Глава 168.0

Она должна была свергнуть императора с трона.

Её сердце не могло быть отдано любви. Оно уже было отдано абсолютной клятве.

В конце концов, Сана не смогла произнести ни единого слога отказа.

Девушка посмотрела прямо на Регена. Перед тем, как сделать то, что ей отчаянно не хотелось делать, она пригрозила ему всем, чем могла.

— Если ты хоть раз посмотришь на меня холодным взглядом...

— Вырви мне глаза.

— Если скажешь хоть одно неласковое слово...

— Отрежь мне язык.

— Я тебя возненавижу.

— Тогда лучше убей меня.

— ……

— ……

Стало непонятно, кто кого пугает. Сана, словно от стыда, покачала головой.

— Я так не смогу. Я буду ненавидеть тебя, оставив рядом. Я сломлю тебя всеми способами, буду мучить так, что ты, даже если возненавидишь меня, не сможешь уйти.

— Да. Обязательно так и сделайте.

Реген прижался горячими губами к прекрасному лбу Саны и отстранился.

Двое сели прямо друг напротив друга.

Вместо Саны, которая пыталась оттянуть время любым способом, Реген попросил:

— Посмотрите мне в глаза, Сана.

— ……

Принцесса нехотя кивнула. Но это было нелегко.

Лишь несколько раз вытерев глаза, она наконец смогла встретиться с ним взглядом.

На их глазах, отражавших друг друга, как зеркало, появился узор. Вместе с вращением начался резонанс.

— ……

— ……

Изысканный, сложный узор постепенно упрощался. Соответственно, распадалась и прочная, как узел, ментальная связь.

С каждым оборотом воздух в спальне сотрясался. Волны, похожие на удары сердца, ритмично пульсировали в пространстве.

— Реген.

Заметив в глазах рассеивающийся свет, она открыла рот.

— Я скажу заранее.

— ……

— Какими бы ни были твои чувства, я люблю тебя.

Словно подведя черту под своими переживаниями, она улыбнулась. На её лице всё ещё были следы слёз.

— Даже если ты переменишься, я хочу, чтобы ты знал, как сильно я тебя люблю.

— ……

— Я правда люблю тебя.

Губы Регена раскрылись, но он не смог выдавить из горла ни звука.

Он был полностью во власти ощущения снимающейся клятвы.

Глухой звук, ритмично сотрясавший пространство, был подобен камню, отбивающему пульс его сердца.

Он беззащитно отдался этим толчкам и оцепенел.

Порывистый воздух пронёсся по их телам снизу вверх. Это был момент, когда сломались оковы, сковывавшие душу Регена.

Мир, сотрясавшийся, словно при землетрясении, успокоился, и воцарилась тишина.

В глазах Саны помутилось.

Чувство потери, будто у неё отняли половину сердца, снова заволокло её глаза пеленой. Безучастные рыдания беззвучно, долго текли.

В этот момент нежные кончики пальцев стёрли слёзы с лица Саны.

— Реген...?

Её жалко дрожащий взгляд обратился к нему.

Красавец с благородным, спокойным выражением лица выглядел так же, как всегда.

Его учтивое отношение тоже было привычным. Он ни за что не мог оставить плачущую леди без внимания.

Сана пристально вгляделась в золотые глаза, подобные солнцу. Чувств в них не читалось.

Как он будет смотреть на неё этими глазами?

Что он скажет ей этими губами?

Ей было тревожно. Страшно.

В этот момент он издал долгий, протяжный выдох.

То, что наполняло этот выдох, было, несомненно, чувством освобождения.

Чувство, противоположное чувству потери, разрывало ей сердце.

— Сана.

Даже его тихий зов по имени был до невозможности обыденным.

Реген мягко обхватил её подбородок. Даже среди горечи она не могла сопротивляться.

Прекрасные губы красавца перед глазами изогнулись в живописную линию. Эта улыбка чем-то отличалась от обычной.

Почему-то она казалась настойчивой и томной.

Его пальцы нежно гладили её нижнюю губу, словно нанося краску.

Даже когда они смотрели друг на друга и касались, ничего не происходило. Ментальное пространство не открывалось, сознание не отключалось.

Наконец, клятва была снята.

Довольный подтверждённой реальностью, он улыбнулся ещё шире. И в тот миг, когда Сана почувствовала, как её сердце разбивается, Реген сказал:

— Доказано.

