Глава 42.0

✦✦✦

— ……

— ……

Всю дорогу из главного дворца обратно во дворец принцессы Сана и Реген не обменялись ни словом.

Особенно Сана шла впереди быстрым шагом, не глядя на него.

— Госпожа, вы вернулись…!

Служанки, начав приветствие, вздрогнули, почувствовав неладное.

Сана, словно бросив на ходу "отдыхаю", прошла в спальню.

Три служанки переглянулись, а затем устремили взгляды на Хамель. Та осторожно последовала за Саной в спальню.

Оставшиеся в гостиной Демия и Шионэ подошли к Регену, пытаясь выяснить информацию.

— Что случилось? Госпожу наказали или оскорбили?

— Нет, не это.

Реген не стал говорить больше.

Это дело его госпожи. Тем более, о проблеме, которая ещё не решена и находится в процессе, нельзя болтать легкомысленно.

Вскоре Хамель вернулась в гостиную.

— А госпожа? С ней всё хорошо?

— Она лишь сказала, что хочет отдохнуть.

Она сказала, что даже не дала помочь ей переодеться и выпроводила Хамель.

Выражения лиц служанок стали серьёзными, а затем их взгляды обратились к следующей по-очереди. Это была Демия.

— Ладно. Я попробую растопить сердце госпожи своим обаянием и вернусь.

Время, за которое Демия вернулась, оказалось короче, чем у Хамель.

— У-у-у…

— Получила обет молчания.

— У-у…

Надувшись, Демия показала три пальца. Шионэ погладила её по спине, пока та на три часа лишилась дара речи.

Хамель тяжело вздохнула и возложила последние надежды на Шионэ.

— Шионэ, не попробуете ли вы войти?

— Не уверена, но попробую.

Неожиданно Шионэ позволили пробыть в спальне дольше всех.

Вернувшись в гостиную спустя приличное время, Шионэ стала объектом надежд всех обитательниц покоев.

— Долго пробыли, Шионэ?

— Я немного поругала Безумного императора. Где-то на четыре куплета, если перевести на песню.

— Шионэ, вы действительно талант. А как госпожа? Кажется, настроение улучшилось?

— Вряд ли. Кажется, она хочет привести мысли в порядок в одиночестве.

Служанки уныло опустили плечи.

Прошло несколько часов с тех пор, как дверь спальни плотно закрылась. Солнце перевалило за горизонт, и красноватый свет разлился низкой волной.

До тех пор, пока мир не погрузился в чёрную ночь, из-за двери не было никакой реакции.

Совещание обитательниц покоев принцессы Серебряной Птицы возобновилось.

— Хнык, уже время ужина… Если будет голодной, станет ещё печальнее…

— Если уговаривать выйти, точно скажет, что нет аппетита. Может, просто тихонько занести и поставить, чтобы хоть немного поела, и выйти?

— Думаю, стоит последовать совету Шионэ.

Ужин, приготовленный шеф-поваром дворца принцессы, разложили на подносе. Меню было тщательно подобрано только из того, что любит Сана.

— О? В этот суп добавлена курица. Уберу, Хамель.

— Ох, Демия. Чуть не случилось беды. Госпожа в последнее время избегает курицу.

— Кстати, не понимаю, почему она разлюбила курицу, которую раньше ела с удовольствием. Наверное, вина Безумного императора?

— Да. Определённо его вина.

Поскольку никто не подумал про грязного цыплёнка, вину возложили на самого очевидного кандидата.

Теперь нужно было решить, кто отнесёт ужин в спальню.

Поскольку Хамель, Демия и Шионэ уже потерпели неудачу, ответ был очевиден.

Демия с напускной серьёзностью произнесла:

— Придётся возложить эту тяжкую миссию на сэра Регена.

— Приложу все усилия.

Кстати, и Реген считал, что нужно было идти ему.

Реген постучал и осторожно открыл дверь спальни. Он рассчитывал, что если Сана спит, то тихо поставить ужин и выйти.

К счастью ли. Сана не лежала на кровати, а сидела у окна, глядя на сад, погружённый во тьму.

Даже когда Реген нарочно подал знак, приближаясь, она не обернулась.

— Оставь меня одну до завтра.

