звать меня братом.

— ……

Мне не хотелось называть его так.

— Реген.

— ……

Пусть это будет трусливым исполнением желания.

Мне просто хотелось получить утешение от первой любви.