— ……

— Что моя любовь была безупречна.

В следующее мгновение его губы поглотили её.

— ……!

Красные, пухлые губы сжались, беззащитно раскрываясь. Горячий язык, проникший в щель, бушевал и ласкал её растерянный рот.

Между прижавшимися губами разлилась влага. Пока он осыпал её страстными поцелуями, его глаза, не мигая, настойчиво смотрели на Сану.

Золотой свет, яснее, чем когда-либо, был ослепителен. Чувствуя, будто сгорает на солнце, Сана невольно зажмурилась, и Реген, слегка прикусив её нижнюю губу, прошептал:

— Открой глаза.

— ……

— Смотри на меня.

— …М-м-м.

Едва она открыла веки, как её рот снова был плотно запечатан. Рука, нежно сжимавшая её щёку, заставляла открыть рот так широко, словно до самого горла, и принимать его.

Словно вдоволь насыщаясь своим желанием, он алкал её с открытыми глазами.

Сана тоже смотрела на него. Лицо красавца, улыбавшегося, словно в упоительном экстазе, кружило голову.

Когда их губы наконец разомкнулись, девушка, лёжа на кровати, тяжело дышала.

Глаза Регена, смотревшего на неё сверху вниз, зажав её между рук и телом, были немного дерзкими.

В отличие от мужчины, который всегда говорил ей "бери меня", сейчас он выглядел так, будто безумно хотел обладать ею самой.

С такими глазами он, как ни парадоксально, вёл себя как прежде. Поднимая её руку, целуя каждый сустав, он учтиво ухаживал.

Для Саны всё было смятением. Её светло-голубые глаза, полные головокружительной растерянности и лёгкого ожидания, отчаянно дрожали.

— Почему...

Вопрос "почему ты так ведёшь себя после снятия клятвы?" заставил Регена низко рассмеяться.

— Потому что они мешали.

— Мешали...?

— Верность и преданность.

Его рука настойчиво гладила её щёку.

— Разве я так сильно тебя люблю.

— ……

— Моя любовь была безупречна.

— ……

— Меня принуждали быть образцовым рыцарем, и это многое ограничивало. Теперь я наконец могу достойно дарить тебе свою любовь.

Это было признание в том, что то, что он считал раздувающим его чувства, на самом деле их подавляло.

Реген был поистине счастлив. Эта пугающая чистота граничила с безумием, и Сана невольно вздрогнула плечами.

Раздражённый этим жалким жестом, Реген опустил голову к её шее. И крепко прижался губами к выступающим ключицам.

— Ну, моя Сана. Скажи.

— Что, ска-азать?

— Что мне для тебя сделать?

Движения его губ отчётливо передавались через соприкоснувшуюся кожу.

— Прикончить императора прямо сейчас?

— ……

— Ах, это же надо делать позже, говорила ты. Тогда принести тебе головы гнилых ветвей?

— ……

— Только скажи. Я принесу тебе всё, что пожелаешь. Даже своё сердце, если нужно.

По его голосу чувствовалось, что он возбуждён странным восторгом.

Ощущение, как нежная кожа над ключицей покусывается и втягивается, заставило её нервничать.

Сдерживая стоны, Сана подняла руки и слегка оттолкнула Регена от груди.

— Р-Реген.

— Да.

— Сначала, сначала успокойся. Клятва только что снялась, ты сейчас, Реген, не в себе...

— Я в здравом уме.

— ……

Принцесса, словно потеряв дар речи, замолчала. Реген не упустил момент, когда её руки, пытавшиеся оттолкнуть, потеряли силу.

Чтобы превратить её поражение в позволение, он снова поцеловал её. Лаская застывшие губы, он наконец сплёл свой язык с её.

Он втиснул одно колено между её ног, освобождая себе место, и горячей рукой запечатлел тепло на её округлых плечах.

Он не скрывал, что умирает от желания раскрыть её тело.

Из слегка запрокинутой шеи Саны вырвался сладкий стон.

Смутившись звуку, который сама издала, она вздохнула, и её мягкое тело соблазнительно приподнялось.

Реген потёрся лбом об это место и посмотрел на неё снизу вверх, словно поклоняясь.

— Скажи, что любишь меня, Сана.

— ……

— Что кроме меня тебе никто не нужен. Что я ‒ твой первый и последний.