— Правда, завтра будет достаточно?

— ……

Сана, до сих пор упорно показывавшая спину, словно солгав, тут же отреагировала и повернула голову.

— Я принёс ужин.

— ……

Реген поставил поднос на стол перед кушеткой и выпрямился.

В сумрачной комнате колебался свет свечи.

Время молчаливого обмена взглядами затянулось, но Сана не приказала Регену уйти.

Неужели из-за лица, похожего на брата, не может быть безжалостной?

Регену было приятно от преимуществ, которые давало его лицо, но в то же время горько.

✦✦✦

Мгновенная тревога скоро улеглась.

С того момента, как я поочерёдно выпроводила Хамель, Демию и Шионэ, приход Регена в мою спальню был предрешён.

Я испытывала противоречивые чувства по поводу этого момента.

Мне было неловко встречаться с ним, хотелось избежать этого. Но в то же время я ждала, когда он придёт.

Как же противоречив момент, которого и избегаешь, и ждёшь. Благодаря Регенхарту Роэнхэрину я познаю такие удивительные чувства.

— Не пропускайте приём пищи, поешьте хоть немного.

— Нет аппетита.

— Слова Безумного императора так сильно шокировали?

— ……

Прямой вопрос. Если уж так спрашивают, мне остаётся только ответить честно.

— Нет. Я в какой-то степени ожидала этого.

— ……

— Я просто оттягивала время, чтобы сделать выбор.

На самом деле, я уже давно всё обдумала.

И раз уж Реген теперь в моей комнате, остаётся лишь действовать в соответствии с решением, принятым в голове.

Я поднялась с подоконника и переместилась на кушетку. Предложила Регену сесть напротив.

Он сел с размеренной походкой и безупречной осанкой и заговорил.

— Вы приняли решение?

— Да.

— Как вы поступите?

Его спокойная манера и тихий голос словно передавали мне все полномочия решать.

Его покорность, готовность следовать за мной без сопротивления, что бы я ни делала, успокаивала меня, но в то же время вызывала угрызения совести.

Поэтому я сказала, словно оправдываясь.

— Я же говорила. Для императорской семьи клятвы и обещания священны. Я ведь пообещала вернуть тебе силу.

— ……

— Я не могу позволить себе потерять власть.

— ……

Мне нужно было приложить все усилия для восстановления силы Регена и добиться явного результата. У меня, как у императорской принцессы, не было иного выбора.

Приручать, как собаку, или обладать, как любовника. Ни того, ни другого я не хотела делать с Регеном.

В душе промелькнула нелепая обида.

Зачем он так быстро вошёл в комнату? Если бы он вошёл чуть позже, завтра или послезавтра…

В конце концов, бессознательно трусливая мысль вырвалась наружу.

— Лучше бы рыцарем был Доминик…

И тут.

— Сана.

Я вздрогнула от его низкого и строгого голоса.

Подняв голову, я увидела его: он, словно перевесившись через стол, опирался на одну руку и наклонился ко мне.

Он заговорил, проявляя лёгкое раздражение.

— Для обученного рыцаря боль ‒ привычное дело. Даже если Сана будет изо всех сил стегать меня, ей следует беспокоиться не обо мне, а о своей собственной руке.

Я была потрясена.

— О чём это вы сейчас?

— ……

— Вы думаете, я собираюсь использовать на вас этот метод?

— ……

Мне стало так обидно и горько, что на мгновение задёргался кончик носа.

Стегать, как император поступил с Домиником? Неужели в его глазах я была настолько бесчеловечной?

Было так горько и больно, что самый важный для меня человек ожидал от меня чего-то недостойного человека.

Я произносила каждое слово с усилием.

— Пусть я и дочь Безумного императора, я даже не думала о таком способе.

— Значит, вы рассматриваете другой вариант?

— Да!

В конце концов, я не смогла сдержать возмущения и даже повысила голос.

Выражение лица Регена стало сложным. От него исходили чувства вины и замешательства.

— Прошу прощения за поспешное суждение. Однако, если я правильно понял то, что вы только что сказали…

Его грудь вздыбилась.

После глубокого вдоха, ясно выдавшего его волнение, последовал мучительный вопрос.

— Вы собираетесь… это сделать со мной.